"Корзиночку забери": в суде огласили подробности задержания Улюкаева

  • 5 сентября 2017
Алексей Улюкаев Правообладатель иллюстрации Valery Sharifulin/TASS

В Замоскворецком районном суде Москвы прошло третье заседание по уголовному делу бывшего министра экономического развития России Алексея Улюкаева. Его обвиняют в получении взятки в 2 млн долларов за положительную оценку сделки по покупке "Роснефтью" государственного пакета акций "Башнефти".

"Хорошее вино"

На заседании прокурор зачитал заявление от бывшего руководителя службы безопасности "Роснефти" Олега Феоктистова на имя директора ФСБ Александра Бортникова. Как пишет Феоктистов, глава "Роснефти" Игорь Сечин сообщил ему, что Улюкаев якобы требовал взятку в 2 млн долларов, угрожая компании "финансовыми потерями".

Заявление помимо Феоктистова подписал и сам Сечин. Адвокат Тимофей Гриднев, представляющий интересы Улюкаева, обратил внимание судьи, что ранее подобное заявление Сечина в материалах дела не фигурировало, однако прокуратура настаивает, что его подписали и Феоктистов, и глава "Роснефти".

Огласив заявление Феоктистова и Сечина, прокурор зачитал "рапорт о совершенном преступлении" от 14 ноября, поданный начальнику службы экономической безопасности (СЭБ) ФСБ Ивану Ткачеву. Именно в этот день, 14 ноября, Улюкаева задержали на выезде из офиса "Роснефти".

Машину, в которой он ехал, блокировали сотрудники ФСБ. В багажнике нашли сумку - Улюкаев заявил, что везет в ней хорошее вино, подаренное ему Сечиным. После этого, как заявил прокурор на заседании, Улюкаеву предложили вернуться в офис "Роснефти" - на улице было холодно.

Министр не стал доставать сумку из багажника машины, это сделали сами сотрудники ФСБ. Ключ от сумки с брелоком Улюкаев достал из кармана, сказав, что это ему тоже дал Сечин.

Далее в присутствии понятых в сумке нашли деньги - 20 пачек купюрами по $100 и несколько полимерных упаковок с долларами, рассказал на заседании прокурор. В рапорте говорится, что процесс фиксировался на аудио и видео, а сумку и купюры заранее обработали специальным раствором.

При этом сам Улюкаев настаивает, что в офис "Роснефти" он 14 ноября приехал поговорить о работе компании. В суде огласили расшифровку записи той беседы - выяснилось, что Сечин записал разговор на выданный ему сотрудниками ФСБ диктофон.

Из нее следует, что Улюкаев и Сечин во время своей встречи действительно говорили в основном о работе "Роснефти". При этом в конце Сечин сообщает Улюкаеву, что некое "задание выполнено". "Вот, забирай. И ключ на всякий случай. Корзиночку забери", - говорит он.

Расшифровка разговоров Сечина и Улюкаева, представленная обвинением

Телефонный разговор перед встречей в офисе "Роснефти"

Секретарь (в приемной Сечина): Игорь Иванович, сейчас вас соединяю.

Сечин: Алексей Валентинович, дорогой!

Улюкаев: Да, Игорь Иванович, как я рад тебя слышать!

(говорят о встрече в Гоа, где проходил саммит БРИКС)

Сечин: Масса вопросов накопилась там и по совету директоров, и по всему.

Улюкаев: Ну так давай обсудим.

(Сечин приглашает Улюкаева "на секундочку" заехать в офис "Роснефти")

Улюкаев: Да, с удовольствием, посмотрю компанию.

(договариваются встретиться в 17:00, в 17:30 Улюкаева задерживают с мечеными купюрами)

Расшифровка аудиозаписи встречи Сечина и Улюкаева

(разговор начинается у входа в здание "Роснефти" и затем продолжается внутри)

Сечин: Ты что, без куртки? Холодно же. Надо курточку какую-то.

Улюкаев: Да не, не надо, не надо, не холодно.

Сечин: Прошу прощения, что затянули. В командировке, туда-сюда. Пока собрали объем. Считай, задание выполнено. Вот, забирай, клади и пойдем чайку попьем. И ключ на всякий случай.

