Поколение Путина

В России выросли молодые люди, которые родились, когда Владимир Путин был у власти, и в первый раз будут голосовать 18 марта на его же выборах.

Шесть юношей и девушек рассказали Би-би-си, чем они отличаются от своих родителей, чего ждут от себя и от своего будущего в России, и можно ли их считать поколением одного президента.

Женя Акулов

Меня зовут Женя Акулов, мне 18 лет. До выборов я достигну совершеннолетия. Я учусь в Высшей школе экономики в Санкт-Петербурге на факультете политологии на международной программе — Political Science and World Politics. Мы учимся на английском языке.

У меня было клевое детство, мне есть что вспомнить. Все детство я провел как обычный петербургский парень, где-то гуляя. Очень много играл в футбол — с шести до 15 лет. Мне кажется, у каждого парня в детстве должен быть футбол.

Самое раннее воспоминание о себе — это когда родился мой братик. Я смотрю, мама с ним сидит и спрашивает меня: "Что думаешь, как его назовём?". А я говорю — давайте Женя назовем, будет два Жени!

Учился я неплохо, всегда был самым младшим, но мне это никак не мешало. Не любил все, что надо было делать руками, за меня девочки всегда рисовали. Сначала я учился в китайской гимназии и учил китайский! Я вообще сначала не знал, что она китайская, потом не понял, как так вообще получилось. А потом перешел. Но думаю, если с китайцем встречусь, смогу с ним поговорить.

Во ВШЭ я решил пойти, когда серьезно занялся дебатами. Меня туда отправила учительница по истории. Она спросила – чего ты так много на уроках разговариваешь? Иди лучше на дебаты! И я увлекся. Мне было 15-16 лет тогда. Когда я начал заниматься дебатами, я увлекся политикой.

В будущем я собираюсь стать президентом.

Если серьезно, это одна из моих целей. Может, там освободится место! Вообще я хочу работу, где я смогу общаться с людьми. Но не исключаю, что буду заниматься прикладной политикой, если мне это не покажется слишком грязным делом. Но стать президентом вообще было бы здорово!

Про Путина у меня есть прикольная история. Я в детстве плохо ел, мама меня кормила. И у нас висел портрет Путина. Мама говорила: "Ешь, смотри, дядя Володя смотрит!". Я думал – да, действительно, и ел.

Что значит всю жизнь жить при Путине? Каждый день ты видишь его в новостях, каждый год он поздравляет тебя с Новым годом. Но Путин не влияет на меня, когда я гуляю по своим любимым местам в Петербурге, когда я завтракаю, учусь. Когда его не будет, наверное, что-то изменится, но не думаю, что я почувствую радикальные изменения.

Объективно рассуждать о том, каково это, всю жизнь при Путине прожить, я не могу — я не знаю, как жить по-другому, у меня нет такого опыта.

Не могу сказать, что это ужасно, не могу сказать, что это прекрасно. Могу только сказать, что есть идеи, которые говорят о том, что жизнь могла бы быть лучше. Но большинство того, что происходит, меня сейчас устраивает.

На самом деле у меня нет сложившегося мнения о Путине, как бывает о людях. Мне кажется, человек оказался в нужное время в нужном месте. Как человек, который тогда только родился, не могу сказать, почему в 1999-2000 начала меняться страна — потому что он пришел или просто так совпало.

Есть старшее поколение, которое транслирует идею, что главное – это чтобы не как в нулевые Мы с ними не можем соглашаться, потому что мы вообще не знаем, как это. Для них стабильность и девиз «лучшее – враг хорошего» то, чем они живут. Осуждать это неправильно, но им тяжело замечать стагнацию.

Я не ходил на митинги. Я отношусь к этому крайне двояко.

Есть какие-то аспекты, которые заставляют меня не относить себя к оппозиционной среде. Вот Алексей Навальный, например, сейчас говорит, что он и есть вся оппозиция. По факту, наверное, так и есть, но он транслирует идеи, которые может принять не каждый оппозиционер. Я бы не хотел сегодня находиться в оппозиции, мне больше нравится держать нейтралитет и на все это смотреть. Сейчас у меня формируется свое мнение о политике и нет радикальной точки зрения.

