"Твоя сумка, а в ней наркотики". Суд не стал менять наказание израильтянке, обвиненной в контрабанде гашиша

  • 19 декабря 2019
Наама Иссахар Правообладатель иллюстрации Artyom Geodakyan/TASS

Московский областной суд не стал менять приговор осужденной в октябре 26-летней израильтянке Нааме Иссахар. Ее признали виновной в контрабанде наркотиков и назначили 7,5 лет колонии общего режима.

Израильтянку задержали в апреле этого года в транзитной зоне аэропорта "Шереметьево", где она делала пересадку по пути из Дели в Тель-Авив. В сумке девушки обнаружили 9,6 грамма гашиша.

По информации газеты Jerusalem Post, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху пытался повлиять на рассмотрение дела Иссахар. По информации газеты, Россия предлагала Израилю обменять Иссахар на петербуржца Алексея Буркова, задержанного в конце 2015 года в Израиле по подозрению во взломе платежной системы и хищении нескольких миллионов долларов с кредитных карт граждан США.

Семья Иссахар утверждала, что Наама стала дипломатическим заложником, а приговор ей нацелен на то, чтобы у российских властей появилась возможность ее обмена на Буркова. Хакера тем не менее экстрадировали в США.

В день процесса в Израиль прибыла дипломатическая делегация из России, чтобы обсудить дело Наамы Иссахар и задержания около 40 граждан Израиля в аэропорту "Домодедово".

Трудности перевода

Нааму Иссахар защищали четыре адвоката. В суде было больше иностранных журналистов, чем российских. На процесс пришли и дипломатические лица из Израиля и США.

Также на заседании были родственники и поддержка Наамы из Израиля. Они почти не понимали, что происходило в суде, и спрашивали у других слушателей, о чем говорят выступающие в процессе. Сама Наама, инструктор по йоге, все заседание просидела с идеально ровной спиной. Время от времени она улыбалась, смотря на свою маму, которая с момента ее задержания живет в России.

Около "аквариума" Наамы сидел переводчик, который объяснял ей на английском, что происходит во время заседания.

Неправильный и неясный перевод первого процесса над Иссахар - один из пунктов апелляционной жалобы адвокатов. В первом процессе работали три переводчика, и их работу адвокаты назвали неудовлетворительной. По словам защиты, Иссахар не понимала значительную часть из своего обвинения и происходящего в первом суде.

Так, изначально израильтянка призналась в том, что перевозила гашиш в багаже. Однако в апелляционной жалобе говорится, что она вину не признает и заявляет, что увидела наркотик в своем багаже только при обыске после задержания, то есть его не приобретала, не потребляла и не перевозила. Изначально показания против себя она дала из-за того, что не понимала, что с ней происходит.

Media playback is unsupported on your device
Дело Наамы Иссахар: смогут ли Израиль и Россия договориться?

В качестве примера защита привела противоположный перевод слов Иссахар, когда она захотела ознакомиться с вещественными доказательствами, а переводчик сообщил, что она этого делать не хочет.

Защита настаивает, что у Иссахар совсем не было мотива и повода для совершения преступления.

Также суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что багаж Иссахар не пересекал и не должен быть пересечь границу России, а это является одним из главных доказательств невиновности израильтянки, говорится в апелляционной жалобе адвокатов. Подчеркивается, что и сама Иссахар не должна была проходить через границу РФ.

"Порочный приговор"

На основании различных ошибок и нарушений, которые совершили и суд, и следствие, защита настаивает на том, что вообще все уголовное дело против израильтянки является незаконным. Защита попросила отменить приговор Иссахар и оправдать ее. Например, в приговоре нет описания того, как именно человек собирался провести в Россию контрабанду, обязательного для обвинения по этой статье.

"Одним из пороков приговора является то, что он построен на частичном признании вины подзащитной. УПК прямо запрещает так действовать. Доказательств больше нет никаких", - заявил адвокат Вадим Клювгант.

Он заявил, что даже признание Иссахар "порочно", так как в решении суда есть слова девушки, которые она не произносила и которые не зафиксированы в протоколе суда.

