“Скайлэб-4”: правда ли, что астронавты США бастовали на орбите?

  • Керсти Брюэр
  • Би-би-си

Подпишитесь на нашу рассылку ”Контекст”: она поможет вам разобраться в событиях.

Автор фото, NASA

Почти полвека минуло с тех пор, как в космосе случилась знаменитая ссора экипажа американской орбитальной станции "Скайлэб" с Центром управления полетами НАСА. В то время СМИ писали, что астронавты устроили на орбите настоящую забастовку. Однако Эд Гибсон, единственный остающийся в живых участник миссии "Скайлэб-4", говорит, что на самом деле все было не так.

Вскоре после прибытия экипажа из трех астронавтов на космическую станцию пилота Билла Поуга начало тошнить.

Это было удивительно, поскольку во время тренировок на тренажерах космического центра имени Джонсона Билл получил прозвище Железное Брюхо - он умудрялся не терять хорошего расположения духа даже после бесконечных упражнений на вращающемся кресле, во время которых Поуг к тому же крутил головой во все стороны, и хоть бы что.

Но для всех троих это был первый полет в космос, и продемонстрированная на Земле устойчивость к "морской болезни", как видно, значила здесь мало.

Командир экипажа Джерри Карр предложил Биллу отведать консервированных помидоров, чтобы немного успокоить желудок. Это оказалось не лучшей идеей.

Автор фото, NASA

Подпись к фото,

Эдвард Гибсон (слева), Джеральд Карр и Уильям Поуг

Сидевший между Карром и Поугом Эд Гибсон сейчас вспоминает, как прямо у него перед глазами, справа налево, медленно проплыла консервная банка.

"А потом Билл стал издавать какие-то неприятные звуки - и слева направо поплыл уже бумажный пакет", - говорит Гибсон.

"Мы расстроились, потому что работы у нас было невпроворот. Тогда-то мы и совершили свою первую ошибку", - признается астронавт.

Гибсон, выполнявший в экипаже обязанности научного сотрудника, - единственный, кто может рассказать всю правду о происходившем на станции. Оба его коллеги по той миссии уже скончались: Джеральд Карр ушел из жизни прошлым летом, а Уильям Поуг - в 2014 году.

Орбитальная станция "Скайлэб" была американской научной лабораторией. Астронавты помогали ученым изучать влияние космического полета на человеческий организм, ставили различные эксперименты и наблюдали за Солнцем и Землей.

Экипаж "Скайлэб-4" должен был стать последним в истории станции, поэтому для него был составлен длиннющий список задач. Миссия, рассчитанная на 84 дня (рекордный срок для того времени) была расписана подробнейшим образом.

В НАСА очень боялись, что кто-то из астронавтов заболеет, потому что в таком случае было бы потеряно бесценное время на орбите.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Джерри Карр притворяется, что на одном пальце держит невесомого Эда Гибсона

Сейчас в американском космическом агентстве признают, что при планировании той миссии астронавтам не дали как следует привыкнуть к условиям невесомости, как обычно делается в таких случаях. Им сразу же назначили большой объем работы - и увеличили с двух до четырех количество выходов в открытый космос (это было необходимо для наблюдения за недавно обнаруженной кометой Когоутека).

Так что в тот момент, когда астронавты совершили свою первую ошибку, они уже находились в условиях стресса.

"Мы хотели сначала наладить работу и только потом начать беспокоить Землю. Так что мы решили пока не докладывать о том, что Билла тошнит", - вспоминает Эд.

Пропустить Подкаст и продолжить чтение.
Подкаст
Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

эпизоды

Конец истории Подкаст

Но астронавты забыли, что звуки всего происходящего на борту записываются, и в Центре управления полетами всё услышат. В одном из интервью Джерри Карр рассказывал: "К несчастью, Билл, которого тошнило, был к тому же тем парнем, кто отвечал за систему коммуникации, и он оставил ее включенной, и все наши разговоры в итоге записывались. Ночью, пока мы спали, ребята на Земле послушали запись и узнали всё".

