Санитарно-уголовное преследование. Законно ли сажать протестующих за угрозу распространения коронавируса?

  • Елизавета Фохт, Анна Пушкарская
  • Русская служба Би-би-си
Митинг

Автор фото, Getty Images

Силовики придумали универсальный механизм для уголовного преследования соратников Алексея Навального и любых участников массовых протестов. После митингов 23 января полиция стала задерживать оппозицию за угрозу распространения коронавируса - как нарушителей санитарно-эпидемиологических правил.

Нарушение таких правил регулируется статьей 236 УК РФ. Что это за статья и можно ли по ней отправлять протестующих в СИЗО и колонии?

Допросы по делу идут уже несколько дней. Его возбудили по материалам центра "Э"

Ни полиция, ни Следственный комитет официально не объявляли о том, что после митингов 23 января открыли дело по статье о нарушении санитарно-эпидемиологических правил (236 УК). Но о том, что арестованных еще до акций соратников Алексея Навального начали допрашивать именно по этой статье, стало известно еще в начале недели.

Тогда представители Фонда борьбы с коррупцией (ФБК*) сообщили, что следователи приходили по этому вопросу к пресс-секретарю Навального Кире Ярмыш, сотруднику отделу расследований Геогрию Албурову и координатору московского штаба Олегу Степанову. Всех их превентивно задержали из-за призывов на акции.

Как обращал внимание ТАСС, Тверской суд Москвы после субботних протестов санкционировал проведение около 30 обысков - большинство из них как раз по статье о нарушении санитарных правил.

Постановление о возбуждении уголовного дела публиковал в своем телеграм-канале адвокат Сергей Бадамшин. Из него следует, что расследованием занимается главное следственное управление московской полиции. Оно же занимается делом о перекрытии дорог, которое тоже возбудили по итогам митинга.

Как следует из документа, ход делу в МВД дали после поступления материалов Центра по противодействию экстремизму (также известен как центр "Э"). Дело возбудили сразу после акции в Москве - в девять часов вечера.

В постановлении упомянуты пять человек - помимо Ярмыш, Албурова и Степанова это автор телеграм-канала "Свободу России" Александра Калистратова и пресс-секретарь "Гражданского общества" Егор Илюшкин.

Калистратова сообщала о том, что у нее в связи с делом изъяли телефон. Илюшкин, как и Ярмыш, Албуров и Степанов, отбывает административный арест в спецпремнике.

Автор фото, Getty Images

По версии следователей, активисты публиковали на своих страницах посты, "призывающие неограниченный круг лиц принять участие в несогласованной акции 23 января". При этом они якобы "игнорировали санитарные нормы", что могло повлечь "распространение массовых заболеваний".

В документе также указано, что, согласно действующим распоряжениям мэра Москвы, проведение любых публичных мероприятий не допускается из-за ситуации с ковидом. Это действительно так - после последнего смягчения ограничений, о которых объявил Сергей Собянин, запрет на проведение митингов по-прежнему в силе.

Соболь и брата Навального задержали как подозреваемых. У сторонников Навального прошли обыски

Вечером 27 января полиция устроила серию обысков у сторонников Навального и членов его семьи.

Силовики пришли в квартиру в Марьино, где живет брат Навального Олег. В съемную квартиру на Автозаводской, где сейчас живут Алексей и Юлия Навальные, выломали дверь. Полицейские отказались пустить к жене Навального авдокатов

Одновременно обыск начался в офисе ФБК и студии канала "Навальный.Live". Там в этот момент находилась юрист ФБК Любовь Соболь. После окончания обыска в офисе Соболь повезли к ней домой - на еще один обыск.

Обыски начались и других активистов: полиция пришла к отцу Олега Степанова, а также привезла его из спецприемника домой для отдельного обыска. О визитах полиции сообщили главред "Медиазоны" Сергей Смирнов, участница Pussy Riot Мария Алехина, члены Либертарианской партии Игорь Ефремов и Глеб Быков и другие.

Всего, по подсчетам "Медиазоны", вечером в среду прошло не менее 18 обысков.

Обыски проходили именно в рамках расследования дела по статье 236 УК, сообщил директор ФБК Иван Жданов.

По итогам обысков Соболь, Олега Навального и Алехину задержали и увезли на ночной допрос. Адвокат Соболь Владимир Воронин сообщил, что она стала подозреваемой по уголовному делу по части 1 статьи 236 УК РФ.

