Обвиненных во взрыве в минском метро казнят

  • Татьяна Мельничук
  • Русская служба Би-би-си, Минск
Обвиняемые во взрыве в минском метро

Автор фото, Reuters

Подпись к фото,

Обвиняемый в организации взрыва в минском метро Дмитрий Коновалов отказался от последнего слова. Владислав Ковалев пытался защититься

К смертной казни приговорил Верховный суд Белоруссии бывших токаря и электрика из Витебска, обвиненных в совершении теракта в минском метро и ряде других преступлений с использованием взрывных устройств.

По заключению суда, Дмитрий Коновалов и Владислав Ковалев представляют особую опасность для общества.

В решении суда также говорится, что приговоренные к расстрелу обязаны выплатить компенсацию пострадавшим от взрыва в метро.

Текст приговора занял 114 страниц и, по просьбе пострадавших, оглашался полностью. Чтение приговора заняло почти три с половиной часа.

Фото- и видеосъемка в зале суда были запрещены, мобильная связь не работала, охрана Дворца правосудия и его окрестностей осуществлялась в усиленном режиме.

Верховный суд Белоруссии объявил, что Дмитрий Коновалов осуществил акт терроризма в минском метро 11 апреля 2011 года, в результате чего погибли 15 и пострадали сотни человек.

Ковалев, как отмечено в приговоре, вместе с Коноваловым доставил взрывное устройство на съемную квартиру, где и "осуществлял пособничество" в приведении устройства в боевое состояние.

Дмитрий Коновалов назван исполнителем еще одного резонансного взрыва – во время концерта в честь Дня независимости в июле 2008 года. Суд и следствие установили, что на неразорвавшемся тогда втором взрывном устройстве присутствуют его отпечатки пальцев.

Владислав Ковалев признан виновным в недонесении властям о подготовке этого взрыва.

По многочисленным эпизодам 2003-2005 годов (взрывы в людных местах города Витебска, установка растяжек на лесных дорожках, поджоги, мелкие взрывы в подъездах и т.п.) суд оправдал Дмитрия Коновалова только в одном случае, сочтя его не причастным к поджогу газетного киоска в Витебске в 2004 году.

Судом выяснено, что Дмитрий Коновалов с 2004 года регулярно экспериментировал со взрывчаткой в лесу и на полигоне неподалеку от Витебска, к делу приобщены, среди прочего, изъятые у Коновалова флеш-карты с фотографиями, на которых запечатлены результаты лесных взрывов.

Однако, по мнению правозащитников, внятной мотивации совершения взрывов в людных местах не прозвучало.

"Искатель славы террориста"

"Совершенно аполитичный рабочий парень только на одном из следственных допросов произносит не свойственную его лексикону фразу: "с целью дестабилизации обстановки в обществе", – замечает следившая за процессом правозащитник Людмила Грязнова. – Суд даже не стал развивать в процессе слушаний эту "цель", определив, что Коноваловым двигало желание прославиться в образе террориста".

По мнению правозащитника, суд посвятил значительную часть двухмесячных заседаний изучению личности Коновалова, его привычек, пристрастий и круга общения именно потому, что "иных аргументов для создания образа немотивированного террориста-одиночки просто не нашлось".

В обвинительном приговоре, однако, прозвучало, что Дмитрий Коновалов совершал преступные действия с целью "дестабилизации обстановки и устрашения населения".

Приговор Коновалов выслушал безучастно. Так же, без эмоций, "искатель славы террориста" вел себя на всех судебных заседаниях, от положенного по процедуре последнего слова отказался, заявив следователям ранее, что признает вину в совершении взрывов в Минске. От дачи показаний в зале суда отказались родители и брат Дмитрия Коновалова.

Расстрел за "пособничество и недоносительство?"

Владислав Ковалев, признанный виновным в пособничестве Коновалову и недоносительстве, при объявлении приговора выглядел окаменевшим.

В ходе суда Ковалев пытался активно защищаться, отказался от ряда показаний, данных во время предварительного следствия, заявлял о давлении со стороны следователей.

Но при оглашении приговора судья Александр Федорцов заметил, что суд счел заявления Ковалева о неправдивости показаний, данных следствию, неубедительными.

Мама Владислава Любовь Ковалева активно боролась за жизнь сына: сразу после его ареста обратилась за помощью к правозащитникам и прессе, для оплаты услуг адвоката пожертвовала квартирой, в которой жила семья. Накануне вынесения приговора Любовь Ковалева публично обратилась к соотечественникам, заявляя о невиновности сына и Дмитрия Коновалова, а также отправила письмо президенту Лукашенко с просьбой разобраться в деле.