Так что наутро из динамиков на станции раздался голос командира отряда астронавтов Алана Шепарда - и его слова были слышны не только на орбите, но и во всем мире: переговоры транслировались в прямом эфире.

"Он вышел на связь и сделал нам выволочку за то, что мы сразу обо всем не рассказали, - рассказывает Гибсон. - Эл вел себя нормально, но нам очень не понравилось, что нас публично, на весь мир, отчитывают".

Шепард был первым американцем, совершившим космический полет вокруг Земли (достижение, которое заставило Гибсона отказаться от детской мечты стать летчиком - после этого он думал только о космических ракетах).

Позже Шепард побывал на Луне как командир миссии "Аполлон-14" и во время прогулки по лунной поверхности запулил в пустоту два мячика для гольфа. Поэтому, как говорит Эд, было довольно забавно "получить нагоняй за нарушение правил от того самого парня, который играл в гольф на Луне".

В тот момент астронавт переживал о том, что подумают его родные и друзья на Земле.

В общем, миссия начиналась не слишком хорошо, и первые семена раздора между экипажем и ЦУПом были посеяны.

Автор фото, NASA

Подпись к фото,

Сотрудники ЦУПа НАСА обсуждают ситуацию на "Скайлэб"

В отличие от предыдущих полетов на орбитальную станцию, сотрудники ЦУПа не были близко знакомы с астронавтами миссии "Скайлэб-4", поскольку во время подготовки этого полета они были плотно заняты предыдущими миссиями.

"Из-за этого у нас не успели сложиться хорошие рабочие взаимоотношения, не было чувства команды", - объясняет Гибсон.

Он добавляет, что каждый сеанс связи астронавтов с Землей начинался с настоящего града вопросов, рекомендаций и требований. И это вдобавок к подробнейшим инструкциям на день, которые каждое утро сходили с бортового телетайпа.

Да, полеты в космос обычно проходят по очень четкому расписанию, но в данном случае указаний было просто неправдоподобно много, и это уже было похоже на пресловутый микроменеджмент. Что и привело к инциденту, который позже назовут забастовкой на орбите.

"Однажды утром мы получили примерно 60 футов (20 метров - Би-би-си) инструкций - а ведь всё это надо понять, разделить обязанности и только потом начинать работу", - вспоминает Эд.

За этим обычно следовало утреннее совещание, в котором должны были участвовать все члены экипажа, и это отбирало еще полчаса рабочего времени.

"Все, кто сталкивался с микроменеджментом, знает, что такое невозможно выдержать даже в течение часа. А теперь представьте, что это происходит круглосуточно, что буквально каждая минута вашей жизни расписана, - говорит Эд. - Это было уже неконструктивно, и работа у нас не шла, потому что мы не могли принимать собственные решения".

Автор фото, NASA

Подпись к фото,

Экипаж "Скайлэб-4" разговаривает по радиосвязи с чешским астрономом Лубошем Когоутеком, чьим именем названа комета

Тем временем график становился всё более напряженным. Астронавтам увеличили и время физических упражнений - с 60 до 90 минут в день.

Эд говорит, что эта часть космического полета ему обычно нравилась. "Я с облегчением садился на велотренажер и чувствовал, как к ногам приливает кровь. В такие моменты становилось понятно, насколько неудобно жить в невесомости, когда кровь самостоятельно не протекает в нижнюю часть тела", - вспоминает астронавт.

Биллу все еще было не очень хорошо, но экипаж работал по 16 часов в день, пытаясь не сорвать график. За первый месяц работы на орбите у них не было ни одного выходного.

Астронавты знали, что их будут сравнивать с предыдущей миссией на орбитальную станцию - "Скайлэб-3", члены экипажа которой сделали даже больше, чем было для них запланировано, и этим заслужили прозвище "команда 150%".

У предшественников хватило времени даже на то, чтобы подшутить над следующим экипажем - они набили всяким мусором три старых комбинезона, приделали к ним "головы" из бумажных пакетов и усадили в разных местах по всей станции.

