Годовщина теракта в Манчестере: воспоминания выживших

Манчестер

В Манчестере проводятся памятные мероприятия по случаю первой годовщины взрыва в концертном зале "Манчестер-арена", в результате которого погибли 22 человек. Люди, выжившие в этой трагедии, рассказывают, что они пережили и с какими мыслями подошли к годовщине.

"Кто-то двигался, а кто-то нет..."

Подпись к фото,

Дарена Бакли пришел на помощь пострадавшим

Жизнь 50-летнего Дарена Бакли изменилась навсегда, после того как 22-летний смертник Салман Абеди взорвал в концертном зале самодельную бомбу.

Бакли уже собирался уходить с концерта Арианы Гранде, когда взрывная волна на "Манчестер-арене" буквально сбила с ног его самого и его сына.

Они стояли всего в девяти метрах от смертника, и Бакли не может подобрать слов, чтобы описать "всеобъемлющий хаос" в первые мгновения после взрыва - пространство вокруг было заполнено криками и сумятицей.

Однако первым порывом мужчины - отца четверых детей - было не бежать, а попытаться помочь раненым, используя обрывки сувенирных футболок с изображением Арианы Гранде в качестве бинтов.

"Мы увидели клубы дыма и вспышку, нас отбросило назад. Мы думали, что здание вот-вот рухнет. Я ничего не слышал, словно в ушах была вода. Сына и еще какого-то парня я отвел в безопасное место, сказав им оставаться там, потому что я должен был пойти и помочь. Именно тогда послышались крики. Эти сцены в фойе я даже не могу описать. Это было похоже на ночной кошмар. Мне казалось, сейчас кто-то тронет меня за плечо и скажет, что это сон".

Подпись к фото,

Тысячи людей пришли в центр Манчестера сразу после теракта, чтобы почтить память погибших

Бакли, прошедший курсы оказания первой медицинской помощи, присоединился к сотрудникам "Манчестер-арены", которые пытались помочь раненым и умирающим.

"Я оглядел пол: кто-то двигался, а кто-то нет... Я разговаривал с людьми, которые, казалось, были в порядке, просто пытаясь их успокоить. Я делал это инстинктивно, по-человечески желая помочь".

Вскоре прибыли службы спасения и медики, затем полиция объявила арену местом преступления, а Бакли и его сына увели.

За прошедший год Дарен Бакли - семьянин и завсегдатай пабов - так и не оправился от трагедии.

Только недавно он почувствовал в себе силы вернуться в центр Манчестера: он планирует посетить службу в городском соборе.

По его словам, немного прийти в себя ему помогло то, что он вступил в хор, состоящий из выживших при нападении (его выступление запланировано на вторник в рамках памятных мероприятий на площади Альберта в Манчестере), но до окончательного восстановления еще очень далеко.

"Если я слышу звуки сирен, я сразу думаю о том, что должен пойти и кому-то помочь. Кажется, я до сих пор на адреналине", - говорит он.

"Это странно, потому что я никогда ничего не боялся. А теперь у меня флешбэки. В своих ночных кошмарах я умирал уже раз 200".

"Что-то в моих детях умерло в тот вечер"

Подпись к фото,

Линдси Тернер хотела сделать этот вечер особенным для своих детей

Когда Линдси Тернер купила двум своим детям билеты на концерт Арианы Гранде, она хотела сделать этот вечер особенным и арендовала лимузин.

Она собиралась пойти с детьми сама, но готовилась к операции и отдала свой билет жене брата, которая пошла на концерт с мамой Линдси.

Но она весь вечер переписывалась с членами семьи и как раз говорила по телефону со своим сыном Кираном Дэнсоном (сейчас ему 14), когда прогремел взрыв.

"Я услышала громкий хлопок и спросила: "Киран, что это?" В его голосе была паника - и тут телефон отключился".

Мать Линдси смогла позвонить ей только через 45 минут.

"Я купила им билеты, тем самым поставив под угрозу их жизнь, и я не смогу забыть об этом до конца своих дней", - уверяет Тернер.

