Военные итоги кампании в Сирии: что в сухом остатке?

  • 16 марта 2016
Российский пилот Правообладатель иллюстрации AP
Image caption В ходе полугодовой сирийской кампании военные получили большой опыт

Когда 14 марта Владимир Путин объявил о выводе большей части войск из Сирии, то он заявил, что главным результатом их действий стала возможность "начала мирного процесса".

По мнению многих экспертов, укрепление политических позиций Башара Асада в Сирии произошло - его, как минимум, признали одной из сторон на мирных переговорах.

Но перед военными ставились и более конкретные задачи - поддержка сирийской армии.

С самого начала военной операции в Сирии российское руководство определило ее главной военной целью укрепление позиций сирийских правительственных войск, а также помощь в борьбе с "Исламским государством".

Чем мерить успех?

30 сентября Владимир Путин заявил, что российские военно-воздушные силы будут оказывать поддержку сирийскому правительству до тех пор, пока армия Сирии будет проводить наступательные операции.

Многие эксперты тогда говорили, что общий успех будет мериться именно тем, сможет ли сирийская армия переломить ход войны, взять инициативу в свои руки.

Теперь общее мнение заключается в том, что успехом можно считать хотя бы тот факт, что сирийская армия не была наголову разбита, и смогла удержать свои позиции.

Кроме того, полугодовая российская кампания в Сирии (которая еще не закончилась) позволила российской армии повысить боеспособность, испытать новое оружие.

Россия также получила две военные базы на Ближнем Востоке, что также рассматривается экспертами, как важный итог полугодового участия в сирийском конфликте.

Чего удалось достичь?

Еще до начала конфликта много говорилось о том, что правительственная сирийская армия истощена гражданской войной, испытывает нехватку боеприпасов, вооружения и техники, но главное - ей не хватает поддержки с воздуха.

Еще до 30 сентября 2015 года заработал "конвейер" поставок в Сирию вооружений из России по морю, а после этого к нему добавилась и поддержка армии с воздуха.

В то время в российской прессе много говорилось о том, что сирийской армии не хватает только авиации для того, чтобы устроить полномасштабные наступления и взять под контроль обширные территории.

Однако уже после начала российских бомбардировок выяснилось, что армия слишком истощена для решительного изменения сложившейся обстановки в свою пользу.

Путин в беседе с министром обороны Сергеем Шойгу и главой МИД Сергеем Лавровым в понедельник сказал, что это произошло: "При участии российских военных, при участии российской военной группировки сирийским войскам и патриотическим силам Сирии удалось кардинальным образом переломить ситуацию в борьбе с международным терроризмом и овладеть инициативой практически на всех направлениях".

Докладывая Путину о результатах шестимесячных действий российских ВВС в Сирии, Шойгу сказал, что правительственная армия сумела взять под контроль 10 тысяч квадратных километров территории. Это более 5% территории Сирии.

"Террористы вытеснены из Латакии, восстановлено сообщение с Алеппо, блокирована Пальмира – продолжаются боевые действия по ее освобождению от незаконных вооруженных формирований. Очищена большая часть провинций Хама и Хомс, деблокирована авиабаза Квайрес, которая была заблокирована более трех лет, установлен контроль над нефтегазовыми полями вблизи Пальмиры", - сказал он.

Однако многим такое заявление показалось чересчур оптимистичным. Старший научный сотрудник Королевского объединенного института оборонных исследований Игорь Сутягин отмечает, что, судя по картам, успехи армии гораздо скромнее: "Это очень маленькие кусочки приращения к примерно четверти территории Сирии, контролируемой дамасским правительством".

Сутягин отметил, что успехи сирийской армии можно назвать скромными. "Успехом, который был бы важен символически, правда, непонятно, насколько это было бы важно с военной точки зрения, было бы взятие Алеппо, восстановление контроля над ним. Алеппо, это город, с которого началась гражданская война", - сказал он.

Битва за Алеппо идет с 2012 года, и до сих пор полного контроля над ним нет ни у сирийской армии, ни у отрядов оппозиции, которые удерживают часть районов.

Эксперт также сказал, что прорыв к авиабазе Квайрес, которая в течение двух лет блокировалась боевиками, привел к образованию довольно узкого коридора. По его словам, этот коридор можно в любой момент перерезать.

Главный редактор журнала "Арсенал отечества" Виктор Мураховский также считает, что успехи вряд ли можно назвать ошеломляющими, но одна важная цель, по его словам, все-таки была достигнута.

