Приключения американцев в стране большевиков: три истории

  • 3 ноября 2019
Торжества по случаю открытия II конгресса Коминтерна в Петрограде в 1921 году (художник Борис Кустодиев) Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Невиданное общество послереволюционной России привлекало сочувствующих, любопытных и желающих заработать американцев

Дипломатических отношений между Вашингтоном и Москвой не было до 1933 года, но в советскую Россию американцы все равно ехали - из желания сделать бизнес, любопытства или идеализма.

Чем восторженнее относился заокеанский гость к "строительству нового мира", тем, как правило, сильнее разочаровывался.

Вот три истории участников строительства "нового мира"

Сочувствующий: Сидней Хилман

В 35-м томе Полного собрания сочинений Ленина, на странице 526, опубликована короткая записка. Она датирована 13 октября 1921 года и начинается так: "Товарищ Хилман, от всего сердца благодарю вас за вашу помощь".

Адресат записки, 34-летний Сидней Хилман, всю жизнь затевал проекты разной степени успешности.

Родился в черте оседлости в Литве. Готовился стать раввином, достиг феноменальных успехов в изучении Талмуда, но в 16 лет бросил каунасскую иешиву и вступил в Бунд (Еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России).

В 1907 году эмигрировал в США, где устроился работать на швейную фабрику в Чикаго за жалкие шесть долларов в неделю, но всего за семь лет стал председателем всеамериканского профсоюза работников легкой промышленности. Причем знал толк не только в классовой борьбе, но и в производстве и финансах.

В отличие от большинства американских профсоюзников, ему нравилась система интенсификации труда по Тейлору. Она основана на хронометраже трудовых процессов и оптимальной организации рабочего пространства. Эту систему, но под названием "НОТ" и без упоминания ее создателя, потом внедряли в СССР.

В 1921 году Хилман загорелся идеей помочь российским братьям по классу: взять в управление какую-нибудь разоренную текстильную фабрику и навести на ней американский порядок. Задачу облегчало то, что русским языком он владел как родным.

Съездил в Москву, заручился принципиальным согласием, собрал среди сочувствующих американцев 32 тысячи долларов, закупил кое-какое оборудование и с несколькими добровольными помощниками прибыл в Россию.

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Сидней Хилман переписывался с Лениным

Для эксперимента ему выделили фабрику № 36 в Иванове. Однако на месте Хилман столкнулся с бюрократией, какой, по его словам, представить не мог. И, недолго думая, написал Ленину на бланке американского профсоюза.

После вмешательства из Кремля все мгновенно наладилось. Меньше чем через год фабрика стала образцовой и обеспечила работой 600 человек.

Летом 1922 года Хилман вышел с новой инициативой: учредить Российско-Американскую промышленную корпорацию (RAIC), советским вкладом в которую должны были стать предприятия и рабочая сила, а американским - инвестиции и менеджмент.

В управление корпорации были переданы 34 текстильные и швейные фабрики в восьми городах. Они выпускали около 20% продукции советской легкой промышленности и давали работу 17,5 тысячам человек.

Хотя американские инвесторы интереса к акциям корпорации не проявили и покупали их главным образом члены американских профсоюзов, за три года, во многом благодаря агитации Хилмана, удалось собрать около двух миллионов тогдашних, или 30 миллионов современных долларов.

Но в 1925 году корпорацию постигла общая судьба всех иностранных концессий времен нэпа: советские власти объявили о выходе из совместного предприятия и прекратили выплату дивидендов.

Снова пожаловаться Ленину Сидней Хилман не смог: того уже не было в живых.

Впоследствии Хилман работал в администрации Франклина Рузвельта, создал первый в США жилищный кооператив в Бронксе (прилегающая улица сейчас носит его имя) и основал недолго существовавшую лейбористскую партию США. С Советским Союзом он больше никаких дел не вел.

Профессионал: Хью Купер

Инженер Хью Купер спроектировал и построил 4 гидроэлектростанции (и участвовал в строительстве еще 12-ти). Пятым стал Днепрогэс.

Официально его должность называлась "главный консультант строительства": это нравилось не всем.

После большого совещания в январе 1927 года советские хозяйственники выступили против заключения контракта с Купером, который, по их мнению, хотел слишком широких полномочий. Но на приглашении американца настоял Иосиф Сталин, ему опыт США был интересен.

Только фирма знаменитого промышленного архитектора Альберта Кана из США спроектировала для СССР в 1929-1932 годах 521 объект. Сталинградский, Челябинский и Харьковский тракторные заводы и самолетостроительные в Краматорске и Томске были построены по американским чертежам и с американским оборудованием. "ЗИЛ" капитально реконструировали, а "ГАЗ" построили с нуля при техническом содействии Ford Motor Company.

В годы первой пятилетки в СССР трудились сотни американских специалистов, но никто не отличился так, как Хью Купер.