Улюкаев: Да, пойдемте.

Сечин (обращается не к Улюкаеву): Скажи Шокиной, пусть корзинку в 206-й поставит и чай приготовит пока.

(затем Сечин начинает рассказывать Улюкаеву о показателях "Роснефти", в частности, о капитализации компании)

Сечин: Что за это время мы создали: по текущей добыче первое место в мире, себестоимость высококонкурентная.

Улюкаев: Извини, перебью, вы в 2,5 раза дешевле аналогов.

Сечин: Ну есть, но у нас налоги очень большие.

(Сечин говорит, что нужно заниматься налоговой базой, Улюкаев с ним соглашается, потом говорят о сланцевой нефти, заморозке нефтедобычи и геологоразведке; прощаясь, Сечин просит Улюкаева не обижаться "за эти затяжки")

Сечин: Леша, ну спасибо большое, не задерживаю тебя, у тебя сложный график.

Улюкаев: Да, еще на курсы заскочу.

Сечин: Корзиночку забери.

Третий свидетель

На первом заседании прокурор успел лишь зачитать обвинительное заключение, на втором допросили двух свидетелей. Это были директор департамента "Роснефти" по отношениям с инвесторами Андрей Баранов и директор департамента корпоративного управления минэкономразвития Оксана Тарасенко.

Оба в своих показаниях ссылались на СМИ, оба отмечали, что изначально Улюкаев публично выступал против сделки. При этом оба свидетеля признали, что Улюкаев лично впоследствии никак не препятствовал покупке акций "Башнефти" "Роснефтью".

Во вторник суд заслушал показания только одного свидетеля - ведущего советника департамента корпоративного управления минэкономразвития Юлии Москвитиной. Как передает корреспондент Русской службы Би-би-си, когда она начала говорить, Улюкаев закрыл лицо руками.

Показания Москвитиной практически не противоречили показаниям предыдущих свидетелей. Единственное существенное расхождение между ними касалось письма в правительство о возможной приватизации "Башнефти".

Тарасенко утверждала, что Улюкаев вычеркнул оттуда абзацы, описывавшие положительный эффект от сделки, Москвитина же заявила, что министр ничего не вычеркивал. "Никаких поручений затягивать, откладывать приватизацию "Башнефти" мы не получали", - говорит Москвитина.

В ходе допроса свидетеля на заседании прокурор специально уточнил, вычеркивал ли Улюкаев что-либо из доклада в правительство по участию "Роснефти" в сделке по приобретению госпакета "Башнефти". Москвитина ответила, что доклад правился. "Но что конкретно [менялось], я сейчас не могу сказать", - добавила она.

Прокурор затем попросил уточнить Москвитину, видела ли она проект доклада после того, как Улюкаев его завизировал. И на этот вопрос, и на следующий - остались ли в докладе фразы о положительном эффекте от участия "Роснефти" в сделке по покупке "Башнефти" - сотрудница министерства ответила утвердительно.

"Вы помните или не помните?" - спросил ее прокурор. Москвитина сказала, что не помнит.

Прокуроры после этого потребовали огласить показания, которые она дала до прихода в суд. Суд удовлетворил эту просьбу и заслушал письменные показания, которые Москвитина дала ранее. В них она, напротив, соглашалась с Тарасенко в том, что Улюкаев вычеркнул из письма абзацы, в которых сделка оценивалась положительно.

После оглашения своих первоначальных показаний Москвитина подтвердила, что верны именно они.

После этого одна из адвокатов экс-министра Виктория Бурковская поинтересовалась у Москвитиной, могли ли формулировки, которые были вычеркнуты из доклада в правительство, "каким-либо образом" повлиять на основной вывод о том, что ограничений на участие подконтрольных государству компаний на участие в приватизации "Башнефти" нет. "Я сейчас не готова ответить на этот вопрос", - ответила Москвитина.

Прокуроры в течение всего процесса упоминают публичную позицию Улюкаева по покупке "Роснефтью" госпакета "Башнефти". Об этой позиции говорили и свидетели, которых суд заслушал на предыдущем заседании.

