"Она не может жить свою свободную жизнь". В чем особенности домашнего насилия на Кавказе

  • Наталия Зотова
  • Би-би-си

18+

Автор фото, Yelena Afonina/TASS

Уроженка Чечни сбежала от родных. Ее силой забрали из убежища и передали семье. Русская служба Би-би-си выясняла, как женщины на Кавказе пытаются защититься от домашнего насилия.

11 июня полиция ворвалась в квартиру в Махачкале, где нашли убежище несколько женщин, переживших домашнее насилие. По их словам, полицейские их избили и задержали. Главной целью была 22-летняя уроженка Чечни Халимат Тарамова - ее дагестанские полицейские передали людям в штатском на машинах с чеченскими номерами. В начале июня Тарамова сбежала от семьи, с помощью правозащитников и подруги она пыталась выбраться с Кавказа.

"Это была та самая грубая, страшная сила, от которой все в этой квартире убежали. И видеть, как она взламывает дверь в квартире, где твои чашки стоят, твоя зубная щетка… Было очень страшно", - рассказывает Би-би-си правозащитница Светлана Анохина, которая в момент штурма была в квартире. Ее и других задержанных судили по административной статье о сопротивлении полиции, но оправдали. У женщин после штурма квартиры остались синяки на теле.

Что случилось с Халимат Тарамовой?

Подруга Халимат - 26-летняя Анна Манылова из Петербурга, приехавшая на Кавказ спасать чеченскую девушку - рассказала журналистам, что во время штурма они вдвоем вылезли из квартиры через балкон, но их все равно поймали. Обеих сначала привезли в МВД Ленинского района Махачкалы, а после нескольких часов разговоров полицейские передали Тарамову людям в штатском, на джипах с чеченскими номерами. "Халимат потащили по асфальту в машину. Она сопротивлялась, кричала. Я ничем не могла помочь - меня держали", - вспоминает Манылова в интервью изданию "Холод".

У Халимат Тарамовой влиятельные родные: она дочь Аюба Тарамова, соратника Рамзана Кадырова и бывшего главы аппарата администрации Чечни. Девушка замужем пять лет - она рассказывала, что хочет развестись, но родители ее в этом не поддерживали.

28 мая Халимат обратилась за помощью в Российскую ЛГБТ-сеть (российское межрегиональное общественное движение, занимающееся вопросами защиты прав и социальной адаптации сексуальных и гендерных меньшинств). По рассказам ее близкой подруги Анны Маныловой, дома девушка получала угрозы и подвергалась насилию из-за своей ориентации, ее лишали связи, запрещали общаться с ней. О том же говорила сама Тарамова в видео, записанном для полиции: "Я добровольно ушла из дома, спасаясь от регулярных побоев, угроз. Прошу не выдавать моего местонахождения, так как это создаст угрозу моей жизни".

Обращение не помогло: в пятницу девушку, объявленную в розыск, вывезли из квартиры. А в понедельник чеченский ГТРК опубликовал видеоинтервью с Халимат Тарамовой, записанное дома у ее родителей. В ролике Тарамова стоит в углу комнаты (на Кавказе принято, чтобы женщины стояли, когда мужчины в комнате) и отвечает, что ее права не нарушаются и у нее все хорошо. В этом же интервью Халимат отвергает свою принадлежность к ЛГБТ.

Чеченский министр по национальной политике, внешним связям и печати Ахмед Дудаев заявил, что у Тарамовой якобы "проблемы с психикой" - а силовики ее не похитили, а, наоборот, пресекли попытку похищения "провокаторами". "Принимаются попытки приписать нам какие-то меньшинства, которых в Чеченской республике в принципе не может быть, никогда не было", - сказал Дудаев.

Чем отличается положение женщин на Кавказе от остальной России?

"Мне говорят: везде есть домашнее насилие. Нет, ребята, оно здесь отличается, и очень сильно, - настаивает дагестанская правозащитница и журналистка Светлана Анохина в интервью Би-би-си. - Трудно представить, что человек из Рязани или Сызрани соберет огромную толпу родственников и поедет за тридевять земель стоять в осаде под убежищем, где скрывается его жена или дочка. А тут огромное количество людей подключается к поиску "негодяйки". В этом - как это так, сбежала - они видят огромную угрозу для сложившегося порядка вещей".