Любой радикализм должен быть оправдан. В то время, которое живем мы, его оправдать нечем. В семье у нас с мамой похожие взгляды. А вот бабушка и дедушка – иногда кажется, что они молодёжь. Они сказали, что в этом году за Путина голосовать не пойдут – хотят за кого-то другого. Даже взрослым хочется перемен.

Пока не знаю, пойду ли голосовать. Думаю, что я решу это 18 марта. Я вижу много причин не идти голосовать вообще, хотя активный бойкот, как не сторонник Навального, не поддерживаю.

Пойти отдать голос за любого другого кандидата? Это как в 2012 году, это сути не меняет. Есть еще вариант испортить бюллетень.

Сейчас, правда, тяжело решить. Но пока вероятность, что я не пойду голосовать, выше.

Если бы я был президентом, для меня было бы самое важное вот что: это должен быть человек сильный, который представляет других, готов их защищать. Президент должен быть презентабельный – кстати, в плане имиджа к Путину нет вопросов.

А самое главное – это честность.

София Пульвер

Меня зовут София Пульвер. Мы с родителями с моего глубокого детства живем в Воронеже. Папа у меня занимается научной деятельностью, работает с Институтом биологии старения, а мама врач.

Я с детства занималась танцами, потом начала заниматься конным спортом. Помню, когда в четыре года первый раз с мамой приехала на конюшню и как я каталась — это был очень радостный момент. Помню что-то большое, мягкое, живое.

Сначала я занималась в маленькой частной конюшне на окраине города — там были два коня, которыми не занимались хозяева. Потом стала заниматься в другом месте, чтобы участвовать в соревнованиях. Я получила разряд по конкуру, но там произошел конфликт, и я вообще хотела все бросить.

Я пыталась бросить много раз. Но через две недели после того, как я громогласно объявила родителям, что бросаю конный спорт, моей маме позвонил хозяин тех двух коней и сказал: "Наталья, заберите одного". И у меня появился мой конь — Дебют.

Это большой кот, а не конь, на самом деле.

В школе мне очень нравится, сейчас изучаю историю, обществознание, политологию, историю, философию. Мама у меня по одному из образований психолог — психология меня с детства интересовала. Я стала проходить курсы по повышению квалификации, отучилась на нейролингвопсихолога.

Что для меня значит жить при Путине? Помню, когда начался кризис, кажется, в 2007 году. Помню, как это отразилось на нашей семье — не сказать, чтобы жить стало сильно плохо, но чувствовалось. Помню, как выросли цены, помню, как росла стоимость бензина, как мама не могла купить машину.

Сейчас меня как человека, который всю жизнь живет при Путине и отдает себе в этом отчет, волнует коррупционная составляющая.

У меня мама была активисткой "Открытой России"*, поэтому я с детства соприкасалась с политикой. В 2012 году я узнала про Алексея Навального, как про политика и блогера, следила за его мэрской кампанией. В последний раз вспомнила о нем после того, как вышел фильм "Он вам не Димон" — мне друг про него рассказал.

Потом я узнала, что в Воронеже открывается штаб Навального, и пришла туда работать. Сейчас я готовлю наблюдателей к президентским выборам. С самим Навальным я не знакома: каждый раз, когда он должен был приехать в Воронеж, его задерживали. Но он производит на меня впечатление очень правильного человека. Навальный — это тот политик, которого я хочу видеть во главе страны.

То, что Навального не допустили на выборы, меня сильно задело. Особенно когда его обвиняют в том, что он манипулирует детьми. Я, например, понимаю, зачем нужна кампания забастовки на выборах, и полностью ее поддерживаю.

Работать в штабе я не боюсь. Возможно, это может быть опасно, но я понимаю, для чего я это делаю. К нам периодически приходит полиция, спецназ приходил. Но с каждым обыском я понимаю, насколько то, что они делают, абсурдно. Это показывает, как власть не справляется с ситуацией.