Министр летом 2016 года заявлял, что не считает "Роснефть" надлежащим покупателем государственных акций "Башнефти". Он объяснял это тем, что "Роснефть" является компанией с госучастием - государство владеет 100% "Роснефтегаза", которому, в свою очередь, принадлежит контрольный пакет "Роснефти".

Впрочем, в сентябре минэкономразвития решило, что компания Сечина может быть допущена к приватизации "Башнефти", поскольку законодательных ограничений на участие компаний с госучастием в приватизации нет.

Глава "Роснефти" Игорь Сечин, заявленный одним из свидетелей обвинения, и в этот раз в суд не пришел. Накануне в кулуарах саммита БРИКС Сечин заявил журналистам, что не получал повестки в суд по делу Улюкаева, и поэтому "не планирует" приходить на заседание. При этом он не стал отвечать на вопрос, примет ли он участие в суде, если получит такую повестку.

В чем обвиняют Улюкаева

Правообладатель иллюстрации Valery Sharifulin/TASS
Image caption Улюкаев называл уголовное дело против него "гнусной провокацией"

Улюкаева задержали 14 ноября прошлого года после визита в офис "Роснефти". Следственный комитет России сообщал, что министра экономического развития взяли с поличным при получении взятки в 2 млн долларов. Эти деньги, по версии следствия, он требовал в качестве вознаграждения за положительное заключение на сделку по приватизации "Башнефти" "Роснефтью".

15 ноября Басманный суд Москвы отправил Улюкаева под домашний арест. В тот же день президент Владимир Путин освободил министра от должности в связи с утратой доверия. Улюкаеву предъявлено обвинение по статье "Получение взятки должностным лицом в особо крупном размере". Ему грозит до 15 лет лишения свободы.

Первое, предварительное заседание суда по делу бывшего министра состоялось 8 августа, а по существу дело начали рассматривать 16 августа. Тогда Улюкаев заявил, что ФСБ организовала против него провокацию после заведомо ложного доноса главы "Роснефти" Игоря Сечина при участии теперь уже бывшего начальника службы безопасности компании, генерала ФСБ Олега Феоктистова.

В обвинительном заключении утверждается, что саму взятку министр потребовал у Сечина на саммите БРИКС в индийском Гоа 15 октября 2016 года. Сделка по приватизации "Башнефти" к тому моменту была уже закрыта. При этом в рапорте на имя Ткачева говорится, что Улюкаев якобы требовал у Сечина взятку в Москве в октябре и ноябре 2016 года. На это расхождение обратила внимание адвокат Улюкаева.

По версии следствия, Улюкаев угрожал главе "Роснефти" тем, что, если не будет вознаграждения, то министерство будет давать отрицательные заключения по другим сделкам. В обвинительном заключении также упоминается доклад, который Улюкаев направил в правительство еще до согласования сделки по приватизации "Башнефти". В нем экс-министр предложил исключить все подконтрольные государству компании из числа участников приватизации.

Все это, по версии следствия, Сечин воспринял как реальную угрозу "со стороны члена правительства", поэтому ответил согласием на предложение заплатить деньги, а по возвращению в Москву обратился в ФСБ.

Из обвинительного заключения следует, что Улюкаев лично получил чемоданы с 2 млн долларов от Сечина в офисе "Роснефти". Экс-министр не оспаривает, что взял их, однако версии о том, как бывший министр и глава "Роснефти" оказались в одном кабинете, у обвинения и защиты расходятся.

Гособвинение настаивает, что 14 ноября в ходе телефонного разговора Улюкаев подтвердил Сечину свое намерение получить взятку и согласился приехать для этого в офис "Роснефти". Улюкаев же утверждает, что его спровоцировали.

"Сечин сам позвонил мне под предлогом обсуждения дел корпорации и уговорил приехать в "Роснефть", где передал мне деньги", - заявил экс-министр в суде. Гособвинение настаивает, что Сечин действовал в рамках оперативных мероприятий.

Экс-глава минэкономразвития, выступая в суде, назвал предъявленные ему обвинения абсурдными, в том числе из-за "очевидной неэквивалентности" его политического веса и "веса господина Сечина в российском политическом истеблишменте".

Новости по теме