Freedom House: дело Магнитского превращается в фарс

  • 16 ноября 2010
Дэвид Крамер, директор Freedom House
Image caption Дэвид Крамер считает, что коррупцию подпитывает ощущение безнаказанности

16 ноября, в годовщину смерти юриста Hermitage Capital Cергея Магнитского, в конгрессе США пройдет показ документального фильма "Сергей Магнитский – справедливость, закон, судьба".

В этот же день американские правозащитники и конгрессмены подведут итоги того, что было сделано за этот год, чтобы привлечь внимание общественности как в России, так и за ее пределами к этому делу и шире – к ситуации с правами человека в России. Что могут сделать правозащитники и политики в США, чтобы изменить ситуацию с правами человека в России или хоть как-то на нее повлиять?

Корреспондент Русской службы Би-би-си в Вашингтоне Илона Виноградова побеседовала с Дэвидом Крамером, исполнительным директором международной правозащитной организации Freedom House и бывшим заместителем госсекретаря США.

Би-би-си: Российские следователи заявили, что Сергей Магнитский разрабатывал для Hermitage Capital схемы ухода от налогов и был причастен к хищению 5,4 млрд рублей из государственного бюджета. Как вы оцениваете такое развитие событий?

Дэвид Крамер: Мне кажется, что российские следователи и прокуроры нашли новую лазейку для себя. Особое отвращение вызывает то, что это заявление сделано накануне годовщины смерти Магнитского. Все это дело превращается в фарс.

Би-би-си: На протяжении этого года в США проводились различные кампании в поддержку Сергея Магнитского. Сенатор Бенджамин Кардин и член палаты представителей Джеймс Макговерн внесли в сентябре в конгресс законопроект о санкциях в отношении российских должностных лиц, причастных к гибели Магнитского. Но российские власти, в свою очередь заявляют, что им не нужны подсказки со стороны, они сами во всем разберутся...

Д.К.: И все-таки я надеюсь, что российские власти обратят внимание на то, какой резонанс подобное нарушение закона и безнаказанность тех, кто его нарушает, вызывает на Западе. Этот законопроект (я уверен, что он вскоре будет одобрен сенатом) запрещает въезд в США и налагает финансовые санкции на 60 человек, вовлеченных в дело Магнитского. Это то немногое, что США могут сделать в этой ситуации, показав тем самым наше разочарование российским беззаконием и безнаказанностью.

Би-би-си: Но могут ли подобные шаги изменить или хоть как-то повлиять на ситуацию с правами человека в России?

Д.К.: Я не настолько наивен, чтобы думать, что подобные меры могут изменить отношение российских властей к подобного рода делам. Нам важно привлечь внимание не только российских, но и западных властей к тому, что происходит в России, а также внимание простых россиян, которые должны понимать, что несоблюдение закона – это нарушение их прав. Именно неуважение к закону и безнаказанность тех, кто его нарушает, приводит к избиению и убийству журналистов, к коррупции и так далее.

Би-би-си: Несколько дней назад в конгрессе США выступал российский адвокат и блоггер Алексей Навальный. Он призывал конгрессменов воспрепятствовать российским чиновникам, замешанным в том или ином деле, тратить свои деньги на территории США и, в целом, чувствовать себя безнаказанными не только на территории России, но и за границей. Что в этой ситуации могут сделать США?

Д.К.: Мы мало, что можем сделать в рамках закона, потому что, чтобы запретить человеку въезд в США или заморозить его счета, мы должны иметь доказательства его преступления. А в таких делах очень трудно получить какие-либо доказательства, особенно, если преступление совершено не в США, а в другой стране. Но в деле Магнитского есть доказательства, на основании которых мы можем запретить чиновникам и их детям въезд на территорию США. Меня лично в этом деле поражает то, что несмотря на обещания президента Медведева провести справедливое расследование, люди, к нему причастные, получают награды и продвижение по службе. Это говорит об одном: либо МВД абсолютно не прислушивается к тому, что говорит президент, либо слова президента – это пустая риторика.