Юрист также опубликовал фрагмент допроса Соболь - из него следует, что следователи интересовались не только активистами, но и деятелями культуры, с которыми потенциально могла общаться сотрудница ФБК. Среди них - актрисы Александра Бортич, Яна Троянова и Варвара Шмыкова, телеведущая Татьяна Лазарева, режиссер Иван Вырыпаев и писатель Дмитрий Глуховский.

Соболь, Навального и Алехину поместили в изоляторы временного содержания на 48 часов. На этот же срок задержали и главу "Альянса врачей" Анастасию Васильеву - по словам ее адвоката Дмитрия Джулая, по делу она проходит подозреваемой.

Соболь задержали на основе "показаний очевидцев", следует из документов, которые публиковал ее адвокат.

"Санитарную" статью ужесточили из-за коронавируса. Но в СИЗО сторонников Навального отправить не получится

Судя по тем документам, которые публиковали юристы сторонников Навального, им предъявляют первую часть статьи. Она вводит санкции за "нарушение санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности массовое заболевание или отравление людей либо создавшее угрозу наступления таких последствий".

Статью 236 депутаты Госдумы переписали весной этого года, а в апреле поправки подписал президент России Владимир Путин. Усилить ответственность за нарушение санитарных правил решили из-за пандемиии коронавируса.

Законопроект в думу вносили лично спикер Вячеслав Володин вместе с главой комитета по госстроительству Павлом Крашенинниковым.

Главная причина, по которой депутаты решили ужесточить наказание, - это несоблюдение "многими жителями нашей страны" правил, которые власти ввели из-за эпидемии Covid-19. "Сложившаяся ситуация говорит о недостаточной мотивации людей в вопросе обеспечения безопасности как своей, так и окружающих", - говорилось в пояснительной записке.

Одновременно в статью 151 УПК были внесены поправки, по которым такие дела могут расследовать и СК, и полиция.

До поправок максимальное наказание по этому составу не превышало года колонии, после изменения закона его увеличили до двух лет лишения свободы. Нарушителям могут запретить занимать определенные должности. Кроме того, им могут назначить принудительные работы или штраф до 700 тысяч рублей.

В том случае, если выяснится, что из-за нарушения санитарных правил погиб человек, потенциальное наказание увеличивается до пяти лет колонии. При гибели более двух человек - до семи лет.

Автор фото, Getty Images

В постановлении о возбуждении уголовного дела нет никаких подтверждений того, что кто-то действительно заразился коронавирусом после акций 23 января.

Согласно нормам уголовно-процессуального кодекса (УПК), помещать в СИЗО фигурантов этого дела нельзя - применять такую меру пресечения можно только к тем, кому грозит больше трех лет колонии.

С учетом этого не вполне ясно, зачем было отправлять Соболь, Навального и Алехину в изоляторы временного содержания. Формально они действительно предназначены для подозреваемых в преступлениях, но обычно туда отправляют тех, кто ждет суда по мере пресечения.

У фигурантов "санитарного дела" другой случай - через 48 часов их должны выпустить на свободу.

В публиковавшихся протоколах задержания указано, что, отправляя Олега Навального и остальных в ИВС, следователи ссылались на 91-ю статью УПК. Она позволяет задерживать застигнутых при совершении преступления, тех, на кого указали очевидцы, и тех, у кого дома или на одежде "обнаружили явные следы преступления".

Глава юридической службы ФБК Вячеслав Гимаиди сообщил, что решение о задержании было принято из-за найденных "следов преступления" и того, что лицо застигли "при совершении преступления".

Для того, чтобы задержать по этой статье, должны быть основания, перечисленные в статье 91 УПК, говорит адвокат Анна Ставицкая, но она, по ее словам, не слышала, чтобы в отношении задержанных такие основания были.

Сказать, грозят ли реальные сроки фигурантам уголовного дела, сложно. По закону, тем, кто совершил преступления небольшой тяжести впервые (часть 1 статьи 365 относит я именно к ним), реальный срок дают только при отягчающих обстоятельствах.

Но получить два года по части 1 статьи 236 вполне реально, говорит управляющий партнер адвокатского бюро "Бартолиус" Юлий Тай. "Когда есть вилка, суд сам определяет, какое наказание назначить. Конечно, суд учитывает отягчающие и смягчающие обстоятельства, но в конечном счете это полная дискреция суда - например, как произошло с санкцией Михаилу Ефремову: такой большой срок никогда при таком нарушении не вменяли, обычно были три-четыре года. Но дали, потому что был шум", - объяснил адвокат.

Алехина и Олег Навальный в колонии уже были - участница Pussy Riot отсидела за акцию в храме Христа Спасителя, брат оппозиционера - по делу "Ив Роше".

