Москва вряд ли будет энергично бороться за Бута

  • 4 ноября 2011
Виктор Бут на Красной площади Правообладатель иллюстрации United States Attorneys Office
Image caption У Бута были большие связи в Москве, но непонятно, будут ли российские власти активно добиваться его выдачи

Выступая перед российскими журналистами после вердикта по делу Виктора Бута, вице-консул России Александр Отчайнов заявил, что "для российской стороны этот вопрос остается открытым", и обещал, что Москва продолжит оказывать Буту всестороннюю помощь.

В Нью-Йорке эта помощь была не очевидна.

Как поведали мне российские коллеги, освещавшие в Бангкоке судебную тяжбу по поводу экстрадиции Бута в США, тамошний консул Российской Федерации посещал все заседания, иногда в сопровождении вице-консула. На нью-йоркском же процессе Бута российский вице-консул появился лишь в первый день, да и то меньше, чем на полчаса, а потом только в последние два дня.

"Если бы наши дипломаты чаще бывали на процессе, они бы лучше могли судить о его объективности", - заметила мне в четверг жена осужденного Алла Бут. Когда я поинтересовался, оказывало ли ей какую-нибудь помощь российское генконсульство, она дипломатично ответила: "А я у них ничего и не просила".

Какую-то помощь генконсульство, по моим сведениям, все же оказало: Александр Отчайнов встретил Аллу в аэропорту, когда она в первый раз прилетела в Нью-Йорк, и потом отвез туда улетавшую на родину мать Бута.

Жилье Алле нашли в чужом городе ее знакомые, а не дипломаты.

Ее не пригласили в генконсульство на недавнюю конференцию по проблеме "русской" преступности в США, на которой выступал Ли Гинсберг, защищавший Константина Ярошенко – другого россиянина, экстрадированного в США и представшего перед тем же судом, что и Бут.

В свете вышесказанного не вполне ясно, будет ли теперь Москва энергично добиваться возвращения Виктора Бута в Россию, или же протесты российских властей по поводу его дела предназначены больше для внутреннего потребления.

Письмо из Думы не дошло до присяжных

"Обвинительный вердикт россиянину Буту вынесен при беспрецедентном политическом давлении властей США", - говорится в заявлении МИД России.

Ваш корреспондент присутствовал на всех заседаниях нью-йоркского процесса Бута и ни разу не заметил очевидных признаков беспрецедентного политического давления на присяжных. Прокуроры не имели права даже здороваться с ними в коридоре, да и вряд ли вообще встречали присяжных, которых выпускали из зала первыми и предоставляли им отдельный лифт.

Image caption Владимир Кузнецов, который отбывал наказание в Алленвудской тюрьме в Пенсильвании, вернулся на родину в конце 2008 года

Единственная попытка политического влияния на суд заключалась в письме в защиту Виктора Бута, которое направили судье Шире Шендлин несколько депутатов Госдумы. Она ни разу не обмолвилась о нем. Даже если бы письмо на нее повлияло, исход процесса зависел отнюдь не от судьи. Вердикт принимали присяжные, к которым этот документ попасть никак не мог – и не попал, как заявила мне секретарь суда Стефани Сиркович.

Что будет зависеть от Шендлин, так это приговор, который она должна вынести Буту в начале февраля. Приговаривая летом Константина Ярошенко, судья Джед Рейкофф отметил интерес, который проявляли российские власти к его делу, и дал осужденному 20 лет, а не 30, как требовала прокуратура.

В США выучили урок Кузнецова

Хотя и США, и Россия подписали конвенцию Совета Европы о передаче осужденных лиц, за последние годы из американской тюрьмы в российскую был переведен лишь один человек – бывший высокопоставленный сотрудник ООН Владимир Кузнецов, осужденный в Нью-Йорке за отмывание денег.

Российские дипломаты присутствовали на всех слушаниях по его делу, на которых я был, и приложили титанические усилия к переводу его на родину.

Там Кузнецов вышел из тюрьмы, не отбыв своего американского срока. Это обстоятельство наверняка не прошло мимо внимания властей США и могло отбить у них охоту к таким вариантам, к которым у них и так явно не лежало сердце, иначе бы они отправляли заключенных-россиян на родину гораздо чаще.

По словам американских правоохранителей, Бут является слишком крупной фигурой и достался им слишком большой ценой, чтобы они согласились на отправку его в Россию. Такие вопросы решают не они, а политическая власть, но она к ним прислушивается. Иначе Джонатан Поллард, приговоренный в 1987 году к пожизненному заключению за шпионаж в пользу Израиля, был бы давно отправлен туда.

Обсуждаемый в Рунете вариант обмена Виктора Бута на специально плененных для такой цели американцев здесь серьезно не обсуждается.

Неясно, станет ли Москва менять его на американских разведчиков, которые, возможно, будут арестованы в России: Бут ведь не шпион и вообще не госслужащий, а частный предприниматель, который, как утверждают, торговал в последние годы не столько российским, сколько болгарским, югославским и иным чужеземным оружием.

Новости по теме