Одна кукла сидела на велотренажере, еще одна - в туалете, вспоминает Эд. "Мы, конечно, посмеялись от души, когда их увидели", - говорит он.

Но астронавты "Скайлэб-4", у которых с самого начала было по горло дел, еще долго не могли найти свободную минутку, чтобы убрать куклы. Эд вспоминает, что иногда краем глаза он замечал на станции эти фигуры и вздрагивал, не сразу понимая, что это такое.

"С нами как будто был еще кто-то на орбите", - говорит он.

Вымотанные и морально подавленные, члены экипажа начали все больше и больше отставать от расписания, а их просьбы о снижении нагрузки оставлялись ЦУПом без внимания.

"И вот тогда-то мы допустили вторую ошибку", - говорит Гибсон. А именно - так называемую забастовку, примерно в середине миссии.

Трое астронавтов решили, что на утренних брифингах с Землей достаточно присутствовать лишь одному из них, и договорились делать это по очереди.

"И это отлично работало - вплоть до того дня, когда из-за хронической усталости мы не поняли друг друга, и слушать ЦУП никто не стал".

С астронавтами не было связи в течение целого витка вокруг Земли - примерно 90 минут. В те годы связь была возможна только в течение примерно 10 минут за один раз - когда "Скайлэб" пролетала над американскими станциями наземного управления (сейчас благодаря спутникам связь с космонавтами постоянная).

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Эд Гибсон выплывает из шлюзового отсека

"Слово "забастовка" мгновенно облетело ЦУП и быстро стало добычей прессы, которая вдоволь попировала", - говорит Гибсон.

"На Земле они расценили это как забастовку. Но это произошло не преднамеренно, это была наша ошибка. Пресса создала этот миф, который с тех пор продолжает циркулировать - и нам приходилось жить с этим".

С точки зрения Эда, сама идея забастовки не имела никакого смысла. "Что бы мы сделали дальше? Пригрозили бы, что останемся жить на Луне?"

В одной из недавних статей НАСА предложила иную интерпретацию того, что произошло: якобы путаница возникла из-за выходного дня, законно заработанного Джерри и Биллом, совершившими 7-часовой выход в открытый космос на Рождество.

В тот день ведущий переговоры с астронавтами из ЦУПа Ричард Трули шутливо сказал экипажу: "Если хотите, я думаю, вы можете взять завтра выходной", имея в виду запланированный на 26 декабря нерабочий день на орбите.

"Завтра у нас будет автоответчик", - так же шутя ответил на это командир экипажа Карр.

В интервью, которое в 2000 году дал Джеральд Карр, он описывает день "забастовки" как совершенно нормальный день отдыха, которого экипаж давно ждал. Всё, по его словам, шло отлично, члены экипажа расслабились и прекрасно отдохнули… вот только забыли про радио и не вышли на связь с Землей в условленное время. Из этого интервью Карра абсолютно не следует, что день отдыха астронавты взяли без разрешения ЦУПа.

Из расшифровок переговоров с Землей можно сделать вывод, что связь отсутствовала максимум пару часов. Согласитесь, недостаточно долго для того, чтобы окрестить произошедшее забастовкой.

В том же интервью Карр говорил: "И пресса решила, что это замечательно: "Смотрите-ка, эти сварливые, брюзгливые старые нытики на орбите теперь даже не отвечают на радиовызовы. Они отключили радиосвязь и не слушают, что им говорят с Земли". И с таким клеймом мы жили все эти годы".

Забастовка или нет, но напряженные отношения между экипажем и ЦУПом были реальностью. На 30 декабря было назначено кризисное совещание с участием обеих сторон космического конфликта.

Как вспоминает Гибсон, мероприятие начиналось в накаленной атмосфере. Обе стороны заявили о своей неудовлетворенности ходом дел, но в конце концов ЦУП согласился ослабить хватку - меньше настаивать на строгом исполнении расписания и дать астронавтам немного больше самостоятельности.

