Может ли Европа ввести персональные санкции против Путина?

  • 9 марта 2016
Флаги ЕС Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Депутаты Европарламента предлагают ввести санкции непосредственно против президента России

57 депутатов Европейского парламента обратились к главе внешнеполитического ведомства ЕС Федерике Могерини с просьбой ввести персональные санкции против президента России Владимира Путина, а заодно и еще двух десятков высокопоставленных российских чиновников.

Таким образом депутаты отреагировали на подходящий к финалу процесс по делу Надежды Савченко.

Несколько российских обозревателей высказали предположение, что такие санкции смогут радикально изменить роль и место России и ее президента на международной арене, дав, таким образом, ему понять, что "realpolitik" превалирует в мировой политике лишь до определенного предела.

Предложение парламентариев еще не обсуждалось, но даже если оно будет принято, настолько ли сокрушительным будет его эффект?

Ведущий "Пятого этажа" Михаил Смотряев беседует с независимым аналитиком Юрием Федоровым.

Загрузить подкаст передачи "Пятый этаж" можно здесь.

М.С.: Последние два года тема: что будет, если будут ужесточаться санкции, обсуждается раз в полгода, когда санкции продляются. На прошлой неделе и ЕС, и США продлили санкции против России, которые были наложены в 2014 году. И с того же времени ведутся разговоры среди противников России, что уж в этот раз удар по режиму будет смертельным.

Экономические последствия санкций заметны, а режим никуда двигаться не собирается. И последний раунд оптимизма, выразителем которого выступил бывший глава Союза журналистов Игорь Яковенко, который предрек, что роль и место России и лично Путина существенно изменится на международной арене – насколько он оправдан?

Ю.Ф.: Давайте посмотрим, какой ущерб нанесли России санкции США и ЕС в ответ на аннексию Крыма и гибридную войну в Донбассе. Я не берусь судить, сколько миллиардов на этом Россия потеряла, но для российской экономики они оказались очень болезненными, особенно в отраслях, которые не бросаются в глаза. Отсутствие пармезана в магазинах для массы населения России было незаметным, а запрет на поставки микроэлектроники двойного назначения, технологического оборудования, технологий – достаточно серьезно сказывается на перспективах перевооружения российской армии и вызывает наибольшее беспокойство в Кремле.

Именно это заставляет российское руководство достаточно серьезно прислушиваться к предупреждениям из-за границы. Что касается изменения роли России и Путина, если санкции будут приняты против него лично... Я сомневаюсь, что они могут быть приняты. Против советников и приближенных – может быть. Но я не помню случаев введения санкций против лидера крупной страны. Если это случится, это будет болезненный удар по престижу лично Путина и России вообще. Тогда он не сможет выехать ни в одну развитую страну. Не знаю, как Путин может отреагировать на такое решение. Хотя на мой взгляд, он этого заслуживает.

М.С.: Одно дело запретить Роберту Мугабе или Лукашенко ездить по Европе, и то Лукашенко продержался несколько лет, а теперь часть санкций свернута, и в Европу он ездить может. И совсем другое – наложить санкции на президента крупной ядерной державы. В блоге Игоря Яковенко говорится: "Мировое сообщество действительно довольно цинично, и в политике господствует реал-политик. Но не тотально, а до какого-то предела. В случае с Надеждой Савченко Путин этот предел перешел, и его статус в мире меняется. Видимо, необратимо".

Насколько всерьез можно обсуждать наложение санкций на лидера российского государства, даже безотносительно ситуации в Сирии? В мире реал-политик играет более важную роль, чем хотелось бы оптимистам. Красивый жест 57 депутатов Европарламента, но и они, наверное, понимают, что в ближайшее время Владимиру Путину это не грозит.

Ю.Ф.: У лидеров развитых стран могут быть серьезные сомнения, что будет делать Путин, получив такую персональную оплеуху? Может быть, это приведет к массированному вторжению на Украину? Может, вооруженная авантюра в отношении Прибалтики, которая легко может развиться в опасном направлении, вплоть до ограниченной ядерной войны? Эти соображения остановят европейских и американских лидеров в отношении лично Путина. Но санкции в отношении России в случае, если ситуация с Надеждой Савченко не разрядится каким-то образом, могут быть усилены – экономические, технологические, в отношении банковской системы. Хотя искушение есть, но политика – вещь циничная.

