Виктор Бут выслушивает компромат

  • 27 октября 2011
Виктор Бут в зале суда Правообладатель иллюстрации AFP
Image caption Виктор Бут выглядит осунувшимся и похудевшим

Неделя началась для Виктора Бута не очень хорошо, потому что тюремщики потеряли единственный галстук, который ему разрешается иметь во время судебного процесса. На помощь пришел судебный переводчик Андрей Гаркуша, сняв галстук с себя.

Во вторник еще более похудевший и осунувшийся россиянин совершил первую "экскурсию" по Манхэттену, изрядный кусок которого виден из окна находящегося на 15-м этаже судебного зала - в то числе Эмпайр-стейт-билдинг. В перерыве Бут стоял у стола защиты, а двое молодых конвоиров в хороших костюмах рассказывали ему, что он видит за окном.

В среду адвокат россиянина Альберт Даян на перекрестном допросе ловко посадил в лужу важного свидетеля обвинения, 70-летнего Эндрю Майкла Смуляна, который был арестован в марте 2008 года в Бангкоке вместе с Бутом, однако немедленно согласился отправиться в США и сотрудничать со следствием. В остальном неделя пока проходит неблагополучно для подсудимого, на которого продолжает обрушиваться поток компромата.

Худшее свидетельство - его собственные слова, записанные дружественными разведслужбами и тайными осведомителями DEA, американского управления по борьбе с наркотиками.

Неопровержимые доказательства

В понедельник прокурор Майкл Макгвайр закончил допрос заслуженного агента DEA Карлоса Сагастуме, которого Бут и Смулян знали под именем Карлос и принимали за бухгалтера колумбийской партизанской группировки ФАРК.

Отвечая на вопрос Макгвайра, плотный бородатый Карлос два дня подряд комментировал присяжным запись двухчасовых переговоров, которые Бут и Смулян вели 6 марта 2008 года в бангкокском отеле "Софитель" с мнимыми эмиссарами ФАРК.

Кроме Карлоса, на них присутствовал агент Рикардо, который выдавал себя за одного из партизанских командиров и звался Эль Команданте. Он не знает английского, поэтому в его присутствии высокие договаривающиеся стороны пользовались испанским.

Согласно сценарию DEA, роль Рикардо состояла в том, чтобы обсуждать потребности ФАРК в оружии и периодически произносить тирады против гринго, стуча при этом по полированному столу "Софителя".

"Сколько АК-47 и "Игл" вы можете мне дать для начала? - спросил Рикардо, имея в виду переносные зенитные ракеты. - Он вроде говорил мне, что у вас имеется 100 штук".

"Давайте начнем с (сотни)... - сказал Бут. - По крайней мере 700-800 ракет".

Правообладатель иллюстрации na
Image caption Записи Бута являются одним из вещественных доказательств в суде

В таких местах прокурор показывал присяжным на большом экране записи, которые делал себе Бут на фирменном бланке "Софителя". Сейчас Макгвайр указал на его верхнюю часть, где было написано "АА = 100 + 700-800".

Карлос объяснил со свидетельского места, что "АА" означает "зенитный".

"О’кей, - сказал Рикардо. – Мы начнем с сотни. Это первая партия".

"О’кей", - согласился Бут.

"И 700-800 ракет", - вставил Карлос.

"Чтобы был, м-м-м, по крайней мере 30-процентный запас", - заметил Бут.

В другом месте он предложил сбивать в Колумбии американские вертолеты из спаренных зенитных установок ЗУ-23. Речь зашла об автоматах.

"Что до АК, - сказал Бут, - то мы закажем 20-30 тысяч. И я знаю, где их взять, когда будет нужно... Мы привезем их из Болгарии. Давайте возьмем их в Югославии".

Прокурор ткнул пальцем в сторону записей Бута, где говорилось "АК-47 – 10–20 м".

Мнимый бухгалтер ФАРК Карлос спросил, почем автоматы.

"Если из запасов, то 100 долларов, - сказал Бут. – А за... новые – 300-400 долларов".

Покупатели поинтересовались ценами на снайперские винтовки Драгунова.

"Я не знаю, - сказал Бут. – М-м-м, в районе 2000-3000 штука".

"На сколько штук мы можем договориться?" – спросил Рикардо.

