Media playback is unsupported on your device

Маргелов: Каддафи должен начать примирение

  • 16 июня 2011

Россия включилась в процесс консультаций с ливийским лидером Муаммаром Каддафи, пытаясь найти мирное разрешение для противостояния, длящегося уже несколько месяцев.

В интервью Би-би-си Михаил Маргелов, спецпредставитель президента России по Африке, заявил, что его страна, как и все международное сообщество, понимает, что граждане Ливии утратили доверие к полковнику Каддафи. Однако он подчеркнул, что процесс национального примирения, если таковой начнется, может позволить Каддафи оставаться в Ливии, пусть, может быть, и в неофициальном качестве.

С Михаилом Маргеловым в Триполи встретился корреспондент Би-би-си по Ближнему Востоку Джереми Боуэн.

Би-би-си: Вы собираетесь встретиться с Муаммаром Каддафи? И если да, то что вы собираетесь ему сказать?

Михаил Маргелов: Я пока не знаю. Я попросил о встречах с премьер-министром Ливии и министром иностранных дел. Если полковник Каддафи согласится меня принять, то мне есть, что ему сказать.

Би-би-си: Что же именно?

М.М.: Наша позиция предельно ясна. В арабском мире по традиции умеют прощать. Арабское общество не жестоко. Мы все помним, как бывший лидер Алжира Ахмед Бен Белла спокойно жил как частное лицо после переворота в Алжире. Мы помним как бывший лидер Судана Нимейри спокойно жил в Хартуме после переворота.

Если в Ливии начнется процесс национального примирения, и если Каддафи будет вовлечен в этот процесс, то тогда, я считаю, ему будут открыты разные пути.

Би-би-си: То есть вы хотите сказать, что у Каддафи должна быть возможность остаться в Ливии, но Россия хотела бы, чтобы он передал власть?

М.М.: Я думаю, что это – не только российская позиция. Все международное сообщество отчетливо понимает, что Каддафи утратил доверие, начав бомбить мирное население. И мы надеемся, что, будучи ответственным человеком – а мы очень надеемся, что Каддафи ответственный человек – он срочно должен начать процесс национального примирения.

Би-би-си: Некоторые высокопоставленные представители правящего режима в Ливии – в частности, сын полковника Каддафи – говорили о возможных переговорах, предварительным условием которых была бы возможность для Каддафи остаться в стране. НАТО же заявляет, что Каддафи должен покинуть страну, и потом мы будем говорить о выборах и возможном развитии событий. По вашему мнению, что должно произойти сначала?

М.М.: Я был в Бенгази, где встретился почти со всеми лидерами Переходного национального совета [правящий орган ливийских повстанцев], в Каире я встречался с Ахмедом Каддафи ад-Дамом, двоюродным братом полковника Каддафи, который представляет значительную часть ливийской элиты. Насколько я понимаю, ливийская элита считает, что Каддафи должен оставить власть. И при всем моем уважении к позиции НАТО или лидеров Большой восьмерки, ключевым фактором здесь является то, что сами ливийцы думают о будущем Ливии. И мне кажется, что ливийцы представляют себе будущее Ливии без Каддафи у власти.

Би-би-си: А что должно произойти сначала – уход Каддафи или заключение соглашения о прекращении огня?

М.М.: Я знаю позицию людей в Бенгази, я знаю позицию Ахмеда Каддафи ад-Дама, я знаю позицию почти всех мировых лидеров, теперь я хочу услышать позицию властей в Триполи.

Би-би-си: То есть вы считаете, что еще можно договориться о некой сделке?

М.М.: Мне кажется, что пока Международный уголовный суд не выдвинул обвинений против Каддафи, возможны все варианты развития событий. Пока еще мы можем предложить Каддафи некий выбор. Но времени остается все меньше и меньше.

Би-би-си: А что думает Россия об операции НАТО в Ливии? Превышает ли НАТО полномочия, которые вытекают из резолюции Совета Безопасности ООН?

М.М.: То, как осуществляется военная операция, на мой взгляд, является наихудшим из возможных сценариев. Чем дольше продолжается кровопролитие, и чем больше падает бомб, тем сложнее будет начать процесс национального примирения.

Би-би-си: Есть ли у этой ситуации военное решение?

М.М.: Политический кризис нельзя разрешить военными методами.

Би-би-си: Так что, все должно начаться с соглашения о прекращении огня?

М.М.: Это – один из возможных вариантов.