Медведев раскритиковал санкции США и ЕС против Ирана

  • 18 июня 2010
Президент России Дмитрий Медведев (12 июня)
Image caption Медведев в пятницу выступает на форуме в Санкт-Петербурге

Односторонние санкции против Ирана, которые ввели США или Евросоюз, ухудшат ситуацию для России, сказал президент Дмитрий Медведев в интервью газете Wall Street Journal.

Обширная беседа российского президента с журналистами американской деловой газеты появилась в день открытия им Санкт-Петербургского международного экономического форума и незадолго до поездки в Соединенные Штаты.

Форум о российско-иранских отношениях

Помимо ядерной программы Ирана, Медведев затронул много других вопросов, в том числе проблемы компании BP после разлива нефти в Мексиканском заливе, распределение ролей в тандеме с премьер-министром Владимиром Путиным и российскую позицию в связи с событиями в Киргизии.

В частности, Медведев указал, что вопрос о вводе российских войск на юг Киргизии, где произошли кровавые столкновения между этническими киргизами и узбеками, не рассматривается и киргизское временное правительство об этом тоже больше не просит.

Об Иране

О Киргизии

О BP

О Северной Корее

Об отношениях с Путиным

"Иран не слушает голос разума"

Медведев положительно отозвался о новых санкциях против Ирана, введенных Советом Безопасности ООН при поддержке России, но высказался против попыток дополнить эти санкции односторонними мерами США и Евросоюза.

Минфин США в среду внес в черный список иранский государственный банк, несколько фирм, связанных с иранской государственной судоходной компанией, и нескольких членов Корпуса стражей исламской революции.

Евросоюз в четверг, среди прочего, принял меры по блокированию инвестиций в нефтегазовую отрасль Ирана.

На Западе существует точка зрения, что из-за компромисса с Россией и Китаем санкции оказались недостаточно жесткими и не заставят Иран раскрыть детали своей ядерной программы.

Тегеран настаивает, что он обогащает уран в мирных целях, но прекратить эту деятельность отказывается.

"К сожалению, Иран не хотел и сейчас не хочет слушать голос разума, - признал Медведев. - Не хочет договариваться по поводу своей ядерной программы. Мы к этому не можем относиться безучастно. И Соединенные Штаты Америки, и Европа, и Российская Федерация, и Китайская Народная Республика – все мы заинтересованы в нераспространении ядерного оружия".

Но он добавил, что у санкции в разной степени затрагивают стран-члены ООН, а США могут себе позволить занимать жесткую позицию в этом вопросе, поскольку у них никаких отношений с Ираном нет.

У России есть всевозможные коммерческие связи с Ираном, в частности контракт на поставку зенитно-ракетных комплексов С-300.

На недавних слушаниях в американском сенате по вопросу о ратификации договора СНВ министр обороны США Роберт Гейтс назвал российский подход к Ирану шизофреническим.

"Когда я был в Москве три года назад, тогдашний президент Путин сказал мне, что считает Иран крупнейшей угрозой национальной безопасности России. И при этом у них есть коммерческие интересы в Иране, которым уже 20 лет", - сказал Гейтс.

На прошлой неделе российские официальные лица делали противоречивые заявления о том, распространяются ли санкции на контракт на поставки С-300 или нет, и в конце концов сказали, что это должен определить своим указом Медведев.

Журналисты Wall Street Journal не спрашивали мнение Медведева на этот счет и он ничего не сказал.

"Если […] мы с Соединенными Штатами договорились о том, что эти санкции носят коллективный характер, то односторонние санкции, будь то санкции Соединенных Штатов Америки, Евросоюза, каких-либо других стран, они будут ухудшать ситуацию, потому что они ни с кем не согласованы", - подчеркнул российский президент.

Киргизия

Медведев с самого начала осторожно относился к просьбам временного правительства Киргизии направить российские войска на юг этой страны, чтобы остановить там межэтническое насилие, но в интервью американской газете он высказался определеннее, чем раньше.

"Что же касается обращений к нам по поводу использования российского миротворческого контингента, то пока, во всяком случае, как мне представляется, в этом необходимости нет, и наши киргизские партнеры пока свою просьбу отозвали, по сути, потому как они сами должны справиться с этой ситуацией", - сказал он.

"Это внутренняя проблема. И я надеюсь, что они все-таки смогут ее решить. Но поживем – увидим", - добавил Медведев.