"Они [успехи] весьма значительные, но, тем не менее, к решительному перелому в борьбе с радикальными исламистами, с ИГИЛ и "Джабхад ан-Нусрой" пока не привели. Но, тем не менее, создали предпосылки хотя бы для начала процесса примирения", - сказал он.

По общей оценке экспертов, большим достижением для сирийской армии стал уже тот факт, что она не была разбита. И недооценивать этот результат, по их словам, не стоит.

"Удалось предотвратить катастрофу, которая начала складываться к концу лета прошлого года. Тогда вопрос стоял о падении Дамаска и падении режима Асада. Понятно что сейчас речь об этом уже не идет, Асад стал стороной переговоров", - считает Мураховский.

Что Россия оставит в Сирии?

Точных официальных данных о размере российского военного контингента в Сирии нет. Неизвестно также, сколько будет выведено российских войск из этого государства.

Однако, в Сирии остаются две военные базы. По словам Игоря Сутягина, это - самый главный военный итог полугодовой российской кампании в Сирии, поскольку эти объекты дают ей возможность не просто присутствовать в Средиземном море, но также и обеспечивать воздушное прикрытие этого присутствия, что в современных условиях жизненно важно.

Правообладатель иллюстрации AFP
Image caption Зенитно-ракетные комплексы С-400 остаются в Сирии

Сохранение двух крупных военных объектов - морской и военно-воздушной баз - означает, что их будут продолжать защищать.

Это, во-первых, означает сохранение в Средиземном море российской корабельной группировки либо ее части. Базы должны быть защищены с земли и, значит, там сохранятся сухопутные части (морские пехотинцы и десантники), уже охраняющие их.

Вероятно, в Сирии останутся различные вспомогательные силы, части радиоэлектронной борьбы, связи, технический персонал обеих баз.

Известно, что не покинут Сирию средства ПВО, в частности - комплексы С-400, размещенные там после инцидента со сбитым Турцией российским бомбардировщиком.

Останутся также и самолеты, поскольку, как заявил замминистра обороны Николай Панков, "российская авиагруппа имеет задачу продолжить нанесение ударов по объектам террористов".

Сколько именно самолетов останется на аэродроме Хмеймим, неизвестно, эксперты оценивают их вероятное количество по-разному - от четырех единиц до полутора эскадрилий, в первую очередь, ударных.

Останутся и военные советники. Более того, по словам обозревателя Ленты.Ру Ильи Крамника, который во вторник вернулся из Сирии, их число, скорее всего, даже возрастет.

"Это группы офицеров, непосредственно приданные к штабам и командованию частей, которые имеют право совещательного, а иногда, по условию договоров или вследствие личного авторитета и решающего голоса в планировании операций и управлению боем", - рассказал Крамник.

Кроме того, в Сирии также работают инструкторы, которые занимаются обучением сирийских военных специалистов, управляющих техникой, которую поставляет в эту страну Россия, а также просто подготовкой и обучением боевых частей.

"Эта работа активизируется и ее масштабы возрастают", - сказал эксперт.

Сколько именно советников находится в Сирии, неизвестно. Интерфакс со ссылкой на анонимный военный источник приводит цифру в тысячу человек, но проверить эту информацию из независимых источников невозможно.

Как сказал в интервью Би-би-си Илья Крамник, "оставшиеся там силы, это больше чем то, что мы видим".

Полигон для боевых новинок?

Любой военный конфликт для его участников - это возможность для испытаний различных вооружений.

Военные практически всегда стараются проверить боеспособность оружия, поскольку даже в конфликте, где противоборствующая сторона не применяет высокоэффективные системы, режим, в котором используется техника, интенсивность ее применения отличается от учений.

Тем не менее, в ходе войны гибнут люди, часто - мирные жители, и поэтому говорить открыто о таком не принято. Когда Владимир Путин публично признал, что война в Сирии дает возможность России испытать новейшие системы, его подвергли критике в соцсетях и прессе.

Тем не менее, это действительно так, Россия испытывает в Сирии новое оружие. В первую очередь это касается авиации.

Россия использовала в Сирии новейшие бомбардировщики Су-34, истребители Су-30 и Су-35. Наблюдатели отмечали, что у самолетов, которые попадали в объективы камер, менялись бортовые номера, что может означать, что авиация на базе находилась в режиме ротации.