После этого положение вещей резко улучшилось. Не только выросла производительность труда астронавтов - они стали получать удовольствие от нахождения в космосе.

Специальностью Эда была гелиофизика, и ему нравилось проводить выходные дни в отсеке научных приборов за телескопом Apollo Telescope Mount, наблюдая за Солнцем, или просто глядя в иллюминатор на Землю.

"Планета Земля прекрасна, и я изучил ее [поверхность], как свои пять пальцев. Теперь я думаю: как же нам повезло иметь такую возможность", - говорит он.

Раз в три дня он мог поговорить несколько минут с женой и четырьмя детьми, и это были драгоценные моменты жизни на орбите.

Он вспоминает, как однажды рассказывал своей пятилетней дочери о том, как выглядят из космоса Северная и Южная Америки, их береговая линия, погодные условия, а она его вдруг спросила: "Пап, у меня вопрос: когда ты вернешься, мы пойдем с тобой в боулинг?"

"Это буквально опустило меня на землю, - говорит он, - и помогло понять, насколько в другом мире мы живем на орбите". В семье Гибсонов до сих пор смеются, вспоминая тот эпизод.

Автор фото, NASA

Экипаж "Скайлэб-4" приводнился в Тихом океане 8 февраля 1974 года, через пять дней после своего четвертого и последнего выхода в открытый космос.

В итоге они сделали даже больше, чем предыдущий "экипаж 150%".

"Я горжусь тем, как мы поработали, тем, что это продвинуло НАСА на пути к участию в строительстве Международной космической станции", - говорит Эд Гибсон.

Они ничего не знали о том, какую историю "забастовки" сочинили на Земле, пока не вернулись.

История эта, похоже, жила своей жизнью независимо от того, что произошло на самом деле. В 1976 году в статье в журнале New Yorker ее называли чем-то "вроде сидячей однодневной забастовки примерно в середине миссии".

Гарвардская школа бизнеса использовала случившееся на орбите для анализа на примере из практики опасностей микроменеджмента, назвав исследование "Забастовка в космосе", ссылаясь при этом на статью в New Yorker.

История присутствует и в более близких к нам по времени сообщениях, где инцидент называется ни много ни мало "бунтом в космосе".

К сожалению, версия такой истории проникла и в некролог Уильяма Поуга, опубликованный в 2014 году в New York Times .

Автор фото, NASA

Подпись к фото,

Один из выходов в открытый космос во время миссии "Скайлэб-4"

Каково это Эду - знать, что люди помнят о том, что произошло, как о "бунте в космосе"?

"Нет ничего особенно веселого в том, чтобы пройти серьезную подготовку, хорошо выполнить свою работу, а в итоге заполучить эту историю, которая вечно нас преследует", - отвечает он.

"Каждый раз, когда кто-то упоминает тот полет, всплывает слово "забастовка". Я уверен, что Господь, если я попаду на небеса, тоже спросит меня о том, что случилось".

Удивительно, говорит он, что за последние 48 лет, кроме журналиста Би-би-си, всего лишь еще один репортер обратился к членам экипажа "Скайлэб-4" с просьбой рассказать, что там было на самом деле.

Гибсон написал книгу, в которой предлагает свое видение той ситуации. Он назвал ее "We Enter Space" ("Мы выходим в космос"), но издателя пока не нашел.

Никто из троих астронавтов из экипажа "Скайлэб-4" не летал в космос еще раз, но Эд в рамках космической программы помогал отбирать и тренировать астронавтов. С некоторыми из сотрудников ЦУПа он подружился на всю жизнь.

Он согласен: случившееся с ним и его коллегами на орбите поучительно для тех, кто чересчур увлекается мелочным контролем за работой своих сотрудников.

"Наша миссия показала, что микроменеджмент не работает, за исключением разве что таких ситуаций, как взлет или возвращение в плотные слои атмосферы, где такой контроль требуется, - говорит Гибсон. - К счастью, наш урок пошел впрок и был учтен в последующих полетах".

***