Надо ли встречать политиков по одежке?

  • 19 апреля 2014
оджеда и политики Правообладатель иллюстрации BBC World Service

Насколько одежда политиков влияет на то, как мы их воспринимаем? 10 примеров из жизни британского политического истэблишмента ясно показывают, что встреча по одежке зачастую заслоняет проводы по уму.

В Британии Пасхальные каникулы, и Дэвид Камерон отдыхает с семьей на Лансароте. Но пресса опять не дает ему покоя, и на сей раз обсуждает вкус премьера в том, что касается отпускной одежды. На этой неделе Квентин Леттс, журналист таблоида Daily Mail сказал, что мокасины Камерона, это сплошное "дежавю", и единственное, что можно сказать в его защиту, так это то, что, по крайней мере, он их носит без носков.

Но позвольте! Какое это имеет значение? Неужели же внешность политика напрямую влияет на мнение о нем избирателей? Вот 10 моментов из истории моды, к которым политикам следовало бы присмотреться, прежде чем пополнять гардероб. Итак...

1. Сумка Маргарет Тэтчер

Всем известно, что перед тем, как стать премьером, Маргарет Тэтчер воспользовалась услугами целой команды, как теперь принято говорить, имиджмейкеров, во главе которой стоял известный тележурналист Гордон Рис. В результате напряженной работы ее голос стал глубже и мягче, а манера одеваться застыла без изменения практически навсегда. Правда, Тэтчер не была бы Железной леди, если бы хоть в чем-то не отстояла свою позицию: мертвой хваткой вцепилась она в нитку жемчуга, невзирая на стоны советников, что это, мол, делает ее похожей на жительницу предместий, и не отдала своей сумки. Эта сумка, впоследствии стала символом той "железности" с которой она обращалась со своим кабинетом.

2. "Ослиный пиджак" Майкла Фута

Правообладатель иллюстрации PA
Image caption Майкл Фут и его "абсолютно респектабельный" пиджак

("Ослиный пиджак" - это не шутка. Это чисто английская одежда, короткое пальто на пуговицах, как правило, черного или темно-синего цвета. Изначально это была одежда рабочего класса. Позднее ее, в качестве своеобразной униформы, приняли лидеры профсоюзного движения. Для полноты картины пиджак украшается вставками из кожи или пластика на плечах или на спине)

В начале 80-х лидером лейбористов был Майкл Фут. Ему, как никакому другому политику, изрядно доставалось от нападок журналистов. Причем главным объектом нападок была не столько его политика, сколько манера одеваться. В День поминовения павших, (традиционный в Британии день памяти павших в мировых войнах, который отмечается 11 ноября) в 1981 году, на него напустились не только журналисты, но и коллеги по политической работе.

Журналист газеты Times Майкл Хорснел написал, что Фут "оделся так, как будто только что выгуливал собаку, нацепив ослиный пиджак, мокасины и клетчатый галстук". Говорят, что лейборист Уолтер Джонсон призвал свою фракцию в парламенте призвать Фута к порядку, запретить ему одеваться как "безработный моряк", и проявлять "демонстративное пренебрежение к павшим воинам", которых Фут теоретически пришел почтить.

Позднее сам обладатель ослиного пиджака признавался, что и в страшном сне ему не могло присниться, что его одежда вызовет такую волну критики. Однако, нашлись и защитники. Королева мать, например, выразила свою удовлетворение, сказав с улыбкой: "Какой же у вас прелестный теплый пиджак!"

При этом бывший лидер лейбористов далеко не единственный член парламента, которому инкриминировали слишком вольный стиль одежды. Например, Кен Кларк, занимавший в прежнем правительстве пост министра без портфеля, имел репутацию человека, которому комфорт дороже приличий. Больше всего журналистов раздражали его вечно помятый пиджак и пристрастие к комфортной, но не слишком стильной обуви фирмы Hush Puppies"

А бывший министр по делам Шотландии, тоже лейборист, Дональд Дьюар, категорически отказался отдаться дизайнерам, которые выполняли нелегкую задачу смены имиджа новых лейбористов Тони Блэра. "Теперь я знаю, каково приходится породистым лошадям, - раздраженно сказал Дьюар, перед первыми парламентскими выборами в Шотландии, - меня постоянно холят, скребут и чешут".

Показательно, что после смерти Дьюара, на его похоронах в соборе Св. Магнуса в Киркволле, настоятель назвал его "самым страшным кошмаром имиджмейкеров", добавив, что "хотя его костюмы и стоили немереных денег, все равно выглядели они так, будто он в них спал".

3. Бейсболка Уильяма Хейга

Правообладатель иллюстрации PA
Image caption Пресса высмеяла попытки Уильяма Хейга изменить имидж консервативной партии

В тот недолгий период, когда нынешний министр иностранных дел Уильям Хейг был лидером консервативной партии, он предпринял отчаянную попытку изменить партийный имидж. По этому поводу пресса резвилась, как дети на лужайке. Журналисты наперебой упражнялись в острословии, можно сказать, накрошили репутацию Хейга в мелкий винегрет, после того, как в 1997 году незадачливый партийный лидер нанес визит в парк аттракционов в бейсболке, на которой, так и было написано: "Хейг". Чтобы, видимо, никто не перепутал.