Правообладатель иллюстрации Reuters
Image caption Су-34 впервые участвовали в военном конфликте в качестве бомбардировщика

Для Су-34 в качестве бомбардировщика (то есть по его прямому назначению) эта война стала дебютом, и, как отмечают специалисты, в ходе его применения было выявлено и исправлено много дефектов.

По словам Виктора Мураховского, Россия впервые испытала в условиях, которые вполне можно считать боевыми, системы радиоэлектронной борьбы ("глушилки" различных сигналов, включая каналы радио-, сотовой связи, аппаратуру для подавления каналов управления взрывными устройствами, РЛС авиации), беспилотные аппараты, новые системы связи, противотанковые комплексы и многое другое.

Наконец, были испытаны и более крупные, стратегические вооружения - крылатые ракеты. Как объяснил Игорь Сутягин, для минобороны России это едва ли не самая важная проверка, поскольку из-за своей дороговизны позволить себе массированный пуск крылатых ракет воздушного или морского базирования очень сложно.

Он рассказал, что до сих пор из-за особенностей передачи данных в бортовой компьютер, еще с советских времен массированные пуски крылатых ракет были проблематичными.

"Здесь была возможность отработать надежную передачу данных на борт ракеты и, соответственно, надежного ее запуска. Это очень важная вещь, это важнейшие масштабные испытания нового для российских вооруженных сил вида оружия", - сказал британский эксперт.

Правообладатель иллюстрации Russian Ministry of Defence
Image caption В ходе военной кампании в Сирии было выпущено около 100 крылатых ракет воздушного и морского базирования

О результатах таких испытаний судить сложно, поскольку они строго засекречены. Однако в прессу просачивались слухи о неполадках, в частности, с пусками ракет.

19 декабря в эфире радиостанции "Эхо Москвы" заместитель командующего дальней авиацией Анатолий Коновалов сказал, что такие проблемы были: "Не всегда у нас это получалось, вот именно в ходе вот этих вылетов, вот этой операции. Есть проблемы с авиационной техникой, в частности это по применению крылатых ракет воздушного базирования, сейчас над этим мы активно работаем, занимаемся".

Даже такое скупое сообщение оказалось настолько резонансным, что минобороны выступило с отдельным заявлением, в котором говорилось, что слова генерал-майора были неправильно интерпретированы в прессе, а проблемы были не с ракетами, а с эксплуатацией военной техники.

Всего в ходе военной кампании было выпущено около 100 крылатых ракет воздушного и морского базирования.

Большие маневры для личного состава?

Еще одним важным для российской армии аспектом военной операции стало обучение военнослужащих в боевых или приближенных к боевым условиям.

Это касается не только боевых летчиков, которые, как и самолеты, находились на авиабазе в режиме постоянной ротации. Сколько именно экипажей прошли через сирийскую военную школу, неизвестно.

Прежде всего, опыт получили офицеры, которые занимались организацией боевых полетов авиации, взаимодействием с наземными службами, флотом, стратегической авиацией, частями разведки, спецназа (которые, по косвенным свидетельствам, действуют на территории Сирии).

"Командировками по два месяца прогнано большое количество офицером военно-воздушных сил", - сказал Крамник.

Игорь Сутягин отметил еще одну важную для военных вещь - участие в боевых действиях повышает не только навыки, но и моральное состояние военных.

"Синдром нереализованного профессионала никто не отменял. Люди, которые учатся воевать всю жизнь, но не имеют никакой возможности применить на практике свои навыки, неизбежно страдают от комплекса профессиональной неполноценности... Войска нужно пропускать даже не через учения, а через какую-нибудь безопасную войну", - сказал он.

Сколько стоила российская операция в Сирии?

Все эксперты, опрошенные Русской службой Би-би-си, признали, что военные результаты полугодовой кампании, которая еще не закончилась, можно считать положительными. Армия получила опыт, было испытано новое вооружение.

Владимир Путин в одном из своих выступлений сказал, что в ходе крупномасштабных учений армия тратит больше средств, чем в течение аналогичного периода войны.

Это действительно так, однако на больших учениях отрабатываются крупные операции с применением большого количества техники, боеприпасов.

С самого начала сирийской кампании предпринимаются попытки оценить хотя бы приблизительно ее стоимость для российского бюджета.

В конце октября, спустя месяц после начала конфликта, были опубликованы результаты нескольких исследований на эту тему.