В день выборов я буду координировать наблюдателей и, надеюсь, сама буду наблюдать. Голосовать я сама пока не имею права. Чувствую я себя от этого не очень, но вообще ничего страшного, потому что мы за забастовку и я все равно не пошла бы голосовать.

Что будет после Путина? Надеюсь, нас ждет прекрасная Россия будущего.

В будущем хочу получить два высших образования. Политикой и околополитической деятельностью хочу продолжать заниматься.

Стас Савенко

Меня зовут Стас Савенко. Мне 18, я учусь в Саратовском государственном университете на программиста. Мой отец бывший военный, а мама врач. Я прожил в Саратове всю жизнь, я тут родился. У меня есть брат — ему двадцать, он учится в том же университете. Он учится на учителя, на трудовика. Оказывается, на них учатся, есть такая профессия!

Я думаю, что мое детство было счастливым. Если и были какие-то проблемы, я их не замечал. Мое первое воспоминание очень хорошее — это, наверное, шестой день рождения. Были шашлыки, пришли друзья, гонялись друг за другом с игрушечными пистолетами. Было лето… Хотя стоп, тогда это был не день рождения, он же не летом!

Когда я был маленьким, у меня был компьютер. Ремонт стоил дорого. Однажды компьютер опять сломался, отец сказал: "Я не буду платить за ремонт. Хочешь компьютер — сделай свой собственный". И я начал. Я сделал один, потом, другой и мне понравилось. Поэтому я решил стать программистом.

Хотя сейчас я больше занимаюсь КВН, чем учебой. У меня сейчас все друзья из КВН, девушка оттуда была. Ты этим живешь. Недавно мы ездили на фестиваль КВН в Сочи. Наша команда по его итогам попала в первую лигу, все рады, счастливы. Мне нравится рассказывать шутки, нравится, когда люди смеются.

Как мы придумываем шутки? Ну, мы собираемся, обсуждаем, думаем: "Надо как-то начать. Давайте шутку придумаем. И потом — не знаю, как объяснить — она просто приходит".

Политика меня не сильно затрагивает, потому что в ней ничего не меняется.

Наверное, поэтому люди перестали из-за нее так беспокоиться. Все спокойно, стабильно, ничего не меняется. Я раньше интересовался политикой, сейчас тоже слежу. Стало поинтереснее, потому что есть ощущение, что в ближайшее время в стране много может измениться.

Путин, в общем и целом, хороший президент. Мои родители жили в девяностых, они знают, что он сделал для страны в то время — я им больше доверяю, чем себе в этом вопросе. Они рассказывают, как было тогда и как стало сейчас. Было время, когда они ужинали одной вареной картошкой на двоих. Это кажется удивительным сейчас.

В семье мы немного говорим о политике. У меня родители консервативных взглядов, поэтому сейчас с ними тяжело спорить. Они, как я считаю, из-за телевизора очень односторонне смотрят на происходящее. Но у них тоже адекватная позиция, я их понимаю, может, я еще не дорос.

Я собираюсь голосовать на этих выборах. Буду голосовать за Грудинина.

Буду голосовать, потому что увидел, что власть не очень хорошо к нему относится. Наверное, это что-то значит.

И у него есть партия. Даже если он не станет президентом, все равно что-то понимает.

Конечно, Путин выиграет, потому что его поддерживает большинство. Но за кого еще голосовать, альтернатива какая?

Кроме Грудинина я не вижу других сильных кандидатов.

Навальный, когда только начинал борьбу с коррупцией, казалось, занимается тем, чем хочет, тем, что правильно. А сейчас он делает много таких вещей, из-за которых я не вижу в нем политической фигуры. Он блогер! Думаешь, ну какой ты кандидат в президенты, как-то это несерьезно все. Какие-то популистские взгляды у него появились, апеллирует не фактами, а словами.

Я люблю Россию, не собираюсь уезжать. Нравится она мне или нет, это моя родина. Не думаю, что еще где-то в мире я смог бы жить так же свободно и спокойно. Здесь я знаю, что я живу дома.

Если говорить о том, что мне не нравится — я вспоминаю детство, вспоминаю, как улицы моего города выглядели тогда и сейчас — изменений никаких. Все выглядит точно так же.