Может быть, его советники решили, что таким образом он подчеркнёт свою молодость и готовность "петь и смеяться как ребенок". Эффект получился прямо противоположным. Саймон Хеффер в газете Daily Mail саркастически заметил, что Хейг "походил на педофила, отпущенного на денек из тюрьмы". Окаянная бейсболка, вкупе с непродуманным посещением карнавала в Ноттинг Хилле в синей рубашке и брюках чинос, забили последний гвоздь в крышку гроба партийного лидерства Хейга.

4. Вспотевший Блэр

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Тони Блэр во "вспотевшей от энтузиазма" рубашке

В 1994 году лидером партии лейбористов стал молодой и задорный Тони Блэр. Для начала "новые лейбористы" под его руководством попытались, хотя бы внешне, разорвать связи с рабочим классом, и понравится классу среднему, который, в конечном итоге, и решает судьбу выборов в Британии. С ослиными пиджаками было покончено. Блэр, его соратники и "малышки" (так пресса окрестила большое количество женщин-политиков, пришедших, вместе с ним в парламент, что, кстати, самих "малышек" страшно раздражало) нарядились в строгие, хорошо сшитые модные костюмы.

На партийной конференции в 2000 году, Блэр, уже бывший тогда премьером, настолько разогрелся от собственного красноречия, что... вспотел. Газета Evening Standard немедленно заметила, что Тони нарушил золотое правило общественного деятеля: никогда не надевать голубую рубашку в жаркой комнате. В то время, как Guardian отметила, что его речь отличалась "потением", а не "вдохновением". Это происшествие стало настоящей находкой для журналистов, учитывая, что Блэр обожал тщательно режиссировать все свои появления на публике.

Политикам приходится очень внимательно относится к выбору одежды, поскольку их влияние на электорат, во многом, определяется телевидением. Женщинам не рекомендуется цеплять яркие украшения (они могут отвлечь зрителя от того, что собственно пытается сказать та или иная правительственная дама), а некоторые узоры на ткани безнадежно расплываются, или рябят под ярким светом студийных ламп. Баронесса Фоукс, которая была членом парламента на протяжении 27 лет, как-то сказала, что после появления телекамер в палате общин "мужчины стали носить яркие галстуки, а женщины - яркие платья".

5. "Леопардовые" лодочки Терезы Мей

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Леопардовые лодочки Терезы Мей

В 2004 году, нынешний министр внутренних дел Тереза Мей (в ту пору она была простым членом оппозиции) выступила с речью, суть которой сводилась к тому, что консерваторов считают "злобной" партией. В результате половина прессы, действительно обсуждала содержание ее выступления, тогда как другая половина уделила внимание ее ногам, точнее обуви: на Мей в этот день были туфли на высоком каблуке "леопардовой" расцветки. Кстати, именно после этого эпизода, стала звучать критика в адрес журналистов, что, мол, они концентрируются не на том, на чем следовало бы. Тогда же возникло и движение женщин-консерваторов, которое член парламента Мери Маклеод назвала "Политика важнее туфель".

Так-то оно так, но Керсти Уокер, бывший политический корреспондент Daily Mail, считает, что одежда может иметь роковое влияние на политическую карьеру: "то, как политик выглядит, и то, как он или она ведут себя в частной жизни, напрямую отражает их внутренний мир, особенно сейчас, когда над привлекательным "политическим образом" работает такая масса народу".

Аналогично, и Изабел Хардман, заместитель редактора журнала Spectator, считает, что политики сами провоцируют такое пристальное внимание к своей персоне. "Если на вас, например, бирюзовый пиджак со стразами, или ярко-оранжевое платье, то не обижайтесь, если люди это отметят и выскажут свое мнение", - сказала она.

6. Глубокое декольте Джеки Смит

Джеки Смит заработала сомнительную славу первого министра внутренних дел, на которую пресса накинулась не за политические взгляды, а за появление в палате общин в слишком "рискованном" декольте. В результате возмущенная Смит сказала в программе Би-би-си "Женский час", что у журналистов просто "пунктик" по поводу ее выреза, и что, мол, "хватит уже глупостями заниматься".

Профессор психологии Лондонского колледжа моды Кэролайн Мейер, в общем, согласна, что в оценке одежды политиков присутствуют двойные стандарты: "пресса обращает гораздо больше внимания на то, во что одеты женщины, и судит их по одежке гораздо чаще".

Однако есть и более взвешенный подход к этой проблеме, который заключается в том, что о мужской одежде говорить, практически, нечего. Женщины уделяют гораздо больше внимания своей внешности и нарядом, и, как результат, их усилия находятся под более пристальным вниманием и прессы, и общественности.

При этом общий подход к одежде политиков остается одним и тем же, вне зависимости от их пола: строго, просто, изящно, профессионально, и не слишком броско.

