Другу Джохара Царнаева грозит длительный срок

  • 17 июля 2014
Азамат Тажаяков Правообладатель иллюстрации AP
Image caption Азамату Тажаякову грозит до 20 лет тюрьмы

В Бостоне подходит к концу суд над 20-летним казахом Азаматом Тажаяковым, обвиняемым в преступном сговоре и помехах отправлению правосудию в ходе расследования обстоятельств прошлогодних взрывов на финише Бостонского марафона.

Федеральная прокуратура вызвала около 15 свидетелей, в том числе 4 следователей ФБР и одного дознавателя Министерства внутренней безопасности США. Защита не вызвала ни одного.

Утром в среду стороны выступили с заключительными речами, после чего председательствующий на процессе судья Дуглас Вудлок с благодарностями отпустил домой 6 запасных присяжных и прочел оставшимся 12 обычное напутствие с разъяснением нюансов закона, после чего они удалились в совещательную комнату, где провели три часа и были распущены по домам до четверга.

"Вот чем он пользуется, когда делает бомбы".

Прокуратура не обвиняет Тажаякова и его однокурсников Диаса Кадырбаева и Робела Филлипоса, которых будут судить в сентябре, в причастности к бостонским взрывам, унесшим 3 жизни и ранившим 264 человека. Не утверждают власти и что эта троица знала заранее о намерениях 20-летнего Джохара Царнаева, своего однокурсника по Массачусетскому университету в Дартмуте, который ожидает суда за бостонский теракт.

Двум казахам инкриминируется то, что через три дня после взрывов они явились в комнату Джохара в общежитии и незаметно вынесли оттуда компромат в виде его ноутбука и рюкзака с выпотрошенными фейерверками, накопителем и баночкой вазелина, который, как они знали, может применяться при изготовлении бомб.

По словам прокурора, наткнувшись на вазелин, Кадырбаев заметил Тажаякову: "Вот чем он пользуется, когда делает бомбы".

Казахам грозит до 20 лет тюрьмы за помехи следствию.

Филлипоса обвиняют в ложных показаниях, за которые ему грозит до 8 лет.

Правообладатель иллюстрации AP
Image caption Тажаяков, Кадырбаев и Филлипос выбросили вещдоки на помойку, где их отыскали сотрудники ФБР

Сосед Джохара по комнате в общежитии Эндрю Дуинеллс показал на процессе, что Тажаяков и Кадырбаев побывали там вечером 18 числа, но вынесли вещи украдкой, и он ничего не заметил. Дуинеллс показал, что впустил друзей Джахара к ним в комнату, и что они ушли где-то в половину одиннадцатого. Он видел, что Кадырбаев роется в вещах Джохара, и что Тажаяков унес с собой наушники.

Прокуратура убеждала присяжных, что к тому времени друзья уже знали, кто подозревается во взрывах, и из дружеских соображений вознамерились спрятать улики против Царнаева.

Доказывая, что это не так, защита отмечала, что друзья не унесли с собой лежавшую на кровати белую бейсболку Джохара, в которой он был запечатлен охранными камерами за несколько минут до взрывов. Эти записи постоянно крутили по телевидению.

Если бы Тажаяков действительно хотел скрыть улики, он бы непременно прихватил бейсболку с собой, говорил адвокат Мэтью Майерс, который так расчувствовался, что в ходе своей заключительной речи несколько раз едва сдерживал рыдания.

Тажаяков, Кадырбаев и Филлипос привезли компромат на квартиру казахов в городке Нью-Бедфорд, но подруга Кадырбаева Баян Кумискали потребовала, чтобы они убрали вещдоки из дома, и Кадырбаев выбросил рюкзак Джохара в мусорный бак рядом с подъездом.

Как заметил присяжным прокурор Джон Чейпин, 25 сотрудников ФБР два дня подряд копались в гниющих отбросах на местной свалке и в итоге отыскали рюкзак.

Допрос без принуждения

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Сторона обвинения доказывала, что Тажаяков не мог не узнать Царнаевых на видеозаписях, которые постоянно крутили по телевидению.

Ноутбук Джохара был найден 19 апреля при обыске в картире Тажаякова и Кадырбаева, куда за ними пришли более 60 вооруженных до зубов правоохранителей в бронежилетах и касках. Как объяснил на процессе следователь ФБР Джон Уокер, осуществлявший общее руководство рейдом, в тот момент власти искали возможных соучастников террористического заговора и кроме того имели информацию, что Джохар прячется в квартире казахов.

За несколько часов до этого его старший брат Тамерлан погиб в перестрелке с полицией, поэтому группа захвата явилась к казахам во всеоружии. Когда Уокер чуть позже приблизился к дому, он увидел на заднем сиденье полицейской машины закованного в наручники и голого по пояс Тажаякова.

