"Осторожно, люди!": тестам IQ сто десять лет

  • 10 июня 2014
  • kомментарии
Сева Новгородцев

Если вам доведется попасть на прием к психиатру - мало ли, на медкомиссию пошлют, - не удивляйтесь, если он начнет спрашивать, что значит выражение "наломал дров"? Или "тише едешь — дальше будешь"?

Врач не мнит себя Далем и не ударился в филологический поиск. Он в клинической беседе выясняет уровень интеллекта у незнакомого ему человека. Если человек понимает переносный смысл этих идиом, а не объясняет их смысл буквально (пошел в лес, свалил дерево, наломал руками из него дров), то подозрение в дебильности отпадает.

Это я сообщаю на тот случай, если вы хотите, чтобы вас приняли за дебила. Если вы хотите прослыть умным, то придется делать тест на сообразительность - IQ.

Этому тесту исполнилось сто десять лет, так что некоторый опыт накоплен. Сформулировал это французский психолог-самоучка Альфред Бине.

Был он человеком странным, любил ужасы, даже сочинил пьесу "Убийство в сумасшедшем доме", она лет сорок подряд шла в театрах.

Десятилетним детям он давал читать предложения вроде "Тело несчастной девушки было расчленено на восемнадцать частей. Поговаривали, что она наложила на себя руки." Или "Один знакомый сказал, что если его охватит отчаянье, он покончит жизнь самоубийством. Но только не в пятницу, потому что пятница – день несчастливый".

Media playback is unsupported on your device

Из таких незатейливых концепций и вырос современный тест IQ, имеющий цифровое выражение. Меньше 70 – испытуемый интеллектом слабоват, а если ему удалось набрать 148 или больше – то он в числе избранных вроде Альберта Эйнштейна, может вступать в британскую ассоциацию МЕНСА и после этого вести себя тихо и достойно, лишь изредка упоминая сей факт или, может быть, лишь указывая на неприметный значок на лацкане.

Жизнь подсказывает, что сообразительность — вещь относительная. Например, можно быть членом МЕНСы и не суметь разжечь костер под дождем или оказаться не в состоянии построить себе дом из снега.

Одна моя знакомая постоянно сдает эти тесты, она говорит, что есть этнические и культурные различия. Например, выходцы из Азии показывают хорошие результаты на память и плохие — на пространственное восприятие.

Африканцы выдают отличные результаты на координацию движений, пространственное ориентирование и плохо — на нахождение логических закономерностей. Европейцы — это люди с усредненными способностями, склонные к инновации.

Женская логика тоже часто не соответствует тестам, которые разработали мужчины без всякого учета дамских талантов.

Это позволило, например, одному из пионеров проблемы, Сэру Фрэнсису Голтону заявлять, что женский интеллект ниже мужского.

Был у меня приятель, который на гастролях стал мисогинистом-теоретиком и исследовал тему женоненавистничества в мировой философии.

Всякую свободную минуту он вдумчиво читал книжки, приобретенные в букинистическом магазине: "Секс и характер" Отто Вейнингера, эссе Шопенгауэра "О женщинах", "За пределами Добра и Зла" Фридриха Ницше или что-нибудь из Сократа.

Понравившиеся ему цитаты он жирно подчеркивал красным карандашом: "Храбрость мужчины кроется в его умении командовать, а храбрость женщины — в ее умении подчиняться" (Аристотель).

Или: "Ни один мужчина, глубоко размышлявший о женщинах, не составит о них высокого мнения: мужчина либо презирает женщин, либо он никогда о них серьезно не думал" (Отто Вейнингер).

Трубным голосом, вытягивая губы, с жаром листая свои конспекты, он втолковывал мне: "Ты послушай, что говорит Будда! Он предсказал, что его учение может прожить тысячу лет, но если допустить в него женщин, то только половину этого срока! И еще: всякий Будда должен иметь тридцать два признака величия, один из них — это быть мужского пола!"

Общение с этим приятелем для меня даром не прошло. Я понял, что жить гораздо веселее и интереснее, когда ищешь в других достоинства, а не недостатки.