Би-би-си: Вы следите за другими подобными делами в России? И что ваша организация Freedom House и другие международные правозащитные организации могут сделать в таких случаях?

Д.К.: Конечно, мы следим и за другими делами. Мы в курсе того, как проходил суд над бывшим юристом ЮКОСа Василием Алексаняном, как нарушались его права. Мы знаем про Веру Трофимову, которая также, как Магнитский, скончалась в СИЗО, потому что ей вовремя не оказали медицинской помощи. И я уверен, что еще много подобных дел, которые никак не освещались ни в российской, ни в западной прессе. Правозащитные организации могут лишь привлечь общественное внимание к подобным нарушениям, постоянно называть имена тех, кто замешан в этих делах, чем мы и занимаемся. Но пока у большинства граждан России не возникнет неприятия грубых нарушений их прав, ситуация навряд ли изменится.

Би-би-си: Как вы считаете, администрация Обамы достаточно внимания уделяет ситуации с правами человека в России?

Д.К.: Мне бы хотелось видеть больше действий и больше внимания к этому вопросу. Президент Обама, мне кажется, должен напрямую осудить творящееся в России беззаконие, а не только хвалить Медведева за то, что он осуждает нападения на журналистов. Это все риторика.

Би-би-си: А когда у власти был Буш или Клинтон, что-то было по-другому?

Д.К.: Справедливый вопрос. Я работал в администрации Буша и могу сказать, что и тогда не так много внимания уделялось ситуации с нарушением прав человека в России. Честно говоря, ни демократы, ни республиканцы никогда не уделяли этому вопросу должного внимания. Так уж сложилось, что на повестке дня всегда были стратегически более важные вопросы, по которым двум странам нужно было договориться. Но если мы и дальше будем пренебрегать сложившейся ситуацией с нарушением прав человека в России, то, боюсь, что в скором времени и по другим вопросам будет сложно найти общий язык.

Би-би-си: Как вы считаете, на сегодняшний день есть в России политическая воля для того, чтобы бороться с коррупцией, прежде всего, в госструктурах?

Д.К.: Мне бы хотелось, чтобы она была, но пока ее не видно. По подсчетам общественного фонда "Индем", коррупция обходится российскому бюджету в 300 миллиардов долларов в год. Вдумайтесь в эту цифру – это потрясающе высокая сумма. Понятно, что советская система была достаточно коррумпированной, и России приходится сегодня бороться с этим наследием. Но размеры коррупции в современной России возросли в разы, во многом, как мне видится, потому что люди знают, что они останутся безнаказанными.

Би-би-си: Может ли президент Медведев в этой ситуации что-то изменить или это не в его силах, и нужно менять всю систему?

Д.К.: Вспомните, что он сказал в августе этого года, что его антикоррупционная кампания ни к чему не привела. До новых выборов осталось не так много времени, боюсь, что никаких серьезных изменений за эти полтора года не произойдет. Пока мы видим, что чиновники, замешанные в одном конкретном деле - Сергея Магнитского – вместо наказания получают награды, нет никакой надежды на то, что Медведев способен что-то изменить.

Би-би-си: Коррупция есть в любой стране, в том числе и в США. Точно также, как и нарушения прав человека происходят в любой демократической стране. В этом году Transparency International в своем ежегодном докладе о состоянии коррупции в разных странах поместила США на 22-е место. До этого страна входила в двадцатку наименее коррумпированных стран мира. Как вы решаете проблему коррупции и нарушения прав человека в своей стране?

Д.К.: Конечно, коррупция есть везде и на США лежит пятно Гуантанамо, но разница между США и Россией именно в том, как мы решаем эти вопросы. У нас работает система сдержек и противовесов – есть независимый суд, независимые СМИ, журналисты не боятся поднимать эти вопросы, проводить свои расследования. В то время, как в России журналистов за подобные расследования избивают и убивают. И граждане США знают, что, если их права нарушены, они могут обратиться в суд и рассчитывать на справедливый исход.

Новости по теме