Заикание как прием

  • 6 марта 2011

Когда речь идет о фильмах, все вспоминают, кто кого там играл.

Фильм "Королевская речь", получивший в Голливуде все главные "Оскары" этого года, тот редкий случай, когда награды удостоился и автор совершенно уникального сценария.

История сочинения этого сценария сама по себе могла бы стать фильмом. Это история о заике из семьи английских евреев, эмигрантов в Америке, с детства осознавшего, благодаря радио, что он в своем заикании на свете не один: заикается еще и король.

Дэвид Зайдлер (David Seidler) стал заикаться в три года во время пересечения Атлантики на пути в Америку под бомбежкой нацистской авиации. И с тех пор он переживал за собрата по несчастью всякий раз, когда слышал выступление короля-заики Георга VI по радио. Уже сорокалетним сценаристом в Голливуде, Зайдлер заинтересовался фигурой психотерапевта и логопеда Лайонела Лога, вылечившего короля. Поразительно каламбурное совпадение звучания его имени и выбранной им профессии логопеда.

Пожалуй на этом и кончались профессиональные связи Лога с логопедией. Этот доктор-любитель из Австралии действительно восстанавливал речь солдат после шока в окопах Первой мировой войны, но исключительно благодаря своей интуиции и начитанности: его изначальной мечтой была карьера сценического актера – отсюда его мастерство в постановке речи, подачи текста, в интонации и ритмах. Но он и разделял общепринятое мнение в кругах психоаналитиков, что заикание – своего рода форма робости, результат в первую очередь страха перед отцом.

(И тут тоже своеобразная параллель с историей самого Зайдлера. В начале восьмидесятых годов ему удалось списаться с сыном Лога. У того сохранились дневники отца эпохи сеансов с королем. Однако эти дневники он отказывался передать Зайдлеру пока тот не получит разрешения от королевы-матери, вдовы Георга. И Давид Зайдлер, как преданный поданный Ее Величества, испросил письменного разрешения. Королева-мать в трогательном письме просила Зайдлера повременить – дождаться ее смерти. И Зайдлер ждал. Никто не думал, что Ее Величество проживет еще двадцать лет. К тому времени умер и сын Лога, так что к дневникам Зайдлер доступа так и не получил. Пришлось все сочинять самому.)

Но факты страха Берти – будущего короля Георга – перед отцом были так или иначе общеизвестны. Тот был нетерпим к недостаткам сына, кричал на него, заставлял его, левшу, писать правой рукой, издевался на его колченогостью. Короче говоря, тут и не слишком робкий мальчик начнет заикаться. Наша речь действительно возникает из ласкового бормотания матери вовремя кормления, но, когда ребенка отнимают от груди, он начинает общение с миром в первую очередь через отца, через его окружение. Неудивительно, что Лайонел Лог стал выполнять роль не только логопеда и инструктора, но еще и психоаналитика.

После невероятного успеха фильма "Королевская речь", выяснилось, что Лог пытался вылечить от заикания не только самого короля. Среди его пациентов был, скажем, сын английского аристократа Освальда Мозли, ставшего в тридцатые годы лидером британских фашистов. Николас Мозли, либеральный писатель-романист – крупное имя в английской литературе, тоже заикался. Легко сделать вывод, что это – результат общения с авторитарной фашиствующей персоной отца. Но Николас, в одной из документальных передач на эту тему, говорит, что отец его был на удивление мягок и трогателен в семейном общении. (Гитлер тоже любил детей и животных, был вегетарианцем и боролся с курением.) Мораль его истории в том, что нет единой причины в заикании.

Более того, от заикания вылечиться невозможно. Этот врожденный недостаток можно разными приемами скрыть. Николас Мозли в конце концов от лечения отказался. Он до сих пор заикается, но это ему не мешает ни жить, ни творить. Он ведь не должен был, как король (или как его отец), выступать с речами на площадях перед народом. Для этого так или иначе нужна особая манера речи. Лайонел Лог – говорит Мозли – не научил короля говорить естественно. Он научил его как преодолеть заикание, произнося слова как их произносит оперный певец или политик с трибуны. В обычной ситуации, в домашней обстановке, так не говорят. Николас Мозли отказался вести себя за обеденным столом как будто он выступает на митинге или с театральных подмостков.

И тут следует вспомнить театральный багаж самого Лайонела Лога. Никому из критиков не пришло в голову, что сценарий фильма "Королевская речь" построена как пародия на "Пигмалион" Бернарда Шоу. Однако тут в роли простушки-кокни Элизы Дулиттл оказался король Англии, а профессор Хиггинс – актер-неудачник из Австралии. В этой парадоксальной перетасовке классового происхождения участников старого сюжета о преодолении врожденного недостатка (пролетарского происхождения или заикания) - гениальная автобиографичность сценария Дэвида Зайдлера, американца-заики, эмигранта с британских остров и бытописателя дворцовых интриг, добившегося сенсационного всемирного успеха в семьдесят с лишним лет, когда от него уже никто ничего не ждал.