"Кровавое караоке" Андрея Молодкина, художника крови и нефти

  • 22 февраля 2019
Media playback is unsupported on your device
Требуется кровь: как влиться в искусство

Огромные сосуды в виде составленных в слова букв русского и английского алфавитов с переливающейся в них и вокруг них человеческой кровью - таковы образы инсталляций, составляющих проходящую в бельгийском городе Шарлеруа выставку "Черный горизонт".

Авторы инсталляций - двое живущих во Франции российских художников, Эрик Булатов и Андрей Молодкин.

Инсталляция Молодкина называется "Молодая кровь", и в процессе публичной акции ее создания художник предлагал желающим пожертвовать свою кровь ради произведения искусства.

В чем смысл и идея акции "Молодая кровь"? С такого вопроса я начал разговор с Андреем Молодкиным.

Андрей Молодкин: Мир изменился. И "Молодая кровь" - это граница, которая показывает изменение этого мира. Новый политический язык. Я это называю blood karaoke - кровавое караоке.

Би-би-си: А как вообще появилась эта идея?

А.М.: Мне хотелось показать, как изменилась политика, изменился язык. Мне кажется, сейчас человек должен отвечать за свои слова и поступки каким-то образом, то есть, инвестируя себя или свою кровь в эти поступки.

Би-би-си: Люди, которых ты просишь сдавать кровь во время акции "Молодая кровь", кто они и как к этому относятся?

Желающие становятся участниками интерактивного "кровавого караоке" - они участвуют в создании произведения искусства своей собственной кровью Правообладатель иллюстрации Andrei Molodkin
Image caption Желающие стать участниками "кровавого караоке" сдают кровь

А.М.: Это своего рода интерактивное искусство… Есть ситуации, где каждого из нас могут спросить, готов ли ты отдать кровь за то или за это. Когда я служил в армии, мне предложили отдать кровь за власть, или еще за что-то.

А возможность проголосовать кровью за искусство, за ту или иную фразу - это совершенно другой уровень. Люди вовлекаются в процесс, появляется интерактивность.

У меня стоят работы, которые не заполнены кровью. И они не работают. Когда человек приходит, он выбирает то или иное предложение, ту или иную фразу, и говорит: я хотел бы сдать кровь вот для этого произведения. И вдруг это произведение через 20-30 минут начинает оживать.

Большая проекция - и он видит свою кровь, с помощью которой высказывается какая-то важная и для меня, и для него идея. Возникает соучастие. Личное участие своей кровью.

Би-би-си: То есть, тот человек, который сдал свою кровь, сам становится объектом, предметом искусства?

Сданная кровь наполняет ярко-красным цветом вербальные инсталляции художника Правообладатель иллюстрации Andrei Molodkin
Image caption Сданная кровь наполняет ярко-красным цветом вербальные инсталляции художника

А.М.: Да, он становится участником, и мы видим как бы его внутренний портрет. Он как бы показывает, как он выглядит в каком-то предложении. Он ассоциируется с чем-то, он участвует, естественно, в этом.

Би-би-си: Строчки, которые мы видим - это тексты из запрещенных песен?

А.М.: Да, это запрещенные группы, запрещенные песни, запрещенные композиции. Они попали в черные списки, современное общество исключает такие предложения, такие песни, такие композиции. Это не мой выбор, это выбор компьютера, который фиксирует последние цензурированные музыкальные композиции.

Слова и целые фразы наполнены человеческой кровью. Это строчки из запрещенных цензурой песен Правообладатель иллюстрации Andrei Molodkin
Image caption Слова и целые фразы наполнены человеческой кровью. Это строчки из запрещенных цензурой песен

Би-би-си: В какой степени здесь важно соседство с инсталляцией Эрика Булатова "Насрать"? И что это, соседство или сотрудничество?

А.М.: Это сотрудничество, потому что мы вместе работали над проектами. Мы с Эриком уже работали вместе над инсталляцией в бывшем литейном заводе на юге Франции, так что для нас это уже привычное сотрудничество. Старший художник работает с языком и наглядной агитацией. А я вижу себя как другое поколение, но продолжающее ту же традицию.

Би-би-си: Да, я видел тот проект на литейном заводе, он произвел на меня тогда сильное впечатление. Вы с Булатовым - художники разной судьбы, разных поколений. Что вас объединяет?

А.М.: Объединяет работа с языком, со шрифтом, работа, когда слово становится визуальным языком. Это возвращение к русскому авангарду, когда все работали в основном со словом.

