Журналист Би-би-си и его блокноты, пропавшие в Ливии

  • 13 сентября 2011
Дневник Правообладатель иллюстрации bbc
Image caption Ливийский дневник Джереми Боуэна: кто знает, в чьих руках он находится сейчас?

Любой журналист должен уметь хорошо конспектировать, но в таких странах, как Ливия, одного этого недостаточно. Важно еще и уметь следить за своими блокнотами.

Я люблю блокноты. Люблю записывать туда самые разные вещи: какие-то детали, описание атмосферы, что говорят люди, их имена, телефонные номера, напоминания себе. Да мало ли что еще.

Я и сейчас пишу эту заметку в блокноте, потому что мы находимся на съемках. У моих блокнотов есть страницы, твердые черные обложки, удобный карманчик на обороте и перехватывающая резинка.

Грозному Хамису Каддафи, которого боятся больше других сыновей полковника, блокноты тоже, кажется, сильно по душе. Подозреваю, что именно в моем он рисовал планы военных действий.

Я потерял записную книжку – а, может быть, ее украли – во время безрезультатной попытки верных Каддафи сил отвоевать Мисрату у повстанцев в апреле. Только на обратном пути в Триполи я заметил, что блокнот пропал.

После этого с моим бумажным другом произошли неожиданные приключения.

Пару недель назад мне в Лондон со спутникового телефона позвонил человек по имени Мохаммед – он находился недалеко от Мисраты. Мохаммед сказал, что нашел мой блокнот.

Впоследствии разные журналисты видели этот блокнот на рабочем столе одного командира повстанцев, базирующегося рядом с городом Бени-Валид. У кого-то даже есть фотографии этой записной книжки, а один из моих коллег-журналистов даже написал про нее репортаж рассказ, кое-что по ходу дела присочинив.

Назад свой блокнот я так и не получил.

Командир повстанцев, насколько я понимаю, считает его теперь своим военным трофеем.

Блокнот был якобы найден на стоянке военного подразделения, сопровождавшего Хамиса Каддафи. Как утверждают повстанцы, в ходе нападения Хамис был убит.

Что касается Мохаммеда, его спутниковый телефон не отвечает – раздается только сообщение, что ящик голосовой почты переполнен. Интересно, не оказался ли Мохаммед в той обстрелянной колонне, и что с ним произошло.

Правообладатель иллюстрации REUTERS
Image caption Повстанцы в гостинице "Риксос"

Но тот блокнот, в котором оставил свой след Хамис, - не единственный из тех, что разлетелись по Ливии.

Я только что воссоединился с другой своей записной книжкой, которую украли из моего номера в гостинице "Риксос". Это тот самый пятизвездочный отель, который был золотой клеткой для иностранных корреспондентов в Триполи до падения режима Каддафи. Блокнот был обнаружен в ящике письменного стола на военной базе.

На днях я решил снова съездить к гостинице "Риксос". Раньше его ворота украшали детские рисунки, на которых повстанцы были изображены в виде крыс, а члены семьи Каддафи – как герои. Неподалеку сновали неприятной наружности сотрудники тайной полиции, которым нужно было знать всех, кто входил в здание и выходил из него.

Наш бывший ливийский дом не выглядел разрушенным, но он обтрепался и зарос зеленью.

Полицию в фойе сменили бывшие повстанцы, которые теперь временно руководят Ливией.

Что полностью исчезло - так это ощущение напряженности, зачастую невыносимое, иногда угрожающее, ранее разлитое по мраморным залам отеля.

Доктора Шакира не было. Он был штатным пропагандистом Каддафи - человек с каменным лицом, который во время бомбежек выходил в эфир из подвала отеля, называя западных журналистов шпионами НАТО.

Что, однако, не мешало ему после этого вежливо стоять с этими "шпионами" в одной очереди в буфет.

Правообладатель иллюстрации reuters
Image caption Муса Ибрагим до конца остался верен полковнику Каддафи

Конечно же, не было и духу Мусы Ибрагима, пресс-секретаря режима Каддафи.

Некоторое время он жил в комнате, соседней с моей. Иногда я слышал, как его жена-немка тихо разговаривала с их малышом, пока Муса раздавал все более неубедительные интервью. Мне кажется, мать и дитя покинули гостиницу задолго до конца.

После того, как повстанцы захватили "Риксос", кто-то разместил на Yutube видеоролик, где якобы запечатлена комната Мусы.

Бумаги, семейные фото, пара игрушек и несколько бутылок вина. Мне он ни разу не предложил выпить.

Когда вооруженные люди испарились, журналисты нашли в офисе Мусы и его команды распечатки своих электронных писем. Может быть, один из его людей стащил мой блокнот?

Должен признаться, поначалу мне нравился Муса, даже несмотря на то, что я знал, что его люди постоянно следят за каждым нашим шагом.

Несколько лет он провел в Лондоне. По его словам, он был из тех ливийцев, что вернулись в страну в надежде, что Сейф-аль-Ислам, сын и наследник Каддафи, начнет проводить модернизацию.

Когда несколько месяцев назад поползли слухи, что Муса перешел на сторону повстанцев, я не был удивлен.

Однако я в нем ошибся. Он остался, его позиция становилась все более жесткой по мере того, как усиливалось давление на режим.

Его самооценка росла вместе с количеством телеинтервью, которые он раздавал журналистам со всего мира. Я перестал сомневаться в том, что он действительно верит в то, что говорит.

Однажды вечером он по телефону произнес получасовую тираду одной телекомпании в Дамаске по поводу неминуемой победы полковника Каддафи.

Может быть, он и сейчас с ним. Муса, если ты скажешь мне, где ты, я вышлю тебе блокнот.

Новости по теме