Что обсуждают на конференции по безопасности в Москве?

  • 16 апреля 2015
  • kомментарии
Сергей Лавров и Сергей Шойгу Правообладатель иллюстрации epa
Image caption Сергей Шойгу:"Наработанные за долгие годы механизмы урегулирования международных проблем стали давать сбои".

В российской столице открылась 4-я Московская конференция по международной безопасности. На нее приглашены министры обороны и делегации военных ведомств из 79 государств, включая всех членов НАТО.

Как заявил министр обороны России Сергей Шойгу, на сегодняшний момент система глобальной безопасности переживает период серьезных негативных изменений. "Наработанные за долгие годы механизмы урегулирования международных проблем стали давать сбои", сказал он.

С этим трудно спорить, но так же трудно понять, почему на встречу не пригласили, к примеру, военных из Украины.

Что обсуждают гости конференции?

Ведущий программы "Пятый этаж" Михаил Смотряев побеседовал с военным обозревателем Александром Гольцем.

М.С. Тут пришла цитата из общения президента Путина с народом: "Быть нашими друзьями и врагами одинаково почетно". Можно сделать это девизом на открытии международной конференции по безопасности.

А.Г. С таким же успехом это можно повесить на министерстве иностранных дел. Это квинтэссенция российской внешней оборонной политики.

М.С. А у России есть сейчас внятная оборонная политика внешняя, или она находится в стадии пересмотра? Я имею в виду не военные доктрины, которые регулярно публикуются, а консолидированная политическая линия?

А.Г. Она никак не сформулирована, но о ней можно догадываться. Она сводится к тому, что Россия должна обладать достаточным количеством обычных сил, неядерных, чтобы одержать победу в любом локальном конфликте на постсоветском пространстве, а также ядерным потенциалом, который приводит в ужас весь окружающий мир.

М.С. Ядерное оружие всех приводит в беспокойное состояние – индийцы запустили баллистическую ракету, которая способна нести ядерные заряды, потому что накануне аналогичный запуск произвел Пакистан, и это была ответная мера. И в этом смысле прав министр обороны России Шойгу, когда сказал, что механизмы урегулирования международных проблем начинают давать сбои. Здесь можно вспомнить вещи, к которым все одинаково оказались не готовы – "арабская весна", ИГ. А можно вспомнить недавние проблемы, к которым оказались не готовы только по другую сторону неосязаемой линии фронта. Это события на Украине. Владимир Путин очередной раз подчеркнул, что войны с Украиной не будет, что на территории Украины нет российских военных. Насколько ему поверят на Западе, неизвестно. Интересно, что украинских военных на конференцию не позвали.

А.Г. Понятно, что Россия постоянно задает вопросы о легитимности теперешнего украинского режима, и общается с его представителями только по необходимости. Удивляться здесь нечему.

М.С. Если оставить пока региональный конфликт на Украине, есть ли что-то, в том составе, который присутствует на конференции, о чем можно говорить для решения глобальных проблем международной безопасности, в первую очередь в отношении событий на Ближнем Востоке и в близлежащих регионах?

А.Г. Я не совсем соглашусь. Я повторю вопрос российских военных к членам НАТО – а что вы к нам стали так недружественно относиться?

М.С. То есть получается, что именно Россия сейчас главная угроза международной безопасности?

А.Г. Американский президент Обама, который относится к России более доброжелательно, чем любой из предыдущих за последние лет 70, и которого российская пропаганда превратила в исчадье ада, поместил Россию между вирусом Эбола и ИГ. Я считаю себя патриотом, но, к сожалению, сегодня моя страна справедливо рассматривается как одна из угроз мировой стабильности.

М.С. Ну на первое место президент Обама поставил все-таки ИГ. Что касается России, то существуют государства с не меньшим, а то и большим ядерным арсеналом, существует инструмент экономических санкций, который как-то действует, существуют и переговорные возможности. Хотя официального возвращения России в совет Россия-НАТО ожидать пока не приходится, и об этому тоже сегодня шла речь, но переговоры все же ведутся, потому что подходит к концу срок действия нескольких основополагающих договоров, говорят о переподписании СНВ-3, переименовав его в СНВ-4, и сократив количество боеголовок. Есть с кем побеседовать. С ИГ ни один из вышеперечисленных методов не работает.

А.Г. Не разделяю ваш оптимизм. Я рассчитывал, что на этой конференции прозвучат конкретные инициативы. Со стороны России в направлении Запада. Но ничего.

М.С. О каких инициативах вы говорите?

А.Г. Мы стремительно катимся к новой холодной войне. Это должно беспокоить военных?

М.С. Нет, это должно их радовать. Это увеличение госзаказа, ассигнований на оборону…

А.Г. Я надеюсь, мы говорим о вменяемых людях. Таких людей не может не беспокоить, что их страну будут сдерживать военным путем, и будет балансирование на грани ядерной войны.

М.С. С другой стороны, что Россия может предложить?

А.Г. Не знаю.

М.С. Что бы вам хотелось?

А.Г. Это хотелось бы узнать у Сергея Викторовича Лаврова.

М.С. Конференция по линии министерства обороны, а не иностранных дел. Уже прозвучали заявления, что мы военные люди, конкретные, хотели бы обсудить, как есть.

А.Г. Я прослушал, а потом прочитал выступления Шойгу и начальника Генерального штаба генерала Герасимова, и ничего, кроме инвектив в адрес США и НАТО, там нет.

М.С. "Страны Запада оказывают политическое и экономическое давление на нашу страну," - подчеркнул Герасимов. Тогда имело ли смысл собирать эту конференцию и с гордостью сообщать о том, что едва ли не 80 стран прислали представителей?

А.Г. Я с удовольствием прослушал выступление представителя Нигерии, который во всем обвинял Камерун. Конференция готовилась очень заранее, и я очень удивился, что на день конференции оказалось назначено общение президента Путина с народом. Я думаю, они с Шойгу поделили зоны ответственности. Министерство обороны говорит гадости, а Владимир Владимирович, как олимпиец, взирает на это с высоты.

М.С. Это кремлевские разборки, кремлинология в список наших сегодняшних задач не входит. Это уже четвертая такая конференция. По итогам предыдущих трех, чего-то можно от этого ожидать?

А.Г. Предыдущие три были содержательными. Они говорили нам о направлении мысли военной политики Кремля. На последней, например, заявили, что цветная революция – новая форма военных действий. Так что то, что Россия устраивает на юго-востоке Украины – это цветная контрреволюция. Нанести врагу поражение, действуя его же методами. В этом смысле нынешняя конференция не столь содержательна.

М.С. Уже прозвучали встречные заявления. Бывший генсек НАТО Расмуссен высказался, что Россия может в Европе применить ту же тактику, что и на Украине, и представляет большую опасность, чем в свое время СССР. А потом, конференция сегодня не заканчивается. Может быть, завтра что узнаем.

Media playback is unsupported on your device

Новости по теме