7. Дэвид Камерон и рубашки поло

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Пресса считает, что рубашки поло Дэвида Камерона слишком традиционны

Если Майклу Футу доставалось за отступление от общепринятых правил, то Дэвиду Камерону достается как раз за противоположное - за слишком строгое соблюдение неписанных правил в гардеробе.

Вне зависимости от того, где проводит отпуск многострадальный премьер, в итальянской Тоскане, или английском Торки, пресса радостно комментирует, во что он одет.

Daily Telegraph поставила премьеру диагноз: "зашоренный модник". На работе - Дэвид носит костюмы, на отдыхе - рубашки поло.

С одной стороны, рубашки поло - это безопасно. Понятно, что в отпуске галстук ни к чему, обнаженный торс, может означать конец политической карьеры, майки - слишком молодежны, рубашки с рукавом - слишком по-пенсионерски, а вот рубашка поло - стильно, выдержанно и со вкусом.

Та же Изабел Хардман считает, что Камерон просто не рискует отступать от уже установленного и сравнительно "безопасного" канона. В конце концов, премьер прекрасно понимает, что любой неосторожный выбор одежды вызовет настоящую газетную травлю. Догонят, вцепятся и … порвут как Тузик грелку.

8. Керолайн Лукас и майка с лозунгом

Image caption Кэролайн Лукас шокировала парламентариев, появившись в майке с лозунгом

В 2004 году член парламента от партии зеленых Кэролайн Лукас решила выразить протест эксплуатации женщин. Таблоидная газета Sun сопровождает каждый выпуск фотографией полуобнаженной девушки на третьей странице. Лукас явилась в палату общин в белой майке, на которой крупными черными буквами было написано: "Запретите третью страницу".

В ответ в издании Erskine May, в котором прописаны основные правила поведения для британских парламентариев появился следующий параграф: "Членам парламента не разрешается приходить на заседания с наградами, в военной форме, или с любыми другими знаками различия, которые идут в противоречие с давно установленными правилами палаты общин".

Но, в конце концов, народным избранникам и так постоянно приходится оглядываться на прессу и избирателей, а то как бы чего не вышло. Первая женщина в парламенте Нэнси Астор, например, максимально копировала одежду коллег-мужчин: белые рубашки, черные и серые пиджаки. Впрочем, телевидение тогда еще не сказало своего решающего слова, и Астор приходилось равняться исключительно на внутри-парламентского зрителя.

9. Кейр Харди и матерчатая кепка

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Одежда Кейра Харди подчеркивала его связи с социалистами

Впрочем, нарушители парламентского спокойствия существовали во все времена. В 1892 году первый независимый член парламента от партии лейбористов Кейр Хардли шокировал "благородных членов" (официальное обращение парламентариев друг к другу во время дебатов: "honourable member"), явившись в палату общин в белой матерчатой кепке.

Его немедленно призвали к порядку, указав на правило, по которому парламентариям надлежит снимать головные уборы при входе в здание.

Однако кепка Харди была гораздо большим, нежели простым нарушением правил. В ту пору парламентарии, все как на подбор, щеголяли в цилиндрах. Харди же решил таким образом подчеркнуть свое рабоче-крестьянское происхождение. Он и дальше продолжал шокировать коллег из более "чистых" классов, являясь в святую святых британской демократии в пиджаке для игры в теннис, вместо традиционного фрака.

Его эпатаж даже получил собственное имя: "кепочный социализм". Но и этого сивку укатали крутые горки истеблишмента, и, став лидером партии в 1907 году, Харди, вероятно, скрепя сердце, все-таки облачился в ненавистный официальный пиджак.

10. Белый пиджак Мартина Белла

Правообладатель иллюстрации PA
Image caption Белый пиджак Мартина Белла стал символом борьбы с коррупцией

Мартин Белл впервые надел белый пиджак, еще в свою бытность корреспондентом Би-би-си во время 10-ти дневной войны в Словении в 1991 году. Тогда белый пиджак был как бы сигналом воюющим сторонам, что его обладатель не принадлежит ни к одной из них, а сохраняет нейтралитет.

Белый пиджак сослужил ему хорошую службу в 1997 году, когда Белл неожиданно решил баллотироваться в парламент в графстве Чешир. Белл решил переиграть консерватора Нила Хамильтона, оказавшегося в центре коррупционного скандала. Хамильтона обвинили в том, что он брал деньги за то, что потом, на заседаниях задавал вопросы, и провоцировал дискуссии. Тогда белый пиджак стал для бывшего журналиста символом политической чистоты и борьбы с коррупцией.

Позднее, ставши членом парламента, Белл уже целенаправленно не стал менять созданный образ, став прекрасным примером того, как политики зачастую становятся производной от своего гардероба.

Впрочем, тут возникает извечная философская проблема первичности курицы над яйцом: зачастую одежда так влияет на человека, что он и сам меняется и вживается в созданный образ. А избиратель уже решает: нравится ему это, или нет.

Новости по теме