"Две-три сотни, 500... 600", - сказал Бут, подумав.

"Патроны? – спросил он дальше. – 5 миллионов?"

"Все, что у вас есть", - сказал Рикардо.

"Десять миллионов...", - сказал Бут, а прокурор показал пальцем на его запись "7,62 х 54 = 10 000 0000". Это патрон для винтовки Драгунова, хотя Бут, возможно, имел в виду 7,62 х 39, то есть патроны для автоматов Калашникова.

"Гринго - враги"

Россиянин не только обсуждал просьбы покупателей, но и предлагал свой товар, например, "ультралегкие" самолетики. По его словам, он мог достать "несколько этих маленьких двухмоторных двухместных самолетов". Их можно оснастить пятью гранатометами, которыми "очень хорошо сбивать вертолеты".

Тут Маквайр предъявил присяжным сделанный Бутом набросок этого изделия.

Рикардо неоднократно жаловался, что в Колумбии действуют американские вертолеты Apache, Chinook и Black Hawk, а партизаны могут противопоставить им лишь стрелковое оружие. Он спросил, годятся ли для борьбы с ними "ультралегкие" машины Бута.

"Нет, - ответил россиянин, - но они годятся для применения по войскам..."

"Вы видите, как садятся вертолеты и из них высаживаются колумбийские солдаты, - сказал Рикардо, - но пилоты..."

"Американцы!" - вставил Бут.

"Американцы, - сказал Рикардо. – И мы хотим начать убивать американских пилотов!... Для этого и нужны зенитные средства и Драгуновы".

"Да, да! – поддержал Бут. – Мы все подготовим".

Прокурор спросил Карлоса, как он понял это обещание. Тот сказал, что речь шла о поставках оружия.

"Слушайте, - сказал Бут в другом месте. – У нас такая линия, что гринго – враги".

"Это нас объединяет", - заметил Рикардо.

"Объединяет", - подтвердил Бут.

"Теперь мы оба хотим их убивать", - заключил Рикардо.

"Это не бизнес, - продолжал Бут. – Это моя борьба. Послушайте, я воюю против США... лет 10-15..."

"Ну, вы больше не одиноки, - сказал Карлос. - Вы не одиноки, потому что у вас есть полная поддержка ФАРК".

Стенограмма завершается криками "Вы арестованы!" и "Руки вверх!", исходившими от таиландской группы захвата.

"Подстава"

Зашитник Даян попытался исправить положение во время перекрестного допроса Карлоса, но профессионального информатора, дававшего показания в суде далеко не в первый раз, сбить было нелегко. За ним в свидетельское кресло опустился седовласый и седоусый Смулян.

Как и Карлос, Смулян служил прежде в военной разведке, но не в гватемальской, а в южноафриканской. Он родился в Британии, но в восьмилетнем возрасте его увезли в ЮАР. С 1966 по 1999 год он работал на военную разведку республики, занимаясь аэрофотосъемкой военных объектов в соседних африканских странах. В конце 2007 года, когда дела у него шли совсем плохо, к нему обратился знакомый бизнесмен Майк Сноу, три десятилетия работающий авиационным брокером.

При посредничестве Сноу DEA приобрело в Молдавии подержанный АН-12, использовало его в одной подставной операции и по ее окончании попыталось продать самолет на открытом рынке. На объявление откликнулся ростовчанин Константин Ярошенко, который дал вовлечь себя в подставную операцию с кокаином и ранее был приговорен в том же здании к 20 годам тюрьмы.

По заданию DEA, которое надеялось таким образом подобраться к Буту, Сноу предложил Смуляну оружейную сделку с ФАРК. Тот знал Бута с середины 1990-х годов, связался с ним и поведал об этом выгодном проекте. Так началась операция под кодовым обозначением Relentless ("Безжалостный"), в результате которой Бут оказался в зале федеральной судьи Ширы Шендлин.

На перекрестном допросе Смулян сказал Даяну, что обязался говорить на суде только правду и надеется за это отделаться уже отбытым сроком.

"А кто будет решать, говорили ли вы правду?" - спросил защитник.

"Прокуратура", - нехотя признал Смулян, дав адвокату повод утверждать в своем последнем слове, что он оговаривал Бута в обмен на снисхождение от прокуроров.

Новости по теме