Прокуроры: подельник Бута не был осведомителем

  • 9 августа 2015
Виктор Бут
Image caption Адвокат Виктора Бута предположил, что его деловой партнер Эндрю Смулян был осведомителем полиции

В начале июня адвокат Виктора Бута Алексей Тарасов подал нью-йоркской федеральной судье Шире Шендлин объемистое ходатайство о проведении нового процесса над россиянином "в связи с вновь вскрывшимися обстоятельствами".

Два месяца спустя прокуроры представили Шендлин свой ответ Тарасову, занимающий 30 страниц и снабженный рядом приложений, в том числе судебных документов, которые до сих пор не предавались гласности.

Среди них, в частности, были стенограммы показаний в большом жюри, которое обычно заседает за закрытыми дверями.

Арестованный в марте 2008 года в Бангкоке и два года спустя экстрадированный в США, Бут в ноябре 2011 года был признан виновным в сговоре с целью продажи крупной партии оружия левой колумбийской группировке ФАРК и приговорен к 25-летнему тюремному сроку.

Главным элементом ходатайства Тарасова о проведении нового суда над Бутом была его версия о том, что гражданин Великобритании и ЮАР Эндрю Смулян, который признался в соучастии в сговоре вместе с Бутом и давал многодневные показания на его процессе, на самом деле являлся тайным осведомителем.

Преступник или осведомитель?

По закону, в сговор можно вступить лишь с другим преступником, а не с осведомителем. Если Смулян работал на следствие, Бут не мог состоять с ним в сговоре и был осужден несправедливо.

Смулян был арестован одновременно с Бутом. Он сразу согласился сотрудничать со следствием и тут же вылетел из Бангкока в Нью-Йорк коммерческим рейсом, причем сопровождавшие его американцы даже не надели на него наручники.

По словам Тарасова, все это подтверждает его догадку, что Смулян давно сотрудничал с властями. Прокуроры ответили, что адвокат не упоминает, как закончилась эта поездка. После приземления в Нью-Йорке Смуляна немедленно отправили в манхэттенскую федеральную тюрьму МСС, где он провел следующие пять лет.

Суд над Бутом длился три недели, продолжает прокуратура, и за все это время не было ни одного вещественного доказательства и ни одного показания, из которых бы явствовало, что Смулян сотрудничал с властями до своего ареста.

Image caption Смулян приезжал к Буту в Москву в 2008 году

Об этом не упоминалось в многочасовых видео- и аудиозаписях, которые прокрутила присяжным прокуратура, на это не было ни намека в телефонных разговорах Смуляна на Кюрасао и в Румынии, где он встречался с мнимыми эмиссарами ФАРК, которые действительно были осведомителями, или в ноутбуке, изъятом у него при аресте в бангкокской гостинице "Софитель".

Тарасов выдвинул в доказательство своей версии и ряд других доводов. В своем ответе прокуратура отвергает каждый из них и под конец спрашивает: если Смулян действительно был агентом властей, то ради чего он согласился признать себя виновным в четырех преступлениях, за которые ему теоретически грозило пожизненное заключение, просидел пять лет в федеральной тюрьме и потом был депортирован из США.

"Игла" для ФАРК

Среди прочего Тарасов приложил к своему ходатайству заявление, которое сделал под присягой 30 апреля 2015 года давний деловой партнер Бута болгарин Петр Мирчев.

Мирчев опроверг показания Смуляна о том, что в январе 2008 года, когда он навестил Бута в Москве, тот звонил при нем болгарину и обсуждал поставку ПЗРК "Игла", партию которых хотели приобрести мнимые посланцы ФАРК.

В 2008 году, пишут прокуроры, Мирчев заведовал болгарским оборонным предприятием KAS Engineering. Данные, найденные в ноутбуке россиянина, свидетельствовали о том, что он участвовал в оружейных сделках с Мирчевым, чья контактная информация имелась в том же компьютере.

Во время процесса Бута обвинение подкрепило показания Смуляна о звонке россиянина Мирчеву, проиграв присяжным запись разговора между Бутом и Смуляном в Бангкоке, в котором упоминался этот звонок.

Тем не менее, Тарасов сослался на заявление Мирчева о том, что Бут не звонил ему о ПЗРК, и на этом основании требует нового суда.

"Швейные машинки"

Проблема в том, пишут судье прокуроры, что 5 марта 2012 года, почти через пять месяцев после того, как присяжные вынесли Буту обвинительный вердикт, в журнале New Yorker была напечатана статья о деле Бута, для которой ее автор Николас Шмидл взял интервью у Мирчева. В этом интервью болгарин подтвердил, что Бут звонил ему в 2008 году насчет зенитных ракет.

Image caption Смулян просидел пять лет в федеральной тюрьме и потом был депортирован из США.

Мирчев поведал, что в этом разговоре Бут справился о наличии у него "швейных машин". По его словам, он понял это как кодовое обозначение ПЗРК "Игла", и сообщил Буту, что примерно 100 "Игл" имелись в тот момент на Украине.

Прокуроры пишут, что в свете этих ранних откровений Мирчева его позднейшее заявление о том, что в 2008 году Бут не звонил ему по поводу ПЗРК нельзя принимать за чистую монету.

Как добавляет прокуратура, болгарин также поведал Шмидлу, что он начал сотрудничать с Бутом в 1995 году, когда поставлял ему оружие, которое россиянин продавал правительству Афганистана.

В конце 1990-х годов они с Бутом поставляли ящики с выстрелами для РПГ, АК-47 и минометами, а также бронетранспортеры повстанцам движения УНИТА в Анголе.

Судья Шендлин распорядилась, что защита Бута должна представить ответ на соображения прокуроров 27 августа. Последнее слово будет за ней.

Новости по теме