Основное отличие кавказских порядков от рязанских - в том, что общество там коллективистское, объясняет Катерина Нерозникова - волонтерка правозащитной группы "Марем", оказывающей юридическую и психологическую помощь пострадавшим от насилия (в основном на Кавказе). "Что женщина, что мужчина являются частью большой семейной структуры. И если какая-нибудь Халимат расскажет, что в семье ей плохо, то это сразу будет плохо говорить про ее мужа, а дальше - и про его братьев", - говорит она.

Здесь поведение женщины - не ее личное дело, а показатель репутации семьи. А мужчина по кавказским порядкам отвечает за женщину перед обществом - вот почему поведение женщин жестко контролируется. "Если кто-то увидит на улице вечером гуляющую девушку, то замечания будут делать не ей, а будут высказывать брату, что он не следит за своей сестрой, - объясняет социолог Ирина Костерина. - Опять же, по этой причине многие мужчины контролируют, например, переписку в интернете или проверяют телефоны у своих жен, у своих сестер. Они опасаются за репутацию: вдруг та занимается чем-то предосудительным".

Формально на Кавказе действуют те же российские законы, что и в остальных регионах - но дело в том, что уклад жизни определяют не только они. Ирина Костерина отмечает, что кроме российских законов большую роль играет исламская этика - законы шариата, и так называемое "обычное право", то есть неписанный свод правил, основанный на традициях.

Все эти правила причудливо перемешиваются друг с другом. Дагестанская правозащитница Светлана Анохина проводит аналогию с фокусником, который достает из шляпы нужный закон или обычай, когда это удобно. Поэтому правоприменение на Кавказе в принципе отличается от остальной страны - в том числе это касается прав женщин.

Похищение невесты - не редкость, и обычно уголовным делом это не заканчивается. В большинстве регионов России при разводе суд оставляет детей с матерью. На Кавказе, напротив, принято оставлять их в семье отца. "Женщина ушла - так пусть уходит одна, мы ей ничего не отдадим", - описывает эту логику Катерина Нерозникова. Это она снимала квартиру-убежище, из которой забрали Халимат Тарамову.

Автор фото, Getty Images

Сам развод - если его инициирует женщина - тоже осложнен. "Она не может развестись и уйти жить свою свободную жизнь. Ей никто не даст жить одной. Если она развелась, то должна вернуться в дом отца. А родители часто ее не принимают обратно", - объясняет Светлана Анохина.

В итоге семейные, дружеские связи и обычаи оказываются важнее законов - и становятся возможны ситуации, как с Халимат Тарамовой. Как рассказала Нерозникова, раньше "Марем" не раз помогали жертвам домашнего насилия добиться исключения из базы розыска. Эта процедура - по сути, сообщение женщины в полицию о том, что она не пропала, а ушла по своей воле, и искать ее не надо, даже если родственники считают ее пропавшей. Однако в случае Халимат Тарамовой эта процедура не сработала.

За несколько часов до штурма в квартиру-убежище приходил полицейский, рассказывают волонтеры "Марем". Он спокойно поговорил с Халимат на кухне, та объяснила, что не хочет, чтобы родные ее нашли, и никаких претензий к ней не было. По словам Светланы Анохиной, он прямо пообещал помощь и защиту. Тем не менее через несколько часов в квартиру зашли многочисленные силовики.

Светлана Анохина говорит, что вместе с полицейскими туда ворвался отец Халимат - то есть, делает вывод она, гражданскому лицу почему-то позволили участвовать в операции вместе с силовиками. "Это не совсем полицейское дело, это куча мужчин решила, что так не должно быть. Как так вообще?" - возмущается Анохина.

На Кавказе есть организации, защищающие женщин?

Защищать женщину от ее собственной семьи - значит идти против традиционных устоев на Кавказе. А значит, женщине очень сложно найти тех, кто поддержит ее, а не принятый порядок вещей. "Я обращалась за помощью к чеченским и ингушским правозащитникам, очень отважным мужчинам. И эти прекрасные мужчины отступали. Они бесстрашны в борьбе с силовым беспределом, но против таких сил, как право отца или мужа на женщину, они не идут", - призналась Би-би-си Светлана Анохина.

Так что женщин на Кавказе защищают только женщины. И их можно пересчитать по пальцам. Квартиру, из которой забрали Халимат Тарамову, сняли волонтеры группы "Марем". "Марем" - это несколько женщин, которые собрались вместе, чтобы без особых денег и ресурсов помогать другим женщинам на Кавказе. Многие из них скрывают свои имена, так как иначе родственники помешали бы им заниматься общественной работой.