Андрея Молодкина привлекает возвращение к традициям русского авангарда Правообладатель иллюстрации Andrei Molodkin
Image caption Андрея Молодкина привлекает возвращение к традициям русского авангарда

Би-би-си: Вернемся к "Молодой крови" - работе, в которой в качестве материала используется кровь. Ты не первый и не единственный из художников, использующих кровь в качестве материала для своего искусства. Можно вспомнить, например, работающего в Великобритании итальянца Франко Би, который во время перформансов пускает себе кровь. В чем привлекательность крови для художника?

А.М.: Для меня очень важно, что я, в отличие от Франко Би, использую не свою кровь. Кровь - интимный материал. Я использую кровь людей и ставлю их перед выбором. Они могут проголосовать своей кровью. И получается такая blood karaoke.

Привлекательность крови спрятана в капиталистическом мире. У меня есть работа, которая так и называется: "Остановить капитал может только кровь".

Би-би-си: Вместе с тем, к крови ты пришел после прославивших тебя работ с нефтью. Как ты пришел к нефти?

А.М.: К нефти я пришел достаточно простым способом, во время службы в армии. Мы транспортировали какие-то военные грузы, и нефтью, которую мы собирали из цистерн рядом, мы просто обогревались.

Но, работая с нефтью, я понял, что нефть - это язык власти, язык современной России. И постепенно, работая с нефтью, я понял, что не могу исключить работу с кровью тоже. Нефть и кровь - получилось две жидкости, или два материала, с помощью которых сейчас общается власть. Экономика, власть, вообще весь мир.

Би-би-си: Не говоря уже о том, что нефть и кровь дают очень яркое контрастное сочетание красного с черным?

А.М.: Конечно. По цвету это тоже очень важно, цвет здесь уже становится политикой. Черная нефть и красная кровь - это уже чистая политика.

"Иисус - Магомет": нефть - переливающаяся в сообщающихся сосудах кровь мировой политики и мировых религий Правообладатель иллюстрации Andrei Molodkin
Image caption "Иисус - Мухаммед": нефть - переливающаяся в сообщающихся сосудах кровь мировой политики и мировых религий

Би-би-си: Мы поговорим еще о политике, а сначала я хотел бы задать вопрос о религии. В твоих работах религия занимает немалое место. Для меня один из самых ярких твоих образов - это перетекающая, как в сообщающихся сосудах, "кровь-нефть" Иисуса и Мухаммеда. Что для тебя религия? Ты сам религиозный человек?

А.М.: Нет, я не религиозный человек, но понимаю, что религия - это сейчас основной инструмент власти, основной инструмент политики. Многие политики решили воспользоваться этим инструментом. Поэтому думаю, что рефлексия художника на вот такие инструменты власти достаточно логична.

Би-би-си: Ну теперь уже вопрос о политике. В твоих работах много визуальных и вербальных политических символов. Мы видим образы президентов Обамы, Трампа, Путина; слова "демократия", "капитализм", "холодная война", "большая восьмерка". Считаешь ли ты себя политическим художником? Если да, то как ты формулируешь свою политическую позицию?

Нефть - язык власти и кровь современной политики Правообладатель иллюстрации Andrei Molodkin
Image caption Нефть - язык власти и кровь современной политики

А.М.: Я живу в мире реальности. Я просто пытаюсь говорить языком реальности. Я не пытаюсь от этой реальности спрятаться, я пытаюсь эту реальность понять. Я ощущаю, что живу сейчас, и мне очень интересно понять, как же можно работать с чем-то, что действительно дает тебе реальный момент. В сегодняшней жизни.

Нас окружают все эти слоганы, все эти предложения. Мы не можем от них избавиться. И это какой-то такой вторичный спрос на вот эти все предложения, которые окружают нас. Скорее всего, я реалистичный художник, а не политический.

Русский художник Андрей Молодкин большую часть своей творческой жизни провел во Франции Правообладатель иллюстрации Andrei Molodkin
Image caption Русский художник Андрей Молодкин большую часть своей творческой жизни провел во Франции

Би-би-си: Ты - русский человек. Родился в российской глубинке, в Костромской области. В России получил образование. Закончил художественный вуз в 1992 году, когда репрессивной коммунистической системы уже не было. В отличие от Булатова, ты мог уже жить и работать в свободной от цензурных ограничений России. Тем не менее, в России ты не живешь. Какое у тебя отношение к родине?

А.М.: Я представлял Россию на Венецианском биеннале в 2009 году в русском павильоне. Естественно, я много выставлялся в России. Какое отношение? Отношение у меня ко всему миру достаточно критичное, иначе я не был бы современным художником.

***