Победители из неудачников

  • 16 октября 2010

Все, кто интересуется литературой, знает, что лауреатом премии Букера этого года (официально, "Мана-Букера": с участием еще одной корпорации Мана премия выросла до 50 тысяч фунтов) стал Говард Джейкобсон (Howard Jacobson).

Но не менее любопытна в такого рода литературных марафонах не только фигура победителя, но и тех, кто проиграл.

Я употребляю терминологию тотализатора, поскольку на участников таких мероприятий делаются ставки в буквальном смысле. В коротком списке Букера было имя писателя, еще год назад фигурировавшего лишь в литературных дискуссиях лондонской элиты. Кто мог подумать, что именно роман Тома Маккарти – среди выдвиженцев на премию Букера - станет фаворитом в ставках британских букмекеров? Кто бы мог подумать еще несколько лет назад, что Том Маккарти вообще войдет в короткий список этой премии?

Я познакомился с Томом еще в его университетские годы – как с другом своей дочери, они вместе учились в Оксфорде. Моя дочь – художник, и художники до сих пор ближайшие друзья Тома. Он - во многих своих статьях и интервью последних месяцев – неоднократно повторял, что именно в мире искусств, а не среди людей литературы, возникают в Великобритании в наше время самые интересные новаторские идеи, в то время как британская "большая литература" (имеется в виду литературный истеблишмент), отвергнув в свое время стилистические новации европейского модернизма и авангарда, до сих пор пережевывает все ту же гумманистическо-реалистическую жвачку столетней давности, некий субрикет Джейн Остин.

Многие годы Том Маккарти и был известен не столько как начинающий прозаик, сколько как активист-концептуалист в пограничных зонах между искусством и литературой. Его главный проект, охвативший всех его друзей, называется Международное Общество Некронавтов (International Necronautical Society) – то есть тех, кто путешествует за границу смерти и по ее территории: центральный, с точки зрения Тома Маккарти, мотив в современной литературе. Пародируя тоталитарный характер мышления в массовом коммерческом искусстве и культуру манифестов вообще, деятельность этого Общества состоит из фиктивных проектов, издания бюрократических директив и публичного разоблачения заговоров и конспиративной природы современного общества. В частности, роли радио и радиосигналов из космоса (это тема нам, радио-вещателям, близкая).

Отчасти, именно этот мотив – центральный в новом романе Маккарти с названием из одной латинской буквы С, где герой путешествует по разным эпохам и цивилизациям своего времени, как бы следуя радиосигналу, однажды запущенному его отцом радио-любителям. Его прозу называют в Англии экспериментальной. В действительности за Том Маккарти огромная традция – Джойс и Беккет, Кафка и Уильям Берроуз, Жорж Батай и Марсель Пруст. Однако ссылки на список классиков модернизма не помогают продать свой роман коммерческим издательствам.

Семь лет Том Маккарти не мог опубликовать свой роман Remainder (о человеке, тратящий миллионы, полученные в виде страховки, на воссоздание в реальности пережитой катастрофы, личные обстоятельства которой он не может вспомнить). В конце концов, через дружеские связи, он вышел на экспериментальное английское издательство "Метроном" в Париже. Это издательство пародировало легендарное полупорнографическое издательство "Олимпия", где печатались первые романы Уильяма Берроуза и других полузапрещенных авторов; там же была, в частности, опубликована "Лолита" Набокова.

Книги издательства "Метроном" даже не попадали в крупные книжные магазины – их можно было купить только на книжных прилавках при лондонских центрах по искусству и в авангардных галереях. Но книга неожиданно была превознесена до небес как переоткрытие европейской традиции в таких еженедельниках как Times Literary Supplement и London Review of Books – законодателях современных тенденций в литературе.

И наш концептуалист из литературного андерграунда в этом году вошел – со своим третьим по счету романом - в короткий список Букера. Все конечно же не так просто – мир, и литературный мир в частности, меняется вместе с нашими усилиями, с нашей деятельностью в этом мире. Но даже скептики, до сих пор считающие романы Тома Маккарти экспериментальными, не будут спорить, что его литературная биография – невероятный (в наше время) по своему оптимизму феномен успеха. Несмотря на кризис – и в финансах, и в издательском мире. И главное тут - внушаемая этой метаморфозой надежда для всех начинающих писателей.

И когда премию получил не Том Маккарти, мне ничего не оставалось, как послать Тому цитату из Пастернака: "Другие по живому следу пройдут твой путь за пядью пядь. Но пораженья от победы ты сам не должен отличать."

Но в первую очередь, эта цитата относится и к самому победителю этого года – Говарду Джейкобсону. Он действительно был в шоке от решения жюри. Он не мог поверить. Ситуация на грани личного провала, неудачи - один из лейтмотивов его прозы. Не только герой его трагикомического романа на еврейскую тему (The Finkler Question) – архи-неудачник (тоже, кстати, бывший продюссер Би-Би-Си), поскольку, кроме всех прочих бед, он еще и не еврей, каковым ему хотелось бы быть - как его ближайшие друзья. Сам Джейкобсон не впервые попадает в список претендентов на премию, но всякий раз ее получал кто-то еще.

В этом году Джейкобсон был уверен, как и все букмекеры, что премию на этот раз получит Том Маккарти.