Одна из основательниц "Марем" - Светлана Анохина, правозащитница и главный редактор издания "Даптар". Издание посвящено положению женщин на Северном Кавказе

Еще одна участница - Марьям Алиева, автор инстаграм-блога "Дневник горянки" и нескольких книг - в частности, с рассказами девушек о пережитом сексуализированном насилии. Недавно Алиева появилась в номере Манижи на "Евровидении" - среди сотни женщин, которые подпевали певице на экране. В интернете ее заклеймили за "либеральность", "вероотступничество" и за то, что она поет, будучи мусульманкой.

"Марем" возник как раз потому, что на Кавказе очень не хватает организаций, помогающих женщинам, объяснила Би-би-си Анохина.

"Официальные" организации помощи все-таки существуют - например, чеченские "Женщины за развитие", которые помогают многодетным, матерям-одиночкам и, в том числе, пережившим насилие женщинам. Или дагестанская общественная организация "Мать и дитя". Есть и социальные гостиницы для женщин. Но чтобы получить приют во всех этих местах, нужны как минимум документы. Чтобы перебраться в более безопасные крупные города России - еще и деньги. Ни того, ни другого у беглянок часто нет, а благотворительным организациям сложно и работать, и собирать на свою работу средства.

Но даже с деньгами женщины оказываются бесправны без поддержки семьи. В наиболее консервативных республиках - Чечне и Ингушетии - одиноким женщинам зачастую просто не сдают квартиру, ведь считается, что женщина не должна жить одна.

Катерина Нерозникова объясняет, что квартира, которую она сняла для "Марем" - это не специально обустроенный шелтер и не приют, а просто место, где те, кому некуда пойти, могли переждать. "Такая квартира нужна, чтобы если женщине нужно собрать документы, сдать тест на ковид для шелтера в Москве, оформить что-то, она могла там переждать два-три дня", - объяснила Нерозникова Би-би-си.

"Марем" стал посредником между кризисными центрами для женщин по всей России и кавказскими девушками, которые стремятся найти укрытие в Москве или других городах-миллионниках, но при этом, возможно, не имеют смартфона для доступа к интернету и даже плохо говорят по-русски. Почти за год работы через квартиру-убежище прошло 10 человек, не считая детей. Но гораздо большему числу волонтеры помогли бесплатным психологом, юристом или просто советом: как восстановить документы, куда ехать, как сделать так, чтобы тебя не искала полиция.

Что будет с Халимат дальше?

Сразу после того, как Халимат Тарамову забрали, Российская ЛГБТ-сеть обратилась в ЕСПЧ по "правилу 39" - это правило используется в экстренных случаях, чтобы добиться быстрой реакции европейского суда на несправедливость. Именно по правилу 39 в этом году ЕСПЧ требовал освобождения Навального вскоре после его ареста, а в 2017 году - журналиста Али Феруза, когда тому грозила депортация в Узбекистан (там мужчину пытали).

Европейский суд задал вопросы России и выделил 10 дней на ответы.

ЕСПЧ интересует, задерживалась ли Тарамова, на каких основаниях, был ли к ней допущен адвокат, действительно ли Тарамова была вывезена в Чечню, и если да, то кем - частными лицами или силовиками, задержана ли Тарамова в Чечне, и если да - то на каких основаниях.

ЛГБТ-сеть также обратилась в СК Чечни с сообщением о похищении девушки.

Чечня - самое опасное место для ЛГБТ-людей в России. В 2017 году появились публикации о массовых задержаниях и пытках геев, "Новая газета" сообщила о нескольких убийствах. Власти Чечни отрицали не только обвинения в насилии над геями, но и сам факт их существования в республике.

Подруга Халимат Анна Манылова подтверждала, что девушку угрожали убить из-за ее сексуальной ориентации. "Убийство чести" - практика в наиболее консервативных частях Северного Кавказа, которая предполагает, что родственники сами должны убить "опозорившуюся" женщину, чтобы восстановить репутацию семьи.

Фильм "Добро пожаловать в Чечню" рассказывает о событиях 2017-го года, когда, по сообщениям правозащитников, чеченские силовики в течение нескольких недель задерживали и пытали представителей ЛГБТ-сообщества, преимущественно мужчин.

Русская служба Би-би-си имеет право на распространение этого документального фильма исключительно на территории России, Украины, Армении, Азербайджана, Беларуси, Грузии, Казахстана, Кыргызстана, Молдовы, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана.

Подписывайтесь на YouTube-канал Русской службы Би-би-си.