Подпись к фото,

Киран надеется когда-нибудь стать певцом

Оба ребенка выжили, но пережили сильнейший стресс. 12-летняя Теган какое-время провела в больнице, Киран не может прийти в себя до сих пор.

Его мучают флешбэки, и у него проблемы со сном. А кроме того, по его словам, ему все время мерещится нападавший: "Сначала картинка была как будто размытой, но теперь он выглядит так же реально, как вы или я".

Линдси Тернер считает, что в тот вечер в ее детях как будто что-то умерло. Киран тоже говорит, что изменился.

"Раньше я был очень счастливым, - рассказывает подросток. - Постоянно пел и актерствовал. А теперь я чувствую себя подавленным. Мне просто не хочется выходить из дома".

Он говорит, что ему оказалось нелегко получить психологическую помощь - и в какой-то момент он просто почувствовал себя всеми забытым: "Я работал с психологами на протяжении шести недель. Это мне немного помогло, но затем наши встречи прекратились. Я месяцами ждал ответа из Службы психического здоровья детей и подростков, и только недавно со мной наконец кто-то встретился".

Подпись к фото,

После взрыва стадион оцепила полиция

Самым сложным испытанием для Кирана стали издевательства в школе: в результате сотрудникам социальных служб даже пришлось забрать его из класса.

В течение ближайших нескольких месяцев он будет ходить в специализированную школу.

Мама Кирана рассказывает, что его одноклассники позволяли себе говорить совершенно недопустимые вещи. "В школу пришла учиться девочка из Азии, и дети решили, что это очень смешно - сказать Кирану: "Смотри, она скоро тебя взорвет!" У меня вызывает отвращение само общество, в котором дети думают таким образом".

На этой неделе Киран должен начать снова встречаться с психологом - он надеется, что это ему поможет. Он также хочет найти в себе силы вновь посетить "Манчестер-арену", потому что хочет пойти по стопам своей любимой артистки и стать певцом.

Линдси Тернер считает, что ей и ее близким сложнее получить помощь, потому что семья живет не в Манчестере.

"Пострадали люди по всей Британии - а возможно, и за пределами страны. Нельзя сосредотачиваться только на Манчестере, нужно помочь каждому. Пока что я не могу даже увидеть улыбку своего сына. Все, чего я хочу - это чтобы он снова улыбался".

"Это были ранения, как в горячих точках"

Подпись к фото,

Алистер Ренни координировал организацию помощи пострадавшим

Консультант по неотложной помощи Алистер Ренни координировал организацию помощи пострадавшим в Манчестерском королевском лазарете и Королевской детской больнице.

После того как объявили о крупном ЧП, он отработал 24 часа без сна: руководил хирургами, поддерживал связь с полицией и службой скорой помощи.

Вспоминая об этих сутках, доктор говорит, что больше всего он опечален тем, что врачам не удалось спасти трех пациентов, доставленных в больницы с места трагедии.

"Нас всех этому учили: мы представляли как вести себя в случае страшной катастрофы автобуса или поезда. Но здесь все было намного более эмоционально. Приходилось иметь дело с людьми, которых сознательно хотели убить".

Десятки медиков откликнулись на призыв выйти в неурочное время, многие пришли на работу, несмотря на то что переживали за своих друзей и близких бывших в концерном зале.

Доктор Ренни говорит, что им пришлось иметь дело с ранениями, схожими с полученными в горячих точках. В центре Манчестера в ту ночь работали одновременно 23 операционные.

Некоторым из его коллег по-прежнему сложно прийти в себя после того дня, признается он.

"Мы все живые люди. Некоторых очень сильно затронуло случившееся - особенно тех, кто работал с детьми".

Подпись к фото,

22 человека погибли в результате взрыва

Вернувшись домой к собственным маленьким детям, Алистер Ренни окончательно осознал тот ужас, который пережили близкие погибших: "В тот момент я думал: "Господи, через что проходят сейчас эти люди".

