Бунт против пыток в Копейске: заключенные осуждены, сотрудники ФСИН - нет

  • 13 апреля 2018
Акция в ноябре 2012 года Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Утром 24 ноября 2012 года заключенные в колонии №6 в Копейске отказались расходиться по баракам и цехам и забрались на крышу одного из зданий

Почти шесть лет назад заключенные колонии №6 в городе Копейске устроили акцию неповиновения, требуя прекратить пытки и поборы. Почти все оказавшиеся на скамье подсудимых получили реальные сроки заключения.

В пятницу Челябинский областной суд вынес приговор обвиняемым по делу о беспорядках в копейской колонии. На скамье подсудимых оказались и заключенные, и те, кто во время ненасильственной акции протеста пришел поддержать их к стенам колонии.

Во время разбирательства следователи изучили около полутора сотен заявлений о пытках и издевательствах, но никто из сотрудников колонии по ним осужден не был. Следствие и суд признали лишь факт поборов: начальника ИК-6 осудили за злоупотребление полномочий и оставили на свободе.

Русская служба Би-би-си рассказывает о том, чем закончилось расследование волнений в копейской колонии для тех, кто находился внутри и снаружи.

"Не дай бог, не купишь". Жизнь в копейской колонии

В 2012 года около полутысячи заключенных устроили ненасильственную акцию неповиновения. Утром 24 ноября они забрались на крышу одного из зданий и растянули простыни с надписями "Люди, помогите!", "Пытают униж-т", "Администрация вымогает $".

"Не было тех, кто не избивал. Начальник показывал им пример, как надо избивать", - рассказывает, перечисляя имена руководителей колонии, бывший заключенный копейской ИК-6 Руслан Латыпов.

"Предположим, кто-то сходил на свиданку, пообещал что-то [за это] принести и не сделал - все, сто процентов накажут, - описывает Латыпов существовавшую систему взаиморасчетов, - избиения начнутся в кабинетах у сотрудников администрации, оперуполномоченных, службы режима, заместителей… Такие, как Зяхор [бывший замначальника колонии по оперативной работе Евгений Зяхор], начальники отделов, не гнушались, избивали заключенных".

Сам Латыпов во время акции находился в штрафном изоляторе. В общей сложности он провел в нем почти 600 дней. По его словам, стабильно раз в одну или две недели его по 18 часов держали в подвешенном состоянии прикованным к решетке. "Привязывают, они еще по гениталиям пинают, избивают. После того, как побили, устали, они еще перцовым аэрозолем в комнату набрызгали и ушли. И ты висишь и задыхаешься. Ни попить не дают, ни поесть, ни в туалет сходить", - рассказывает о регулярных пытках Латыпов.

Платить, по словам бывшего заключенного, приходилось за все: звонок - около полутора тысяч рублей, документы на УДО - до ста тысяч.

"Захотелось им поменять компьютер, монитор новый. Сказали - купи, если хочешь, чтобы все хорошо было. И не дай бог, не купишь", - говорит Латыпов.

Об избиениях за отказ платить рассказывали и родственники заключенных. Причем вымогавшие взятки сотрудники ФСИН, по их словам, вполне могли брать свою долю не только деньгами или техникой, но и, например, стройматериалами и даже линолеумом.

Начальнику колонии - условное и амнистия

Спустя месяц после акции неповиновения в ИК-6 следователи действительно пришли к выводу, что фсиновцы занимались поборами. 30-летнему начальнику колонии Денису Механову предъявили обвинение в превышении должностных полномочий с применением насилия. По этой статье ему грозил срок заключения до 10 лет.

В интервью изданию "Коммерсант-Власть" Механов насилие в колонии категорически отрицал: "К осужденным применяется физическая сила на основании закона и очень редко".

Во время расследования ситуация изменилась. К тому моменту, как дело дошло до суда, о насилии над заключенными речи уже не шло - обвинение Механову переформулировали.

Следователи посчитали, что он собирал деньги на материально-техническое обеспечение колонии, угрожая в случае отказа переводом в штрафной изолятор, и расценили это как злоупотребление полномочиями из корыстных побуждений. Максимальное наказание в этом случае - до 4 лет заключения.

В декабре 2014 года Механов был признан виновным и получил три года условно. В мае 2015 года он вновь пошел под суд по аналогичному обвинению и суд снова приговорил его к условному сроку. От этого наказания Механов был освобожден по амнистии, объявленной к 70-летию Победы.

Сам он вины не признавал.

Заместители Механова - уволены без предъявления обвинений

О том, что в издевательствах над заключенными принимали непосредственное участие заместители Механова, заявлял и заключенный Олег Локтионов. Писать жалобы на руководство ИК-6 мужчина начал еще до акции неповиновения. В рамках дела о беспорядках следователи считали его одним из организаторов.

В числе тех, кто избивал осужденных, Локтионов называл замначальников колонии Зяхора и Константина Щеголя. Они в ответ подавали иски о защите чести и достоинства, требуя по двести тысяч рублей для каждого в качестве моральной компенсации.

На Щеголя, по данным работавших в регионе правозащитников, заключенные жаловались особенно часто.

В декабре 2012 года вскоре после предъявления обвинений экс-начальнику ИК-6 источники "Газеты.Ru" в федеральном ФСИН говорили, что приближенных Механова ждет та же участь.

Привлечение Щеголя к уголовной ответственности - дело времени, утверждал собеседник издания: "Вместе с Зяхором он был ближайшим человеком Механова и будет отвечать за то, что они делали".