"Я прошу вас лишь об одном: не дайте лишить жизни наших сыновей, виновность которых вызывает слишком много сомнений", – написала президенту Любовь Ковалева.

Официальное прошение о помиловании Любовь Ковалева намерена направить Лукашенко в четверг. Сестра Ковалева Наталья призналась, что родственники не ожидали столь сурового вердикта.

Всё решит Лукашенко

Слушание дела в Верховном суде Белоруссии и приговор, вынесенный высшей судебной инстанцией страны, практически не оставили обвиненным в терроризме возможностей для апелляций.

Решить, жить или не жить Дмитрию Коновалову и Владиславу Ковалеву, может только Александр Лукашенко – по праву президента на помилование приговоренных к высшей мере наказания.

Однако за 17 лет пребывания у власти президент Лукашенко воспользовался этим правом в отношении "смертников" лишь один раз.

По данным департамента исполнения наказаний МВД Белоруссии, с 1998 по 2010 год в стране вынесено 102 смертных приговора. Официальных данных о приведении их в исполнение нет, в Белоруссии не обнародуется такая статистика.

Ни приговоренным, ни их родственникам не сообщают о дне смерти, родным не выдают тело и не сообщают о месте захоронения казненного.

Правозащитники называют такие правила пыткой в отношении родственников и ведут борьбу за отмену смертной казни в Белоруссии – единственной стране в Европе, где применяется исключительная мера наказания.

Не проводить судебных разбирательств по делу Коновалова и Ковалева до отмены наказания смертной казнью требовали в суде и некоторые из пострадавших от взрыва в минском метро.

Вопросы остаются

На исходе третьего часа оглашения приговора судье пришлось успокаивать зал, шумно отреагировавший на заявление суда об отсутствии признаков монтажа на видеосъемке камер наблюдения накануне взрыва в метро. Далее в тексте приговора, впрочем, сказано о признаках внутрикадрового монтажа на некоторых видеозаписях.

Суд решил, что выемка видео из метро проведена без нарушения установленных законом процедур, хотя адвокаты доказывали обратное.

Еще одно обстоятельство, активно обсуждаемое наблюдающими за процессом, связано с отсутствием, по данным экспертиз, следов взрывчатых веществ на одежде, теле, волосах, слуховых и носовых проходах обвиненных. В приговоре это объясняется тем, что взрывчатое вещество было изготовлено загодя и доставлено в герметичных емкостях.

По мнению наблюдателей, поддержав позицию гособвинения, суд не объяснил многочисленные загадки дела о взрыве в метро.

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

В результате взрыва в минском метро погибло 15 человек и более 500 были ранены

"У следствия и гособвинения получилось нечто похожее на самодельное одеяло, сшитое из разноцветных грубо подогнанных лоскутов, – замечает криминальный аналитик газеты "Белорусские новости" Виктор Федорович, наблюдавший за ходом процесса. – Противоречий и нестыковок в уголовном деле № 11068930017 оказалось более чем достаточно. Практически каждый обвинительный лоскут-эпизод можно было подвергнуть сомнению, которое согласно презумпции невиновности должно трактоваться в пользу обвиняемого".

Пострадавшие при взрыве покидали зал заседания молча и отказывались от общения с прессой.

"Сообщение о смертном приговоре в Минске вызывает просто оторопь, – заявил агентству "Интерфакс" член Общественной палаты России адвокат Анатолий Кучерена. – Если их вина действительно доказана, то, думаю, пожизненное заключение доставило бы им не меньше моральных мук и страданий, чем просто уничтожение их как биологических существ".

"Смертный приговор в центре Европы в XXI веке – это нонсенс. Это какое-то средневековье, не хватает только картинки с эшафотом", – заметил российский адвокат.

Юрист и правозащитник, член Белорусского Хельсинкского комитета Гарри Погоняйло подчеркивает, что при делах с перспективой столь жестокого вердикта "необходимо, чтобы доказательства были безупречны и процедура доказательства не вызывала сомнений".

"В этом деле юридической безупречности нет. Очень много претензий осталось и у общественности, и у адвокатов. И вынесенный смертный приговор – это вызов общественной морали и тем ценностям, которые поддерживаются европейскими странами", – заявляет Погоняйло.

Посол России в Белоруссии Александр Суриков, однако, придерживается иной точки зрения.

"На такие жестокие вещи по отношению к людям должен быть адекватный ответ, и нам демократическая Америка в этом смысле дает адекватный пример", – сказал посол на пресс-конференции в Минске.

Комментируя по просьбе журналистов смертный приговор, Суриков заявил: "Вы спросите людей на улице, они вам сразу же ответят. Общество, белорусское и российское, если провести нормальный опрос, скажет: в случае таких преступлений против человека и общества – смертная казнь".