22 мая во всех больницах Манчестера прошла минута молчания. В детской больнице тишину нарушил хор выживших в манчестерском теракте.

Но Ренни говорит, что его работа не оставляет много времени на рефлексию: "Жизнь так коротка. И нужно, чтобы каждый прожил ее наилучшим образом".

"Жизнь драгоценна"

Подпись к фото,

Марк Робинсон попал в объектив камеры

Марк Робинсон приехал на концерт со своей подругой Эли и двумя ее детьми из Лидса.

Когда произошел взрыв, они с Эли стояли в фойе, примерно в семи метрах от Абеди. Мужчина получил осколочные ранения, у него повреждена барабанная перепонка.

"Во время взрыва мозг не успевает быстро оценить, что происходит. Кажется, что это сон. Ничто не может подготовить к такому", - говорит он.

"Как можно описать прошедший год? Ты как будто стоишь на берегу пруда - и видишь надвигающиеся на тебя волны, которые никак не прекращаются. Так накатывают воспоминания о том, что случилось. Я чувствую вину за то, что повел туда Эли и девочек. Почему именно на этот концерт?"

Хотя после физических травм Марк уже восстановился, он говорит, что происшедшее в тот день по-прежнему влияет на его восприятие.

"Это не прекращается одномоментно, лишь потому что зажили раны", - объясняет он. Он по-прежнему регулярно сдает анализы на ВИЧ и гепатит.

По словам мужчины, ему стало легче, когда он вернулся на работу.

"Мои коллеги, компания, в которой я работаю - все проявили себя с лучшей стороны, это меня очень тронуло", - сказал он.

Подпись к фото,

После теракта люди украсили центр Манчестера цветами и шарами

"Жизнь драгоценна, и ее можно потерять за одно мгновение. Прогулки с собакой, пение птиц, капли дождя на лице. Незамысловатые моменты, которые ты воспринимаешь как подарок. Я так благодарен судьбе за то, что у меня просто остались целыми руки и ноги, что я смог вернуться на работу и продолжить жить".

Робинсон и его жена обязательно пойдут в Манчестерский собор на мемориальную службу.

По его словам, ему приятно, что на службе будут присутствовать принц Уильям и премьер страны Тереза Мэй, потому что это показывает, что "наверху не забывают о произошедшем".

"Важно сходить туда и, надеюсь, повидать людей, которые пришли тебе на помощь. И помянуть тех, кому выжить не удалось".

"В ту ночь моя дочь лишилась детства"

Подпись к фото,

Джанет Шеррет говорит, что беззаботность ее дочери осталась в прошлом

Жительница Шотландии Джанет Шеррет пришла на концерт с дочерью Каэлой, которой тогда было 12 лет. После трагедии она вступила в онлайн-группу поддержки для пострадавших.

"Так как мы живем в Шотландии, нам казалось, что мы оказались немного "за бортом" событий. Потому что в Манчестере, например, существует центр психологической помощи", - объясняет она.

Прошедший год стал в некотором смысле "восстановлением от всего", говорит Шеррет, но душевные шрамы останутся с ней навсегда.

"Ты начинаешь по-другому воспринимать места, где бывает большое скопление людей, потому что ты все время на взводе - ждешь, что может случиться всё что угодно".

"Поэтому можно сказать, что в ту ночь моя дочь лишилась детства. Сейчас она мыслит по-другому, и ее беззаботность осталась в прошлом".

После произошедшей трагедии Шеррет испытывает панический страх, когда дочери нет рядом.

"Я почувствовала, что должна защитить ее даже ценой своей жизни, а такие ситуации не происходят каждый день", - объясняет она.

И ей тоже знакомо чувство вины за произошедшее.

"Ты чувствуешь свою вину за то, что привел ребенка в место, которое казалось безопасным. А кроме того, есть ощущение и вины перед погибшими - просто за то, что ты выжил".

Мать и дочь планирует провести годовщину теракта вместе.

"Она не пойдет в школу, мы будем дома вместе смотреть фильмы. Сейчас для меня важнее всего вернуть дочери искру жизни".