Как объяснил следователь, молодого казаха заставили под прицелом снять рубаху, "поскольку мои коллеги тревожились, что все, кто выходят из этой квартиры, могут прятать на теле взрывчатку".

В таком виде Тажаякова допрашивали следуюшие несколько часов в помещении местной полиции, что дало защите повод обвинить власти в противоправном нажиме на своего клиента и потребовать исключения записей допроса из материалов дела.

Во вторник судья ответил отказом.

Адвокаты также упрекали следователей в том, что они не вели аудио- и видеозаписей допроса Тажаякова, а наспех записывали их от руки. Как положено, защита получила копии их записей и недоумевала, как из этих каракулей получилось 8 страниц связного печатного протокола допроса.

По давней традиции, пошедшей еще со времен директора ФБР Эдгара Гувера, сотрудники этого ведомства протоколируют допросы только от руки.

Уокер показал, что Тажаяков поехал в полицию добровольно и во время допроса не был под арестом, то есть мог в любой момент вернуться домой. "Я сказал ему, что он волен уйти, и что у подъезда его ожидает такси", - заявил Уокер.

Судья поверил, что подсудимый давал показания добровольно.

По словам другого свидетеля обвинения, следователя ФБР Фарбода Азиза, Тажаяков признался на допросе в том, что друзья вынесли вещдоки их комнаты Джохара.

"Он сказал: "Мы это сделали", - заявил Азиз, заметивший, что поначалу Тажаяков пытался утаить некоторые детали их визита в общежитие. Поймать его было легко, сказал Азиз, потому что в соседней комнате одновременно допрашивали Кадырбаева, и следователь сновал между ними.

Как показал 10 июля следователь ФБР Джеймс Скрипчер, еще до того, как власти идентифицировали Царнаевых, Тажаяков шесть раз просмотрел видеозаписи, на которых были изображены братья.

Он почитал о взрывах в сети и потом нашел Джохара в Фейсбуке.

Как доказывает обвинение, он явно узнал Царнаевых на видеозаписях, но вместо того, чтобы позвонить в полицию, он отправился к нему в общежитие с намерением удалить улики.

Судья подчеркнул в своем напутствии присяжным, что недонесение в полицию не является в США преступлением.

"А вы не попытались выснить, сколько миллионов людей заходило на те же вебсайты?", - спросила Скрипчера на перекрестном допросе адвокат Дайен Феррон. Следователь сказал, что не пытался.

Защита заявила, что эти сайты посетили после взрывов 23 миллиона человек, поэтому тот факт, что там побывал и Тажаяков, ровным счетом ничего не доказывает.

Подсудимый, одетый в темный костюм и рубашку с галстуком, внимательно следил за судоговорением через наушники с русским переводом. Опытные адвокаты пытались очеловечить его в глазах присяжных. Они часто хлопали Тажаякова по плечу и успокаивали его в перерывах.

Защита с самого начала говорила присяжным, что рюкзак Царнаева унес не Тажаяков, а Кадырбаев, и вообше пыталась свалить вину на последнего. На руку ей играло то обстоятельство, что именно Кадырбаев получил от Джохара СМС, в котором тот предлагал друзьям пойти к нему в общежитие и забрать "все, что хотите".

По версии обвинения, Джохар, которого будут судить в ноябре, просил друзей вынести из его комнаты улики. По версии защиты, он собирался навсегда уехать к родителям в Россию и просто хотел поделиться своим имуществом, в котором больше не видел нужды.

Как заявил в своем последнем слове адвокат Майерс, друзья были просто "эгоистичными" студентами, которые решили поживиться чужим имуществом с благословения его владельца.

"Это не был приказ безумного бомбиста, - сказал Майерс. – Он просто написал: "Возьмите, чего хотите".

Преступный умысел или простое желание поживиться?

Как заявил судья присяжным в своем напутствии, если они заключат, что друзья намеревались просто поживиться, то они должны вынести оправдательный вердикт. Но если те планировали помешать расследованию, то вердикт должен быть обвинительным.

Как выяснилось из показаний, прозвучавших на процессе, еще за много месяцев до взрывов Тажаяков знал об убеждении Джохара, что шахиды "отправляются в рай с улыбкой на устах". Джохар также поведал друзьям, что знаком с технологией изготовления бомб.

По словам обвинения, Тажаяков поэтому не был наивным, ничего не подозревающим школяром, каким его пытается представить защита.

Защита пыталась внушить присяжным, что власти преследуют Тажаякова за то, что он мусульманин.

"Это деле не о вероисповедании обвиняемого", - возразила прокурор Стефани Сигман в заключительный день процесса.

Адвокаты доказывали, что Тажаяков не принимал активного участия в выносе вещдоков, которым больше занимался Кадырбаев. Прокурор Чейпин парировал, что все происходило с согласия подсудимого. "Согласие – это преступление, - сказал он. – Это преступный сговор".

Новости по теме