Главный московский следователь обвинил ФСБ в очернении сотрудников СКР

  • 19 марта 2018
Мосгорсуд Правообладатель иллюстрации ARTEM GEODAKYAN/TASS
Image caption Процесс высокопоставленных сотрудников СКР идет в Московском городском суде третий месяц

Глава московского управления СКР Александр Дрыманов дал показания на процессе по делу своего бывшего подчиненного Михаила Максименко, которого судят за получение двух взяток в особо крупном размере, в том числе за освобождение из СИЗО Андрея Кочуйкова по кличке Итальянец.

Руководитель московского управления Следственного комитета России (СКР) в понедельник был допрошен в Мосгорсуде по делу полковника Михаила Максименко - бывшего главы управления собственной безопасности СКР, которого вместе с сослуживцами обвиняют в содействии криминальным авторитетам.

Максименко инкриминируют получение взятки в особо крупном размере за освобождение из-под стражи Кочуйкова (также известен как Итальянец) - одного из помощников криминального лидера Захария Калашова (кличка Шакро Молодой).

В ходе судебного допроса глава столичного управления СКР выступил в защиту обвиняемого Максименко и сказал, что дело против Калашова, которое расследовала ФСБ, "используется" для создания негативного мнения в отношении Максименко и СКР в целом.

Ранее, выступая в Мосгорсуде, прокурор Борис Локтионов огласил показания по делу Максименко, из которых следовало, что еще один арестованный сотрудник СКР Денис Никандров рассказал следствию о взятке своему непосредственному руководителю Дрыманову.

Что сказал суду Дрыманов

"Как мы знаем, следственным управлением ФСБ России расследуется ряд уголовных дел, в том числе и дело против Максименко. Как мы знаем, все эти дела сопровождались шумихой в прессе, и фигура Максименко была демонизирована", - заявил Дрыманов, выступая на заседании суда.

"Он [Максименко] не вмешивался в дело Кочуйкова и не мог вмешаться - у него не было полномочий", - пояснил суду Дрыманов. На вопросы адвокатов Максименко генерал ответил, что ни у него самого, ни у его подчиненных не было личной или корыстной заинтересованности в исходе дела криминального деятеля Кочуйкова.

"Из уст Максименко могла звучать только одна фраза: поступайте по закону", - сказал Дрыманов.

Генерал был вызван в Мосгорсуд в статусе свидетеля, хотя на предыдущих заседаниях прокурор оглашал показания, которые указывали на причастность генерала к взяткам.

Прибыв в суд, глава столичного СКР Дрыманов заявил журналистам, что если бы существовали доказательства его вины, он был бы уже арестован: "Вести столько времени оперативное сопровождение дела и не иметь ко мне претензий и тут они появились - странно".

Дрыманов уточнил, что сам он не процессуально не мог просить суд вызвать себя на допрос. О допросе главы московского СКР ходатайствовала сторона защиты.

Перед тем как дать показания суду, генерал сказал журналистам, что подготовил жалобу генпрокурору Юрию Чайке на следствие. Следствие по этому делу ведет ФСБ России.

"Я уверен, что генпрокурор Чайка не в курсе, что здесь происходит​​​. Подготовлена жалоба на его имя и в Госдуму на нарушения процессуального законодательства в отношении всего следствия", - сказал он.

Генерал считает нарушением факт проведения в его отношении негласных следственных действий. Он отметил, что по уголовно-процессуальному кодексу расследовать такие обвинения в отношении офицеров СКР должен сам Следственный комитет, а не ФСБ.

"Давайте порассуждаем, если бы были материалы технического контроля, подтверждающие мою причастность, меня бы взяли вместе со всеми. Должен был быть предмет взятки, разговоры подтверждающие получение взятки", - сказал Дрыманов журналистам до допроса, отметив, что пока что есть только "сливы и утечки из так называемых достоверных источников".

После допроса он снова выступил перед журналистами. "Чтобы скомпрометировать меня было доложено большим руководителям, были организованы следственные мероприятия в отношении меня, которые ничего фактически не подтвердили. И потом появляется признание Никандрова и показания в отношении меня - вы знаете, я не верю в такие совпадения, просто не верю", - сказал Дрыманов.

Дело против офицеров СКР

Следствие считает, что Максименко и другие высокопоставленные сотрудники СКР получили 500 тыс. долларов за смягчение обвинения и последующее освобождение из СИЗО Кочуйкова (Итальянца), который был задержан после перестрелки около ресторана Elements на Рочдельской улице в Москве.