Тем не менее апелляционный суд не позволил адвокатам прослушать аудиозапись и рассмотреть протокол первого суда. Эти документы позволили бы защите доказать, что переводчики, работавшие с Иссахар, совершали грубые ошибки, а суд не допускал состязательности сторон.

"Это твоя сумка, а в ней наркотики"

"Моя позиция не была четко донесена во время расследования. Она все ещё очень простая - я не покупала гашиш, не клала его к себе в сумку", - начала выступать Иссахар на прениях.

"Я не понимала, что меня не могут признать виновной только за то, что у меня нашли наркотики. Ни следствие, ни предыдущие защитники не разъяснили мне значения уголовной статьи 282. Я не могла понимать всю серьёзность того, что происходило со мной с самого начала.

Несмотря на то, что я все время говорила, что это не мои наркотики и что я не знаю, как они попали ко мне, мне всегда отвечали, что это твоя сумка, а в ней наркотики, а это уже преступление.

Меня заставили подписать документ на русском, но я добавила своей рукой, что не понимаю русского языка", - рассказала девушка о своём задержании.

Она добавила, что у нее не было умысла провезти ничего на территории России и не было возможности попасть в страну.

"Я оговорила себя, думая, что мое дело находится в серой зоне закона. Но теперь я понимаю, что есть только черное и белое, и все доказательства показывают, что я невиновна", - сказала Наама.

"Судебная ошибка"

Защита в прениях заявила, что вменяемые Иссахар действия малозначительны. Даже если бы в ее багаже был наркотик, то к нему имел бы доступ очень узкий круг лиц и он пробыл бы на территории России всего пять часов.

Адвокаты еще раз подчеркивали, что ни Наама, ни ее багаж никак не могли попасть на территорию России при пересадке в "Шереметьево".

"Наама не имела планов связать свою жизнь с Россией, кроме короткой пересадки в апреле этого года. Она служила в армии и воевала для своей страны в полевой разведке, но Россия сама вынудила ее здесь остаться", - заявил адвокат Клювгант.

Он назвал приговор Иссахар "судебной ошибкой", которую нужно исправить. "Весь следственный материал порочен и не может быть использован, кроме действий служебной собаки", - добавил адвокат.

По его словам, даже сам гашиш в деле является "фантомным". После изъятия его никто не видел - ни следствие, ни суд, ни защита, сказал Клювгант.

"Никакой обвинительный вывод по этому делу не только не может является правосудием, но и выглядеть так не может", - сказал адвокат.

Правообладатель иллюстрации Artyom Geodakyan/TASS
Image caption Мать Наамы Иссахар Яффа (в центре) расплакалась после последнего слова дочери

Тем не менее прокурор заявил, что пересечение государственной границы осуществляется самолетом в воздухе, а транзитная зона является пространством Таможенного союза. По мнению прокурора, это значит, что Иссахар пересекла границу с Россией и ввезла в страну наркотики.

Слушая перевод речи прокурора, Наама заметно погрустнела в своём "аквариуме".

На последнем слове она сказала, при посадке на самолёт часто у пассажиров спрашивают, сами ли они упаковывали багаж и имел ли кто-то ещё доступ к их вещам.

"Я хочу подчеркнуть, что никто меня даже не спросил, являются ли наркотики моими. Меня даже сразу прервали, когда я сказала, то это не мое. Я сожалею, что была неосторожна и что не знала, что у меня в багаже. У меня не было умысла иметь наркотики и привести их в Россию, поэтому я не могла совершить это преступление.

Я прошу суд учесть тот факт, что я уже девять месяцев нахожусь за решеткой в другой стране и лишена базовых человеческих прав, поскольку не могу ни с кем общаться. Этот приговор уничтожит все хорошее, что было в моей жизни, на основании преступлений, которые я не совершала", - сказала Наама в последнем слове.

Ее мама Яффа, которая весь суд улыбалась, смотря на дочь, расплакалась.

"Как не было в деле правосудия, так его и нет. Как не было там преступления, так и нет, никто не опроверг наши доводы", - сказал после суда адвокат Вадим Клювгант.

Новости по теме