На Соболь в конце 2020 года завели уголовное дело о неприкосновенности жилища.

Список отягчающих обстоятельств очень широк: помимо рецидива, к нему, например, относятся наступление тяжких последствий, особо активная роль, совершение преступления по мотивам политической ненависти или в условиях "общественного действия".

Статью применяют для наказания нарушителей самоизоляции. Доказать ущерб не так просто

Согласно статистике судебного департамента при Верховном суде, за первые шесть месяцев 2020 года до суда дошли семь дел, возбужденных по первой части 236-й статьи.

В четырех случаях суды пошли по процедуре назначения судебного штрафа - в этом случае подсудимых освобождают от уголовного преследования. В трех случаях приговоры были вынесены, но в качестве наказания тоже назначили штраф - в колонию никого не отправили.

По второй и третьей части статьи - они предполагают, что из-за нарушения правил кто-то погиб - приговоров и вовсе не было.

Сказать, сколько именно приговоров вынесли уже после ужесточения статьи, сложно. Но СМИ при этом сообщали о возбуждении уголовных дел именно из-за нарушений правил самоизоляции. Например, в Брянске статью применили к двум жителям, которые не стали соблюдать карантин после возвращения из Испании и заразили коронавирусом других людей.

Статьей пользуются не только для наказания нарушителей изоляции - в сентябре владельца кафе в Якутии, где отравились 17 человек, приговорили по ней к исправительным работам.

К участникам акций протеста - например, пикетов - статью пока не применяли. Их штрафовали в том числе за нарушение правил самоизоляции, но по административному кодексу, а не по уголовному.

О приговорах таким лицам по статье 236 ничего не известно, подтверждает адвокат Юлий Тай.

Верховный суд в апреле публиковал специальные пояснения по поводу того, как применять статью, в своем обзоре по вопросам судебной практики.

Сам "признак преступления" суд считает оценочным. Чтобы определить, было ли заболевание "массовым", суду стоит принимать во внимание не только число заболевших, но и тяжесть болезни, говорится в обзоре. Для определения масштабов можно привлекать специалистов - например, представителей Роспотребнадзора.

При этом в случае, если нарушителей обвиняют в создании "угрозы", уголовная ответственность может наступать "только в случае реальности этой угрозы", разъяснил ВС. "Реальность угрозы" предполагает, что массовое заболевание не произошло только благодаря "вовремя принятым мерам" или "иным обстоятельствам".

Что относится к "вовремя принятым мерам", Верховный суд не указывает. На митинге в Москве 23 января сотрудники ОМОНа раздавали протестующим маски. Делали это и волонтеры команды Навального.

Адвокат Анна Ставицкая считает, что для привлечения к ответственности по данной статье, надо доказать, что либо активисты сами болели, либо призывали больных выйти на митинг.

"При нормальной положении вещей доказать причинно-следственную связь - что человек заболел в тот или иной момент - совершенно невозможно объективно - подтверждает адвокат Юлий Тай. - Но с учетом наших стандартов доказывания, конечно риск и угроза попасть под статью 236 есть".

По словам юриста, в деле могут появиться люди, которые скажут, что были в толпе и там и заболели. "Ни доказать, ни опровергнуть это нельзя, - поясняет Тай. - Но поскольку все зависит от усмотрения судьи, это становится риском и проблемой".

Адвокат считает, что теоретически применение этой статьи не лимитировано и его широкое распространение возможно. В условиях ковида статья 236 УК становится, по его мнению, "универсальным механизмом": "Любой, кто выйдет на улицу, может быть причастен к тому, чтобы заразить человека. И у любого, кто это организовал, есть шанс пойти по 236-й статье. Сейчас этот механизм решили обкатать и им испугать".

"Постановления главного санитарного врача РФ не запрещают публичные мероприятия, а содержат только рекомендации по их ограничению. Они не содержат конкретных запретов и норм, которые могли бы применяться как санитарно-эпидемиологические правила в контексте статьи 236 УК", - считает партнер адвокатского бюро "Онегин" (специализируется на медицинском праве) Дмитрий Бартенев.

По его словам, запреты, введенные властями субъектов РФ, вообще не могут считаться такими правилами. "Поэтому оснований для применения к организаторам и участникам протестов статьи 236 УК нет. Тем более что необходимо соблюдать баланс между мерами против распространения коронавируса и гарантированной Конституцией и международными нормами свободой собраний", - поясняет юрист.

*ФБК признан в России иностранным агентом