Вообще многие слишком много ожидают от президента. Власть это не один человек. Я думаю, что его слишком во многом обвиняют. В каких-то вещах он вообще не виноват, нужно винить других, а на них даже никто не смотрит.

Ольга Вдовина

Меня зовут Оля, мне 17 лет, я всю жизнь живу в Москве, сейчас учусь во французском лицее.

Детство у меня было счастливое. Самые ранние моменты связаны либо с тем, как с ребятами во дворе бегали, либо с дачей. Мы уходили искать какие-то новые места. Все это было захватывающе.

Сейчас я учусь во французской школе. Мама хотела, чтобы я учила французский. Тем более я картавлю. Она сказала: вот, это знак! Надо выучить язык. Сначала я пошла в школу с углубленным изучением языков. Потом мама где-то вычитала, что есть лицей, где все уроки на французском. Показалось, что это классная возможность выучить язык как родной. В первый раз у меня не получилось поступить — уровень языка был не тот. А во второй раз мне уже хотелось добиться своего и я поступила.

Братьев или сестер у меня нет. Мама сейчас сидит дома, а раньше занималась страхованием. Папа занимается бизнесом.

Что для меня значит, что я всю жизнь живу при Путине? Мне не кажется, что это очень сильно повлияло на меня как на человека. На людей влияют не правители, а люди, которые их окружают — друзья, семья, знакомства, возможности — только это.

Для меня, лично, поколение Путина не значит ничего. Я не принадлежу к поколению Путина.

Я принадлежу к поколению 2000 года, которое стремится в будущее.

Мое отношение к Путину это сложный вопрос. Путин — сам по себе очень харизматичная и сильная личность и хороший политик. Другое дело — решения, которые он принимает, выборы, которые он делает.

Про Навального — я когда интересовалась тем, что он делает, начала смотреть его Youtube-канал, читать статьи, которые пишет он, интервью, которые делают его помощники. Сначала это мне казалось чем-то очень интересным. Ведь то, что говорит Навальный — правда. Но чем больше я за ним следила, тем больше я видела какие-то повторы. То есть, Навальный все время говорит об одном — выходим на улицы и показываем, что мы недовольны.

Мне кажется, что тот факт, что его не допустили на выборы, это неправильно. С другой стороны, я не вижу его президентом. Он мог бы выдвинуться кандидатом, но видеть его президентом я не хочу.

С друзьями мы по-разному политику обсуждаем. Мне кажется, нужно говорить, нужно делиться мнениями. Не надо закрываться в какую-то коробочку. В общении мы сможем прийти к консенсусу.

Мой 18-й день рождения на следующий день после выборов. Мне очень обидно. Я очень хотела бы проголосовать.

Потому что я считаю, что одна из основных проблем наших выборов в том, что никто не приходит. Все говорят — мы и так знаем результат, зачем тратить время, ничего же не изменится. Это абсолютно неверно. Наш долг, как граждан, быть активными. Если мы хотим, чтобы у нас была демократия, надо прилагать усилия. Демократия не бывает без народа.

Кандидаты все очень непонятные, сложно сказать, за кого бы я голосовала. Возможно, за Ксению Собчак, но точно не знаю. У меня есть несколько знакомых, которые очень хотели проголосовать за Навального. Когда его не допустили, они развели руками, сказали, что не знают, что делать. Есть такие, которые очень хочет проголосовать, но не знают, за кого.

На самом деле, я не боюсь будущего.

Мне кажется, что его не стоит бояться. Наше поколение, поколение наших родителей и бабушек и дедушек – все мы понимаем адекватно, что происходит в стране. Но, возможно, бабушки, дедушки и даже мои родители более аккуратны в высказываниях. Они подумают много-много раз, прежде чем сказать что-нибудь. А мы более прямолинейные, твердолобые. Мы кричим о том, что хотим перемен. Мы не боимся быть задержанными, быть обруганными, потому что мы молодые, у нас адреналин.

Мы хотим перемен.