Ему плотина Днепрогэса обязана своей знаменитой подковообразной формой. Благодаря этому, во-первых, увеличилась ее длина и, следовательно, число водостоков - на случай сильного паводка, во-вторых, повысилась прочность (плотина, имеющая форму арки, передает часть нагрузки на берега).

Правообладатель иллюстрации Борис Дворный/ТАСС
Image caption Днепрогэс был едва ли не единственной "стройкой коммунизма", где не работали заключенные

Помимо чисто технических решений, Купер настоял на сдельной оплате для бетонщиков и землекопов.

Чего ему не удалось, это сократить раздутые административные штаты. По его словам, нигде он не видел такого количества управленцев и конторщиков.

"Возникает впечатление, будто находишься не в России, а на стройке в Америке", - писал корреспондент журнала Electrical World, побывавший на Днепрогэсе в 1929 году.

На родине Купер был известен как поборник свободного предпринимательства и жесткий антикоммунист, требовавший запретить в Америке деятельность Коминтерна.

За работу на большевиков его обвиняли в беспринципности, а он отвечал, что в полном соответствии со своими убеждениями делал деньги.

На слушаниях в Конгрессе в 1931 году, куда его пригласили как эксперта по СССР, он высказался за развитие экономических связей, но против установления дипотношений с Москвой.

За работу в Союзе Купер получил гонорар в 50 тысяч долларов и орден Трудового Красного Знамени.

Единомышленник: Ловетт Форт-Уайтмен

У Владимира Маяковского есть стихотворение "Блэк энд уайт" о тяжелой доле чернокожего чистильщика обуви. Оно заканчивается словами: "Откуда знать ему, что с таким вопросом надо обращаться в Коминтерн, в Москву?"

Ловетт Форт-Уайтмен так и поступил, и американский журнал Time назвал его "самым красным среди черных".

Родившись в Далласе в семье бывших рабов, Форт-Уайтмен смог окончить университет, однако находил американское общество несправедливым и видел идеал в СССР.

Он был членом компартии США с момента ее основания в 1919 году. Через пять лет приехал в Москву, выступил с речью на V конгрессе Коминтерна и остался учиться в Коммунистическом университете трудящихся Востока.

Вскоре Форт-Уайтмен написал письмо главе Коминтерна Григорию Зиновьеву: ему не понравилось, как изображают афроамериканцев на советских рекламных плакатах.

Через год вернулся в Америку настолько влюбленным в Советский Союз, что даже одевался как большевик - в кожанку и сапоги.

Печатался в левых изданиях, ездил по южным штатам, агитируя вступать в Американский негритянский трудовой конгресс, но без большого успеха.

Американские коммунисты тогда разделились: одни предлагали бороться за создание в южных штатах автономной республики чернокожих, ссылаясь на пример СССР, другие, в том числе Форт-Уайтмен, считали, что раса не имеет значения, а люди делятся только на пролетариат и буржуазию.

В архиве ФБР хранится довольно толстое досье на Форт-Уайтмена. Его подозревали в работе на советскую разведку, однако оснований для привлечения к ответственности не нашли.

Правообладатель иллюстрации Sovfoto via Getty Images
Image caption По имеющимся данным, Ловетт Форт-Уайтмен - единственный афроамериканец среди 1,6-1,7 миллиона погибших в ГУЛАГе

В 1928 году он окончательно перебрался в СССР. Там ему дали работу в академическом институте (по образованию он был антропологом) и квартиру в пяти минутах ходьбы от Кремля. Кроме того, Форт-Уайтмен преподавал английский язык и писал статьи о достижениях советской науки в газету Moscow News.

Тем не менее через пять лет он попросил Коминтерн отправить его в Штаты, но получил отказ.

Можно лишь гадать, почему он не уехал сам по себе. Скорее всего, не хотел жить и искать работу на общих основаниях, а желал быть партийным функционером, только не в Советском Союзе, а в Америке.

В 1935 году другой чернокожий коминтерновец, Уильям Паттерсон (отец малыша, снявшегося в фильме "Цирк"), написал донос, что Форт-Уайтмен критикует советскую жизнь и поддерживает контакты с посольством США (он ходил туда, чтобы оформить новый паспорт).

Форт-Уайтмена выслали в Семипалатинск, где он работал тренером по боксу, а в мае 1938-го арестовали.

Дали по тем временам всего ничего: пять лет. Но в колымских лагерях могучий 44-летний мужчина не протянул и года.


При подготовке статьи использованы следующие материалы: Steven Fraser "Labor Will Rule: Sidney Hillman and the Rise of American Labor"; Harold Dorn "Hugh Lincoln Cooper and the First Détente"; Glenda Gilmore "Defying Dixie: The Radical Roots of Civil Rights, 1919-1950"

Новости по теме