Фалафель, сигареты и стрижка: бизнес в лагере для беженцев

  • 16 июня 2016
Приготовление фалафели
Image caption Мурхаф Лабабиди (справа) пытается извлечь пользу из этой трудной ситуации

Мурхаф Лабабиди готовит фалафель, приправляя его соусом из йогурта, муки и лимонного сока. Готовится блюдо прямо здесь, в палатке рядом с бензоколонкой на шоссе близ греко-македонской границы - импровизированном лагере для беженцев.

Лабабиди вместе с другим сирийцем, которого он встретил в лагере, открыл магазинчик, в котором он поначалу продавал хлеб.

Потом в ассортимент добавились овощи и, наконец, пицца и фалафель - традиционное арабское блюдо, представляющее собой жареные во фритюре шарики из измельченного нута или бобов, завернутые в питу.

"Мы - как все сирийцы, нам не нужно подсказывать, что делать", - говорит он.

Многие из этих магазинчиков открылись за последний месяц - когда беженцы поняли, что застряли здесь надолго и скоро останутся без средств к существованию.

В марте Македония закрыла границу, и первое время здесь жили более тысячи человек. Но потом власти начали переводить их в специально построенные для беженцев лагеря.

К пяти утра в понедельник по лагерю разнеслась весть, что его закрывают.

Многие хотели здесь остаться, они были растеряны, потому что не знали, куда их увезут.

Им дали время собрать вещи, и в итоге большинство, не протестуя, сели в автобусы, отправлявшиеся в подготовленные для них лагеря.

Но и без этого количество беженцев здесь постепенно сокращалось. Никто не мог определенно сказать почему, но говорят, что некоторые пользовались услугами контрабандистов, чтобы пересечь границу с Македонией.

Предпринимательский дух

Беженцам каждый день привозили самые основные продукты, купленные на пожертвования, но спрос превышал предложение, и мигрантам надо было искать способ прокормить себя и своих детей.

Мурхаф Лабабиди, к примеру, приехал сюда в конце февраля из сирийского города Идлиб с женой и двумя детьми, младшему из которых всего 10 месяцев.

Image caption В Дамаске у Мурхафа Лабабиди было собственное кафе

Он показывает фотографии в своем мобильном телефоне: разрушенное здание, мужчина с окровавленной головой и закрытыми глазами. По его словам, это недавние кадры бомбежек его родного города, которые он нашел в "Фейсбуке".

В Идлибе у него было свое кафе, и дух предпринимательства Мурхаф, судя по всему, привез с собой в Грецию. Он понял, что ему придется задержаться здесь и найти способ заработать денег.

"Мы просто пытаемся работать - не только для себя, но и для детей, - говорит он. - Вы знаете, еда здесь не очень хорошая".

34-летний Мурхаф покупает овощи и кухонную утварь в соседнем городе Поликастро, куда он ездит на такси.

Абрикосы в его магазинчике стоят два евро за килограмм, восемь ломтей хлеба - один евро, сигареты - два евро за пачку.

Откуда сигареты? "Без комментариев", - отрезал он.

Отрада курильщика

Конкуренция среди торговцев сигаретами здесь жесткая. В лагере несколько таких продавцов, и один из них разложил свой товар совсем неподалеку.

Абдулкадир Гафир сидит за столом коричневого цвета, на котором лежат 11 пачек сигарет.

Image caption Сигаретный бизнес идет ни шатко ни валко

Как бизнес? "Не очень, но я сижу здесь с утра до ночи. Может быть, заработаю за день пару евро".

На самом деле 60-летний Абдулкадир присматривает за бизнесом своего друга. Большую часть времени он сидит в инвалидной коляске из-за боли в шее.

Своего нового друга Абдулкадир встретил в Греции, где находится уже три месяца. Перед этим два месяца Абдулкадир Гафир прожил в Турции, приехав из Дамаска, где он работал портным.

По его словам, сигареты они покупают у мужчины, привозящего их из Македонии, где табак стоит дешевле, чем в Греции.

Это самый популярный бизнес в лагере: еще в трех местах продают только сигареты.

Перед рядом столов для пикника, где в тени собираются обитатели лагеря, два сирийца делают питу и продают ее по шесть штук за один евро.

Бесплатные стрижки

В палатке, раскинутой рядом с въездом на бензоколонку, живет 23-летний Мохаммед Рашед, парикмахер. Рашед стрижет иракца, сидящего перед зеркалом в розовой рамке в стиле диснеевских принцесс.

Кроме стрижки, он выщипывает своему клиенту брови и бреет бороду, и все это за три-четыре евро. Иногда он предлагает постричь бесплатно, если у клиента совсем нет денег.

После стрижки Мохаммед подметает пол своей импровизированной парикмахерской веником из зеленых веток.

Парикмахерский бизнес его нестабилен: в один день - 10 клиентов, в другой - всего три.

Image caption Мохаммед Рашид мечтает работать парикмахером в Германии

Мохаммед из сирийского города Африн жалуется, что в Турции он мог работать целый месяц и не получать за это ничего.

"Никому там до нас нет дела, потому что в Турции мы тоже беженцы", - говорит он.

Для Мохаммеда его бизнес - возможность хоть как-то вернуть контроль над собственной жизнью.

"Здесь я зарабатываю деньги и чувствую себя комфортно: я их зарабатываю, никто не дает мне деньги просто так", - говорит он.

В его палатке стоит стол с электробритвами, которые он купил на заправке. Остальное - из Поликастро. Тут есть расчески, бутылка с пульверизатором, две бутылки с лосьоном и влажные салфетки, чтобы снимать макияж.

Контроль

К уличному фонарю, стоящему рядом с палаткой Рашеда, веревкой привязаны восемь пустых банок крепкого пива, продающегося по полтора евро за банку. Рашед говорит, что этот бизнес принадлежит его другу, сидящему рядом в камуфляжных штанах.

Image caption Живущие в лагере мужчины готовы на любую работу

Они познакомились во время опасного морского путешествия на надувной лодке из Турции в Грецию. Рашед рассказывает, что его другу пришлось рулить лодкой, потому что контрабандист в последнюю минуту испугался выйти в море.

Рашед хочет работать парикмахером в Германии, где он надеется обосноваться и позже перевезти мать и сестру. Но сначала ему нужно понять, как туда добраться.

Многие здесь пытаются избежать официально открытых для беженцев лагерей, некоторые из которых комиссар ООН по делам беженцев назвал не соответствующими стандартам.

При этом у беженцев нет возможности двигаться дальше, в Македонию.

Подобный бизнес не позволят жить на широкую ногу, но он поддерживает в беженцах надежду на жизнь в Европейском союзе, ведь они могут дольше оставаться в Греции.

Это возможность хоть как-то наладить жизнь в месте, где у них почти ничего нет.

Торговец фалафелем Мурхафа Лабабиди говорит, что рад уехать в любую страну, где есть возможность получить работу.

Он не видит такой возможности в Греции: по его словам, работы нет совсем, а его дети не могут ходить в школу.

"Где бы вы ни жили в Греции, вы живете в нищете", - говорит он.

Новости по теме