Правообладатель иллюстрации Artem Korotaev/TASS
Image caption Максименко не признает, что получил крупную взятку за помощь в освобождении одного из приближенных криминального авторитета Шакро Молодого

По версии следствия, за содействие в освобождении Кочуйкова Максименко получил 500 тыс. долларов от предпринимателя Олега Шейхаметова.

Полковнику также вменяют взятку в 50 тыс. долларов за помощь в возбуждении дела в отношении петербургских полицейских, которые якобы украли дорогие швейцарские часы у бизнесмена Бадри Шенгелии. Правда, показания свидетелей разные: кто-то заявляет, что Шенгелия якобы сам их украл.

Максименко не признает свою вину, а также утверждает, что на него оказывают давление с целью оговора. Так, обвиняемый рассказывал, что при доставке в суд в его адрес от одного из конвоиров прозвучали угрозы, в том числе физической расправы.

Судебный процесс по делу Максименко начался в конце января. В суде в качестве свидетелей обвинения уже выступили его бывший заместитель Александр Ламонов и бывший первый заместитель руководителя главного следственного управления СКР по Москве Никандров.

Ламонов и Никандров были задержаны одновременно с Максименко еще в 2016 году, однако заключили сделку со следствием и их дело рассматривается в особом порядке. Дело Максименко выделено в отдельное производство.

Максименко показания бывших коллег называет оговором: "Сотрудники ФСБ их обманули, обещая взамен выпустить из-под стражи, но так и не выпустили".

Ламонов рассказывал, что в апреле 2016 года был посредником в цепи силовиков, через которых передавали взятку в пол-полмиллиона долларов.

По его словам, он привез 400 тыс. долларов на служебную квартиру своего начальника в коробке из-под обуви. Еще 100 тыс. долларов он оставил себе, чтобы потом поделить с другими участниками схемы - бывшим подчиненным Денисом Богородецким и экс-сотрудником МВД Евгением Суржиковым.

Именно Суржиков, как полагает следствие, первым получил всю сумму от основателя сети "Якитория" Шейхаметова, друга Кочуйкова.

Шейхаметов от дачи показаний в суде отказался, воспользовавшись 51-й статьей Конституции, которая разрешает не свидетельствовать против себя и близких родственников. Согласно материалам дела, в августе 2017 года предприниматель написал явку с повинной по факту передачи взятки за освобождение из СИЗО Кочуйкова, сообщало РИА Новости.

Именно явка с повинной помогла бизнесмену выйти из дела в качестве взяткодателя.

Сами наличные не фигурируют в деле как вещественное доказательство - при обыске у Максименко купюр не нашли, а остальные фигуранты рассказали, что деньги потратили.

Правообладатель иллюстрации Sergei Bobylev/TASS
Image caption Переквалификация обвинения Андрею Кочуйкову (на фото) привела к крупнейшему коррупционному скандалу за историю СКР

В свою очередь Никандров говорил суду, что во время расследования перестрелки у ресторана Elements получил "коррупционное предложение" от лица, не проходящего по делу. Этот человек, утверждал Никандров, занимает "серьезное должностное положение в правоохранительной системе".

"Уже после освобождения Кочуйкова лицо, обратившиеся ко мне, дало поручение поговорить об этом с Максименко, который дал мне понять, что за переквалификацию дела 500 тыс. долларов получил Ламонов", - говорил Никандров на процессе. С разрешения судьи фамилию человека, о котором шла речь, он называть не стал.

Дрыманов в суде, отвечая на вопрос, были ли у Никандрова основания его оговаривать, ответил: "Безусловно! Никандров говорил, что денег не брал, в коррупционных схемах не участвовал. Дальше происходит следующее. Появляются показания - Никандров дал деньги. Доложено было на высоком уровне о моей причастности".

Часы, разыскиваемые Интерполом

Второй эпизод обвинения Максименко связан с взяткой 50 тыс. долларов, которую он якобы получил от петербургского предпринимателя Шенгелии. Как утверждают прокуроры, Максименко помог возбудить дело в отношении группы полицейских, которые в 2014 году якобы украли у бизнесмена наручные часы Hublot стоимостью 1,1 млн рублей.

Дело было возбуждено в октябре 2015 года, но потом это постановление отменила Генпрокуратура, а материалы вернулись в СКР.

По словам бывшего старшего оперуполномоченного по особо важным делам отдела "Запад" ГУСБ МВД Виталия Федосова, давшего показания на прошлом заседании, информация об "изъятии" часов подтвердилась после прослушки начальника отдела УУР ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленобласти полковника Романа Полозаева.