М.С.: Цинизм – это побочный продукт. А политика – вещь прагматичная, особенно принимая во внимание, что у всех стран, кроме России, выборы в ближайшей перспективе. Предсказывать реакцию трудно, но, скорее всего, она будет довольно агрессивной. Но пока человечество не научится указывать тиранам, кто они есть, ничего в мире не произойдет. До какой степени западная часть человечества готова пожертвовать своим благополучием и даже безопасностью, с целью предотвратить появление таких фигур в мире в дальнейшем. Сейчас ответ дается в пользу сиюминутной политики, которая не может делаться в белых перчатках.

Ю.Ф.: Если посмотреть на политику западных государств в отношении России, я бы не стал ставить Мугабе, Лукашенко и Путина на одну доску, просто потому что у двух первых нет ядерного оружия. Этот фактор нельзя сбрасывать со счета. Что более приемлемо с гуманистической точки зрения – риск ядерной войны, которая может обернуться гибелью миллионов людей, и судьбой авторитарного лидера? Это очень трудный политический и моральный выбор.

Второе, когда мы обсуждаем с западными коллегами отношение к России, они считают, что незачем вмешиваться во внутренние дела России, если населению нравится Путин, нравится жить в авторитарном государстве, не будем навязывать им демократические ценности - это контрпродуктивно, это внутреннее дело России. Важно, чтобы Россия вела себя прилично на международной арене.

М.С.: Мы наблюдали попытки насадить демократию извне в разных уголках планеты с одинаковым результатом. Речь не идет о смене режима. Но, если вернуться к концепции последовательного противостояния злу, то ситуация сегодня была бы другой, если в 2008 году в Грузии Запад повел бы себя по-другому. Достаточно было бы убедить Китай занять более прохладную позицию, и намекнуть в Газпроме, в Роснефти, что мы перестанем у вас покупать это и продавать вам то. Последовательность в противостоянии таким режимам, когда они уже выливаются за пределы страны, этого западной политике не хватает.

Ю.Ф.: В 2008 году Запад допустил стратегическую ошибку, спустив на тормозах эту проблему. Это убедило Кремль, что Запад неспособен противостоять применению силы. Однако это не совсем так, поскольку остановить продвижение танков к Тбилиси удалось после решительного демарша со стороны тогдашнего президента США. В Черном море появилось несколько американских военных кораблей, которые вроде бы привезли гуманитарную помощь в Грузию, но имели на борту крылатые ракеты.

Запад не так уж слаб. В конце апреля 2014, когда российские войска были готовы вторгнуться на Украину и пойти на Киев, состоялся телефонный разговор министра обороны Шойгу и министра обороны США, после которого эти приготовления были свернуты. О чем они говорили, неизвестно, но, судя по реакции российского руководства, подготовка к вторжению была прекращена.

М.С.: В вашем примере фигурировали США. А остальное западное сообщество воспринимается Кремлем как придаток к США, и иногда к тому есть основания. Посмотрите на плачевное состояние, в котором пребывают армии большинства европейских государств. И я говорил обо всех западных странах, без исключения, без голосов из Италии или Греции – давайте торговать с Россией, а то у нас фермеры протестуют, а у нас скоро выборы.

Ю.Ф.: Да, в странах НАТО армии в последние 20 лет серьезно деградировали. В Европе никто не верил, что возможно новое обострение холодной войны. Только Турция сохранила армию примерно на том же уровне. Это, кстати, служит серьезным сдерживающим фактором для России в политике в Черном море. А в Европе была популярна идея миротворчества, небольшие контингенты войск, которые посылаются в районы конфликтов. И только с год, как страны НАТО осознали, что все не так просто.

Но этот перерыв, уже больше 20 лет, когда военное строительство было сокращено, не позволит восстановить боевую мощь европейских государств за короткое время. В какой мере это возможно в течение ближайших 3-4 лет, вопрос открытый. Но созданы силы быстрого реагирования, предназначенные для действий в южной Прибалтике, если возникнет угроза вторжения России, а Россия тоже реагирует – на западном направлении создаются новые дивизии, и ситуация может привести к острому противостоянию.

М.С.: В военных приготовлениях обе стороны демонстрируют предпочтение тактическим ходам и решениям, и нет понимания стратегических перспектив. Россия наращивает военное присутствие на западных границах, в то время как на южных уже очень давно неспокойно, за счет Афганистана и соседних территорий. То же можно говорить и про западных союзников в Европе, которые развернули силы быстрого реагирования, но их собственные штабные игры демонстрируют, что при любом раскладе сопротивление сил в Европе будет подавлено через 30-60 часов.

Новости по теме