В Киргизии имеется российская военная база, а недалеко от нее – американская. Этот факт давно вызывает неудовольствие российского руководства, и Медведев об этом тоже высказался.

"Я никогда не был против базы американцев, потому что эта база – на территории Киргизии. Я же не президент Киргизии, я – президент России. У нас нет американской базы, и она нам не нужна. Значит, как в Америке нет российской военной базы", - сказал он.

"Вопрос баз не входит в компетенцию российского руководства. Но если Вам угодно знать мое мнение, то я еще раз подчеркиваю, такого рода объекты, они не должны иметь постоянного применения, а должны завершать свою работу после выполнения соответствующих операций. Судьба этой базы в руках руководства Киргизии. Пусть решают", - намекнул Медведев.

Он без симпатии отозвался о свергнутом президенте Киргизии Курманбеке Бакиеве, сказал, что "прежний режим заигрался" и "обманывал своих партнеров".

Россия предоставила Киргизии крупный кредит, одним из условий которого негласно считался вывод американской военной базы.

Но после этого Бакиев продлил срок аренды базы, а кредит, как утверждают новые власти Киргизии, был разворован: в этом обвиняются члены семьи свергнутого президента и в первую очередь его сын Максим.

"BP – наш партнер"

На фоне гигантских затрат BP, связанных с ликвидацией последствий разлива нефти в Мексиканском заливе, появились спекуляции о том, что компании придется продать какие-то из своих активов.

В России BP владеет половиной акций третьей по величине нефтяной компании страны – ТНК-BP, правда, официально все стороны утверждают, что планов продажи этого актива нет.

WSJ пишет, что ответ на вопрос об этой компании Медведев нервно рассмеялся.

"Я не знаю, что будет, - сказал он. - Знаю лишь то, что BP в этом году придется потерять большое количество денег. Насколько они смогут переварить эти утраты, не приведет ли это к аннигиляции самой компании, к ее разделению на части, – это вопрос целесообразности. Мы бы хотели, чтобы все-таки, скажем прямо, интересы российских инвесторов, которые создавали совместный бизнес с BP, были каким-то образом застрахованы".

Северная Корея

Медведева спросили о своеобразной позиции Москвы в вопросе о гибели южнокорейского корвета "Чхонан".

Сеул после длительного расследования объявил, что корабль потопили северокорейцы, и с этой точкой зрения согласились западные страны; Пхеньян все отрицает.

Россия отправила в Южную Корею своих экспертов, чтобы изучить материалы расследования, они уже завершили работу на месте, но на формулирование окончательных выводов у них уйдет до трех недель, говорил на этой неделе посол России в Сеуле.

"Конечно, это очень печальный инцидент: погибли люди. И, конечно, один из возможных вариантов сводится к тому, что этот корвет, "Чхонан", был потоплен торпедой, которая была выпущена из соседнего государства. Но это не единственная версия", - сказал Медведев.

"Я когда разговаривал с президентом Южной Кореи, сказал ему, конечно, что мы, во-первых, скорбим вместе с ними, - продолжил он. - Во-вторых, требуется максимально тщательное расследование, включая работу экспертов. Он говорит, пусть ваши эксперты приедут. Наши эксперты туда поехали. Съездили, сейчас они готовят свой отчет".

"На мой взгляд, это достаточно важная вещь, потому что все-таки, несмотря на то, что распространение получила только одна версия, мы не должны сразу же все на веру принимать", - сказал Медведев, пообещав вернуться к вопросу о наказании виновных только тогда, когда ему будет ясно, кто виновен.

Фактор Путина

Интервью Медведева не обошлось без ставшего стандартным вопроса о его отношениях с премьер-министром Путиным.

Медведев сказал, что отношения изменились, но только "с формальной точки зрения".

"С формальной точки зрения, они, конечно, изменились, потому что я работаю президентом, а он стал премьер-министром. И этим все сказано, - подчеркнул он. - Я неоднократно об этом говорил, потому что президент – это президент, по конституции – это глава государства и верховный главнокомандующий. Премьер-министр занимается экономикой".

Но он добавил: "Если же говорить о персональном факторе, то, наверное, они никак не изменились. У нас добрые и товарищеские отношения. Мы с ним общаемся, регулярно встречаемся, обсуждаем самые разные вопросы, а их достаточно. То есть, с формальной точки зрения, изменились очень сильно, с личной точки зрения, надеюсь, не изменились почти никак".

Новости по теме