Тим Роулинс

Меня зовут Тим. Я гражданин России и Великобритании. В детстве я жил в России, потом во Франции и в Англии. Сейчас я вернулся в Россию, учусь в школе в Москве. Потихоньку готовлюсь поступать в Высшую школу экономики, хочу заниматься или корпоративными, или международными финансами. И дальше заниматься математикой.

В детстве я жил в Красной поляне в Сочи до того, как начался бардак с Олимпиадой, когда все начало строиться. Люди жили очень скромно — были простые дома, одна школа, несколько продуктовых магазинов. Народу было мало, все друг друга знали. Вокруг были горы, все такое натуральное.

Все занимались спортом, лыжами. У нас была простая, но хорошая спортивная жизнь. Мой отец из Великобритании, а мама русская. У моих родителей сейчас два проекта. Один — это кулинарные книги. Их компания переводит, редактирует и продает все русские книжки Джейми Оливера. И еще мой отец начал новый проект, связанный с этикой компаний.

Что такое для меня жить при Путине? Мы, как люди, которые только что достигли возраста, когда можно голосовать, не сталкивались с таким количеством проблем, как наши родители. Но, конечно, есть и странное ощущение.

В сегодняшних условиях это необычно. Но режим мы чувствуем не так, как более взрослые люди.

Я один раз видел Путина. Я был в краснополянской горнолыжной команде в 2007 году — тогда наша семья только собиралась уезжать из России — и помню, как Путин приехал кататься.

Наша команда каталась близко к нему. И, мне кажется, тогда мы очень гордились тем, что катаемся с президентом. Что нам, маленьким детям, разрешали это делать. Помню, как он проходил и здоровался. Кстати, интересно, что не чувствовалось, что было много охраны. Наверное, охранники где-то были спрятаны, мы их не видели.

В этом году я буду голосовать впервые. Для меня это больше как выразить доверенность кому-то, а не отдать голос.

Я буду доверяться, наверное, Грудинину.

Нам нужна порядочность. А я вижу по тому, как он говорит, что он порядочный человек. У него есть этот Совхоз имени Ленина, который он развивал. Сейчас моя бабушка, которая строитель, говорит, что там очень правильные условия жизни. Уже только то, что я слышу это от нее, говорит мне о том, что этот человек может хорошо управлять.

То, что он высказывается в поддержку Сталина, чуть-чуть, конечно, пугает. Но у нас нет супервыбора, нет человека, который нас увлекал бы. Что касается Грудинина, я просто думаю, что он чувствовал себя комфортно в СССР — когда был молодым – и поэтому так говорит про Сталина. Но это несправедливо по отношению к истории, про какие-то вещи нельзя забывать и говорить, что их не было.

Спрашивать кто победит на этих выборах, бессмысленно — надо спрашивать, с каким счетом.

Точно Путин. Думаю, администрация хочет 70% явку и 70% голосов за Путина, но я думаю, будет поменьше – 65%. Но даже это слишком высокие проценты, мне кажется, даже если сравнивать с победителями во Франции и в Америке.

Мой голос — это не протест. Просто надо довериться кому-то. Я не протестую, мне просто хочется показать, что я могу голосовать и хочу увидеть что-то новое.

Я люблю Россию. Мне нравится ее душевность. Я бы не стал поступать здесь в университет, если бы мне в России не нравилось. Мне кажется, это потому, что я жил тут маленьким, до семи лет. Меня сюда все равно тянет. Не знаю, стал бы я ставить на себя этикетку, что это моя страна. Но я точно не чувствую себя тут некомфортно. Люблю в России разговор с людьми. Он очень искренний.

Aнна Личаева

Меня зовут Личаева Аня, мне 19 лет, я учусь в МГИМО. Закончила немецкую школу.

У меня есть сестра, ей 22 года, она тоже закончила МГИМО, экономический факультет. Сейчас она учится в магистратуре.

Детство у меня было прекрасное. Лето я проводила в Калининграде — там живут мои тетя и бабуля. Оттуда самые теплые воспоминания — Балтийское море. Я и сейчас каждое лето туда езжу.

Мама у меня уволилась, раньше работала экономистом. Папа раньше работал дипломатом в Индии, но сейчас тоже не работает на государственной службе. Он работает в частной компании.