О том, что Механов и двое его подчиненных, скорее всего, станут фигурантами дела о вымогательстве, говорил и источник, близкий к администрации президента. Решение об увольнении руководства колонии якобы принималось не в тюремном ведомстве, а на более высоком уровне.

Однако Механов так и остался единственным фигурантом дела о поборах. Оснований для предъявления обвинений его заместителям следователи не нашли.

Вскоре после возбуждения дела против главы ИК-6 Зяхор и Щеголь были уволены со своих должностей.

Но, по словам правозащитников, как минимум еще несколько лет бывшие замначальники оставались на службе в системе ФСИН.

Константин Щеголь после ухода из ИК-6 работал заместителем начальника по безопасности и оперативной работе в исправительной колонии №25 в Злотоусте в 160 километрах от Копейска, утверждают бывший член ОНК Николай Щур и экс-заключенный Латыпов.

Где сейчас официально устроен бывший подчиненный Механова, непонятно. Но, по словам правозащитницы Оксаны Труфановой, примерно четыре месяца назад Щеголь давал показания в суде по делу о беспорядках в колонии. Тогда он говорил, что работает в уголовно-исполнительной инспекции - подразделении в системе ФСИН, которое следит за людьми, получившими условные сроки или же исправительным или обязательным работам.

Евгений Зяхор после увольнения из копейской колонии, по некоторым данным, работал в областном управлении ФСИН по Челябинской области.

Позже он устроился в ИК-2 в Челябинске. Во всяком случае он фигурирует в качестве свидетеля в другом громком деле, которое сейчас слушается в челябинском суде.

В декабре 2015 года колонии №2 в комнате для досмотра нашли мертвым заключенного Исраилова. Тело со следами многочисленных травм было за шею привязано шарфом к решетке окна.

Следователи считают, что сотрудники колонии избили Исраилова, надели на заломанные за спину руки наручники и, оставив его в таком положении в петле, ушли.

Из обвинительного заключения, с которым удалось ознакомиться Русской службе Би-би-си, следует, что еще в начале 2016 года проходящий по делу свидетелем Зяхор занимал должность замначальника колонии по безопасности и оперативной работе.

По словам сотрудничающего с "Зоной права" адвоката Андрея Лепехина, который представляет интересы родственников Исраилова, в феврале-марте 2018 года Зяхор давал показания в суде.

Русская служба Би-би-си направила во ФСИН запрос о том, продолжают ли бывшие руководители ИК-6 работать в структурах тюремного ведомства. Официального ответа на момент публикации получено не было.

"Мы надеялись, что хоть кого-то отпустят"

В начале 2013 года, спустя три месяца после ненасильственной акции в ИК-6, следствие возбудило дело об организации массовых беспорядков.

Одним из первых подозреваемым по нему стал Дмитрий Коломейцев. По словам правозащитницы Оксаны Труфановой, 24 ноября 2012 года он фактически случайно оказался у стен колонии. Мужчине якобы позвонила напуганная соседка, которая не могла попасть на свидание со своим сыном в ИК. Коломейцев с женой поехали посмотреть, что происходит, и забрать соседку, а в итоге оказались в гуще противостояния ОМОНа и родственников осужденных.

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Сразу после начала акции ко входу колонии вызвали спецназ ФСИН, у стен поставили ОМОН

Полицейские начали разгонять толпу, избивая на ходу людей резиновыми дубинками, те в ответ забрасывали защищавшихся щитами омоновцев в амуниции снежками и кусками льда.

Во время разгона, говорит Труфанова, Коломейцеву разбили машину, внутри которой находилась его беременная жена.

Из 18 человек, ставших обвиняемыми по делу о массовых беспорядках в копейской колонии, за ее пределами на момент акции находились семеро.

Остальные одиннадцать - заключенные ИК-6. Локтионову, который писал жалобы на руководство колонии, обвинения предъявили летом 2013 года.

"К ответственности начали привлекать две категории людей: конкретных жалобщиков - типа меня … и, скажем так, несколько человек кавказской национальности. Это люди, приехавшие к нам в лагерь незадолго до акции", - рассказывал Локтионов. Он считает, что следствие воспользовалось возможностью "наказать тех, кто доставляет слишком много неудобств".

"У многих, кто был внутри [колонии в ноябре 2012 года] уже сроки закончились, но они остаются в качестве обвиняемых в следственном изоляторе", - говорит правозащитник Николай Щур. "Мы надеялись, что хотя бы кого-то отпустят в счет отсиженного, не будут такими кровожадными", - добавляет после приговора его коллега Труфанова.

Дело против 18 человек передали в суд лишь весной 2015 года.

Акцию протеста против вымогательств и пыток следствие в итоге расценило как попытку установить верховенство "преступного закона". В заявлении СК говорится, что заключенные пытались выбить для себя возможность беспрепятственно пить алкоголь, пользоваться мобильными телефонами и интернетом и получать интимные услуги.

Фигурантов обвинили не только в организации и участии в массовых беспорядках, но и в дезорганизации работы колонии и насилии против представителей власти.

В начале 2016 года суд вынес первый приговор - отдельно рассматривалось дело одного из фигурантов Владислава Хабирова, оказавшегося в ноябре 2012 года у стен ИК-6. Следственный комитет сообщал, что мужчина дал признательные показания и согласился на особый порядок рассмотрения дела. Он получил два года и три месяца колонии строгого режима. Правозащитники утверждают, что свидетели противостояния ОМОНа и родственников не смогли подтвердить причастность мужчины к беспорядкам.

Дело остальных 17 фигурантов суд рассматривал без малого три года. Лишь один из них получил условный срок, все остальные приговорены к реальным срокам заключения - до пяти лет колонии.

Новости по теме