Чеченский синдром Кремля

  • 2 апреля 2010
Доку Умаров с сподвижниками
Image caption Доку Умаров (в центре) грозил России новыми нападениями

Заявление лидера чеченских сепаратистов Доку Умарова о том, что бомбы в московском метро были взорваны по его приказу, вновь вызвало вопросы по поводу кремлевской политики "чеченизации" конфликта.

"Чеченизацией" аналитики называют политику частичной передачи контроля над Северным Кавказом чеченским союзникам Москвы, и в первую очередь Рамзану Кадырову.

Кадыров - спорная фигура, сам бывший боевик, ставший президентом Чечни в 2007 году при поддержке Кремля, - заклеймил заказчиков и исполнителей взрывов в выражениях, напомнивших слова премьер-министра России Владимира Путина о "выковыривании со дна канализации".

"Террористов нужно искать и находить в их норах, их нужно травить как крыс, их нужно давить и уничтожать!" – написал Кадыров в комментарии, опубликованном в газете "Известия".

Кадыров горячо клялся в верности российскому государству, и было видно, что статья была написана до заявления Умарова.

"Я не хотел бы до того, как компетентные органы, которым президент России поручил провести расследование, делать какие-то заявления о возможных следах этих терактов", - приводятся слова чеченского президента.

Одновременно он хвалил российские спецслужбы за недавнее убийство в Ингушетии ведущего боевика-исламиста Александра Тихомирова, также известного как Саид Бурятский.

Сложная мишень

Тихомиров по национальности русский, он принял ислам и, как говорят, стал одним из соратников Умарова.

Но Умаров - куда более сложная мишень для российских силовых структур. Еще в 1996-1999 годах, во времена фактической независимости Чечни, он занимал пост министра безопасности.

Ни Кремлю, ни Кадырову не выгодно провоцировать новый вооруженный конфликт в Чечне: Кадырову важно показать, что республика у него под контролем, а Кремлю неудобно признавать, что это не так.

Но теперь хозяевам Кремля противостоит противник, которого гораздо труднее найти и обезвредить, по сравнению с прежними сепаратистами.

"Следствием чеченизации стало то, что за исламистами закрепился статус авангарда региональной оппозиции Москве", - говорит Уилл Хартли, работающий в британском аналитическом центре Jane's редактором отдела, занимающегося проблемами терроризма и повстанческих организаций.

Где Умаров?

О местонахождении Доку Умарова можно только догадываться, однако "если бы он оказался не в северокавказском регионе, это было бы удивительно, - считает Хартли. - Самые сильные позиции у боевиков в Ингушетии и Дагестане, так что, вероятнее всего, он скрывается на этих территориях".

"Но нельзя исключать и того, что он действует из другой республики, где более спокойно, но также имеется присутствие исламистов, например из Кабардино-Балкарии", - указывает Хартли.

Профессор Анатоль Ливен, эксперт по России из Королевского колледжа Лондона, наоборот, отмечает, что другие лидеры чеченских боевиков базировались за пределами бывшего Советского Союза.

А если Умаров и находится где-то на Северном Кавказе, то совсем необязательно в труднодоступных горах, считает Ливен: "Он вполне может быть и в городах этого региона - там, где есть население, готовое дать ему приют. Ключевой фактор - это не ландшафт, а люди".

Вертикаль силы

При этом находиться в самой Чечне Доку Умарову опасно.

"В рамках путинской политики чеченизации Кадырову было позволено установить полный единоличный контроль над Чечней в обмен на восстановление законности и порядка и восстановление суверенитета Москвы над территорией", - говорит Хартли.

Image caption Главная мечеть Грозного - самая известная новостройка чеченской столицы

"Такое выстраивание вертикали власти под местного "сильного человека" было одним из главных факторов подавления давнего повстанческого движения, и сегодня, во всяком случае, в пределах Чечни, сепаратисты больше не представляют значимую или серьезную угрозу", - считает он.

Правозащитники говорят о том, что политика чеченизации обернулась серьезными нарушениями прав человека, но Кадыров отрицает, что он лично или его последователи стоят за многими фактами внесудебных убийств, похищений людей и иных преступлений, зафиксированных в Чечне с конца войны.

Зависимость власти

Однако власть Кадырова небезгранична: она зависит от готовности других бывших боевиков терпеть его.

"Ясно, что [у Кадырова] недостаточно возможностей для того, чтобы задавить боевиков окончательно, но в мусульманском мире вообще мало где удалось полностью совладать с вооруженным исламским подпольем", - говорит профессор Ливен.

По мнению исследователя из Лондонской школы экономики Анны Матвеевой, и тот факт, что Кадыров "контролирует Чечню в большей степени, чем все его предшественники, - уже немалое достижение".

Называть взрывы в Москве доказательством провала чеченизации примерно так же правомерно, как говорить, что нападения смертников на транспортную сеть Лондона в 2005 году стали свидетельством неэффективности политики правительства Великобритании в отношении мусульманской общины, считает Ливен.

"Это что, доказательство провала британской политики? – вопрошает он.- Отнюдь; это доказательство того, насколько сложна сама проблема".

Цена стабильности

Ливен пересказывает разговор с западным журналистом, которого он встретил во время своей недавней поездки в Грозный. Журналист сравнивал степень восстановления Грозного с Кабулом, и сравнение было не в пользу афганской столицы.

По окончании войны Кремль начал вкачивать в Северный Кавказ деньги, чтобы купить лояльность местных кланов, объяснял в недавнем интервью Всемирной службе Би-би-си профессор Павел Баев из Международного института исследований мира в Осло.

Однако теперь "стало невозможно покупать стабильность, потому что цена постоянно растет. А кризис есть кризис, и количество денег ограничено", - сказал он.

На вопрос о том, воспримет ли российское общество взрывы в Москве как провал власти, Баев ответил: "Думаю, произошло очень четкое осознание того, что проблема не решена. По всех этих лет нестабильности и деклараций о нашей победе в войне с террором война вдруг вернулась".

Секуляристы против исламистов

Но, по мнению Хартли, в некоторых отношениях у Кремля есть основания считать политику чеченизации успешной.

"Кремль достиг целей подавления повстанцев и восстановления своего суверенитета над Чечней и при этом резко сократил непомерные потери – людские, материальные и политические, – которые ему приходилось нести с 1994 года, когда началась первая чеченская война", - говорит Уилл Хартли из Jane's.

Но он подчеркивает, что чеченизация изначально стала возможной только благодаря расколу между секулярными чеченскими националистами, такими как Рамзан Кадыров, и воинствующими исламистами, подобными Доку Умарову.

Стравливание их между собой "не решило глубинные социально-экономические и политические проблемы нестабильности на Северном Кавказе, и в определенной мере нестабильность была просто вытеснена в другие северокавказские республики, прежде всего в Ингушетию и Дагестан", - говорит Хартли.

"Нападения на московское метро и предшествовавшая им эскалация насилия в самом регионе ярко продемонстрировали тот факт, что повстанцы в их нынешнем виде способны доставить Москве не меньше бед, чем прежние узко чеченские сепаратисты", - добавляет эксперт.