Газета Moscow Times со ссылкой на аналитический центр Jane's Defence (Русской службе Би-би-си представители центра сказали, что сами они эти расчеты не публиковали) написала, что стоимость операции на тот момент составляла примерно 4 млн долларов в день.

Другую цифру опубликовало российское агентство РБК. По его данным, операция обходилась России как минимум в 2,5 млн долларов ежедневно.

Однако с конца октября выросла сама российская группировка, возросла интенсивность полетов боевой авиации.

По данным РБК, стоимость одного дня операции увеличилась примерно в полтора раза - до 230 млн рублей или 3,3 млн долларов по среднему курсу с начала операции. Общие расходы на операцию в Сирии, согласно расчетам РБК, составляют примерно 38,4 млрд рублей или около 546 млн долларов.

По расчетам Игоря Сутягина, стоимость дня военной кампании с учетом бомбардировок, пусков ракет, расходов на "сирийский экспресс" (так в прессе прозвали поставки в Сирию военных грузов по морю) может составлять до 4,6 миллиона долларов в день, что не так уж много, учитывая все аспекты.

"Россия - страна довольно большая, довольно богатая. Поэтому говорить о том, что это было тяжким бременем... Ну, наверное, не самым тяжким бременем. Тут вопрос надо ставить немного по-другому: насколько приемлемым, насколько допустимым было это бремя в нынешней ситуации?.. Быть может эти несколько миллиардов можно было направить на что-то другое?" - сказал эксперт.

Жертвы среди мирных жителей

Говоря о целях, которые ставила перед собой Россия, Сутягин отмечает, что России в первую очередь необходимо было укрепиться на Ближнем Востоке, получить там военные базы, а также повысить боеспособность вооруженных сил, а не поддержать режима Башара Асада, который был данном случае средством, а не целью.

"Свои военно-политические и военные задачи Россия решила, и тут с Путиным можно согласиться", - сказал эксперт.

Правообладатель иллюстрации AFP
Image caption Россию часто упрекают на Западе в том, что ее участие в войне только усугубило гуманитарный кризис

Между тем, на Западе высказываются и другие точки зрения на цели Москвы.

Главнокомандующий силами НАТО на европейском континенте Филип Бридлав обвинил Россию в том, что она целенаправленно помогает сирийскому правительству в создании кризиса с беженцами, который использует как оружие против Европы.

В прошлом сам военный летчик, Бридлав сказал, что не видит никаких оснований для использования сирийской авиацией бочковых бомб, а российской - неуправляемых авиационных боеприпасов.

"Не могу представить себе другую причину [для применения бочковых бомб - Пентагон], кроме как вызвать поток беженцев, чтобы он стал чьей-то проблемой", - цитирует генерала пресс-служба министерства обороны.

К этим словам генерала отнеслись довольно скептически не только в России: в конце концов, кризис начался еще до российских бомбардировок.

Но ВКС на Западе часто упрекают в том, что свободнопадающие бомбы, не будучи высокоточными боеприпасами, приводят к жертвам среди гражданского населения.

Россию упрекают в неточном бомбометании даже на высоком уровне - в феврале премьер-министр Франции Мануэль Вальс и госсекретарь США Джон Керри заявили, что в результате российских бомбардировок гибнут мирные граждане.

Москва с самого начала операции традиционно отвергает эти обвинения. Во время встречи летчиков, возвращающихся в Россию, глава ВКС генерал-полковник Виктор Бондарев заявил, что "за все время пребывания в Сирийской Арабской Республике не было ни одного бомбометания не по цели".

Однако у благотворительных организаций, работающих в Сирии, на этот счет часто бывает свое мнение, отличное от мнения российских военных.

Так в феврале британская газета Guardian написала о решении международной благотворительной организации "Врачи без границ" не сообщать координаты больниц и других медицинских учреждений в удерживаемых повстанцами районах Сирии сирийским войскам и их российским союзникам.

По словам сирийских медиков, по медицинским учреждениям сознательно наносятся удары, поэтому предоставление координат не защищает больницы, а скорее наоборот.

3 марта правозащитная организация Amnesty International заявила, что российская и сирийская правительственная авиация, по всей видимости, намеренно и систематически разрушают сирийские больницы в ходе военных операций в районе города Алеппо. Правда, при этом правозащитники утверждали, что больницы бомбили истребители "МиГ", которых на вооружении российской группировки нет.

Новости по теме