Общаясь с коллегой, тот заявил, что часы Шенгелии не вернут "в качестве санкций". Об этой аудиозаписи говорил и бывший первый замруководителя главного управления межведомственного взаимодействия и собственной безопасности СКР Николай Волков.

Федосов пояснил, что эти часы "были похищены на территории Европы, Венгрия их запрашивала через Интерпол". При этом от показаний против Максименко, которые он дал следователю ФСБ в марте 2017 года, Федосов в суде отказался. По его словам, именно он, а не Максименко, интересовался у сотрудников СКР, почему те не возбуждают дело в отношении петербургских полицейских.

В отказе о возбуждении уголовного дела, подписанного в Генпрокуратуре, говорится, что преступления не совершалось, а Шенгелия якобы украл часы у некого Анзора Калашова, взяв их для проверки подлинности. Как сообщили адвокаты Максименко Русской службе Би-би-си, родственником Захария Калашова он не является.

Судья допросил Дениса Каргальского, который в 2014-м работал замруководителя второго следственного отдела главного следственного управления СКР по расследованию экономических дел. Именно Карагальский возбудил дело о похищении часов в отношении оперативников. С Максименко, по его словам, лично он не знаком. В жалобе на решение прокуратуры Каргальский утверждает, что Шенгелия приобрел часы у некого Анзора Калашова, передав ему 22 тыс. евро.

Старший инспектор по проведению проверок при главе петербургского главного следственного управления СКР Светлана Кацуба, которая проводила проверку по заявлению Шенгелии, говорила, что состава преступления в действиях оперативников не нашла и из-за этого у нее разгорелся спор с Ламоновым, который считал, что преступление было.

Какую роль мог играть Дрыманов

В самом начале процесса прокурор Локтионов заявил о том, что в освобождении Итальянца принимал другой высокопоставленный сотрудник СКР - действующий глава столичного главка Дрыманов.

Как утверждается в обвинительном заключении, он лично был причастен к схеме, после которой обвинение Кочуйкову переквалифицировали на самоуправство.

Сам Дрыманов после оглашения заключения сказал РБК, что ему ничего не известно о заявлении гособвинения по делу Максименко. Еще в прошлом году он утверждал, что не является фигурантом каких-либо уголовных дел. Фамилия генерал-майора юстиции появилась в обвинении после показаний Ламонова и Никандрова, говорил собеседник ТАСС.

Правообладатель иллюстрации SLEDCOM.RU

Как стало известно "Коммерсанту", сотрудники ФСБ России, расследовавшие факты коррупции в Следственном комитете, не стали направлять председателю СКР Александру Бастрыкину материалы о возбуждении уголовного дела в отношении Дрыманова.

Источники газеты рассказали, что на даче у Дрыманова после показаний Никандрова проводились обыски, во время которых не было найдено никаких вещественных доказательств.

Адвокаты Максименко настаивают, что еще в ноябре прошло года в центральный аппарат СКР отправили материалы на Дрыманова, однако ответ из ведомства так и не поступил. Они попросили суд направить в ФСБ с запрос, чтобы прояснить процессуальный статус Дрыманова, однако это ходатайство отклонили по просье прокурора. "Статус Дрыманова уже определен - он является свидетелем", - сказал Локтионов.

Перестрелка на Рочдельской

Перестрелка, после которой был задержан Кочуйков (Итальянец), произошла 14 декабря 2015 года. Причиной послужил конфликт между собственницей ресторана Elements Жанной Ким и дизайнером Фатимой Мисиковой.

Ким якобы осталась недовольна работой Мисиковой и отказалась ей платить. Тогда в ресторан приехали люди Калашова (Шакро Молодого) во главе с Кочуйковым, которые стали требовать с хозяйки кафе 8 млн рублей в качестве оплаты долга перед Мисиковой.

Ким обратилась за помощью к своему адвокату, отставному полковнику КГБ Эдуарду Буданцеву, который также приехал на место с группой поддержки. Переговоры закончились перестрелкой, в ходе которой Буданцев застрелил двух человек из наградного пистолета.

Калашов и его люди, участвовавшие в разборке на Рочдельской, были задержаны по обвинению в вымогательстве. Сейчас это дело рассматривает Никулинский суд. Буданцеву предъявили обвинение в убийстве, но затем переквалифицировали статью на превышение допустимых пределов самообороны.

Новости по теме