Мое любимое место — это Москва.

Я была в разных странах, но нигде не было места, где мне понравилось бы больше, чем в Москве. Если бы в Москве было море, это было бы идеальное место. Люблю ездить на машине по ночному городу, обожаю прилетать сюда — из самолета видны эти огни, сразу чувство, что ты дома. И метро тоже люблю.

Для меня не проблема, что я всю жизнь живу при одном правителе. Я стала как-то задумываться о политике где-то лет в 11-12. Стала понимать, что вообще есть некий президент, за которым идет страна. Особых ощущений от того, что я родилась при Путине и право голоса у меня тоже появилось при Путине, тоже нет.

Я считаю, что нашему поколению очень повезло, в отличие от поколения моих родителей.

У них был ломаный путь. Даже если у тебя была мечта, цель, из-за каких-то внешних политических обстоятельств ты не мог ее исполнить. Постоянно был вынужден приспосабливаться к новым условиям, к новой власти. А у нас неограниченные возможности.

Так как я учусь на политолога, часто обсуждаю политику с друзьями. Но я не могу сказать, что молодежь сильно ей интересуется. Голосовать я пойду обязательно, и я подала заявку на то, чтобы стать наблюдателем.

Большинство моих друзей тоже идут на выборы. Даже те, кто в целом поддерживает политику президента, допускают, что могут проголосовать за другого кандидата.

Не идти голосовать очень глупо.

Если не идти голосовать, есть вероятность, что твой голос припишут кому-то, так всегда происходит. Даже если ты уверен, что твой голос ничего не решает, надо идти. Власть увидит процент тех, кто выбирает что-то другое, и сделает из этого выводы.

Многие говорят про Путина, что столько править в современном мире — это не дело. Я скажу так: кто, если не он? Можно, конечно, поставить кого-то просто для того, чтобы поддержать цикл смены власти. Будет ли хуже от этого? Пока этого не случится, никто не поймет. Вот поэтому следующие выборы, на которых не будет Путина, будут уже намного более спорными.

Я лично буду волноваться, как это, жить при новом президенте. Мне очень будет интересно понять, насколько сильно все зависит от одного человека.

Когда меняется власть, нужна своя команда. Команда, естественно, хочет себе нахватать, пока время есть. Это будет очень тяжелый момент. Главное, чтобы люди реально болели за страну и не воспользовались ситуацией в личных целях.

Я участвовала в проекте "Школа парламентаризма" МГЕР ("Молодой гвардии Единой России"), но не состою в этом движении. Благодаря МГЕР я прошла стажировку в Совете Федерации у сенатора Валентины Петренко. Те, кто говорят, что в госорганы невозможно попасть, просто не пробовали этого сделать или мало старались.

Я спокойно отношусь к оппозиции.

Если того же Алексея Навального поддерживают какие-то люди, значит, он им нравится. Это нормальная ситуация, что в стране есть оппозиция — так всегда бывает. Но одно дело — это оппозиция внутри, а другое — это та, которую спонсируют зарубежные силы.

Я уверена, что Путин победит на этих выборах — у него действительно очень большой процент поддержки. Вообще у Владимира Владимировича сейчас такое время, что надо как можно скорее доделать все, что ты можешь, чтобы тебя запомнили на пике возможностей, за шесть лет надо сделать мощный рывок в социальной сфере.

В дальнейшем я хотела бы заниматься внутренней политикой, мне это очень интересно.

Сейчас мне в ней не нравятся коррупция, социальное расслоение и то, что госаппарат бывает трудно расшевелить.

Когда я была в Европе, я видела, как закладывается образ России как врага. Например, я училась в Германии, и когда мы проходили тему космоса, на уроках не говорилось ни слова про Юрия Гагарина, но зато много было про Нила Армстронга. На химии на таблице Менделеева не было написано, что это таблица Менделеева. Эти нюансы каждый раз меня сильно удивляли.

Я очень люблю свою страну. Я считаю, что у нас очень много того, чем мы можем гордиться. Особенно нашей историей.