"Москва напоминает Тегеран", но распущеннее

  • 2 марта 2012
Зимняя рыбалка на Москва-реке Правообладатель иллюстрации AP

Наа Пхан, редактор Вьетнамской службы Би-би-си

Наа Пхан, Редактор Вьетнамской службы Би-би-си
Image caption Наа Пхан, Редактор Вьетнамской службы Би-би-си

Я совершенно не ожидала, что Россия окажется такой. Во-первых, все мне говорили, что нужно пойти и накупить теплой одежды. Но везде, в том числе в отеле, была жара. Отопление включают на полную, и с меня постоянно градом лил пот.

Вообще многое оказалось не так. Я ожидала увидеть крепких русских мужиков, много крашеных блондинок. Но оказалось - стереотипы устарели.

Мне кажется, что представление о русских за границей несколько устарело. И в том числе в этом виноваты западные средства массовой информации. В каком-то смысле это наследие холодной войны.

Я ездила во Владивосток на несколько дней, и думала, что увижу какую-то новую Россию. Но оказалось, все-таки это местами прежний Советский Союз. Особенно если судить по тому, как люди думают и как выполняют свою работу. Куда бы я ни пошла - у меня спрашивали, есть ли разрешение. В какой-то момент мне показалось, что они и в туалет хотят меня по разрешению пускать. Везде только и слышала про это "разрешение"!

Было забавно, когда я хотела поговорить с людьми в кафе, а они в восемь утра сидели и пили водку! Я хотела подождать, пока они закончат, но они, наоборот, хотели, чтобы я выпила с ними! Был, конечно, соблазн, но все-таки я отказалась. Рановато все-таки.

Разговаривая с людьми, за последние несколько дней я поняла, что первые годы перестройки так напугали людей, что они очень не хотят возврата тех времен, когда преступность процветала и не было никакого порядка. И именно Путина они считают человеком, который дал обществу стабильность. Никто не может отрицать, что именно благодаря ему люди почувствовали уверенность в завтрашнем дне. Хотя некоторые, конечно, считают, что он засиделся у власти.

Путин управляет Россией твердой рукой и не терпит несогласия. И главное - он контролирует средства массовой информации. Поэтому неизбежно, что именно про Путина говорят больше всего.

Во Владивостоке я видела только предвыборные плакаты Путина, всего один был с Зюгановым.

Подавляющее большинство тех, с кем я говорила, были за Путина. Мне удалось найти одного человека, который сказал, что не поддерживает его и, возможно, будет голосовать за другого кандидата. И это был очень образованный человек, который хорошо понимал политическую ситуацию.

Москва - это не Россия. Между Москвой и остальной Россией огромная разница. Москва - современный европейский город, мультикультурный и мультинациональный, его жители ориентируются на Европу. А во Владивостоке, например, люди ведут себя совершенно по-другому. Мне кажется, они ведут себя так, как в Москве себя вели лет 30 назад.

А еще я совершенно не ожидала, что в России живут такое осведомленные люди. Они знают, что творится в Лондоне и в Нью-Йорке, в Москве люди знают обо всех тенденциях, в музыке, например, намного больше, чем я.

Мне кажется, причина в появлении интернета. Людей больше нельзя изолировать, скрывать от них информацию.

Джеки Синг, продюсер Китайской службы Би-би-си

Image caption Джеки Синг, продюсер Китайской службы Би-би-си

Я увидела именно то, что ожидала. У людей очень разные взгляды, кто-то поддерживает Путина, а кому-то очень не нравится коррупция и вседозволенность чиновников. Но есть и те, кому вообще все равно.

Удивительно, что многие люди с удовольствием разговаривают со мной, рассказывают о своих мыслях. А некоторые, наоборот, не хотят. Они считают, что если будут открыто рассказывать о своих политических взглядах, то это может как-то повлиять на их карьеру, учебу. И они отказываются!

А вот таксисты, например, всего с удовольствием разговаривают. Они считают, что все дело в деньгах. И что тот, у кого есть деньги, всегда сможет участвовать в политике. Мне так и говорили, с деньгами можно хоть из Китая кандидата привозить, развешивать плакаты, и он сможет участвовать в выборах.

Я была в Тольятти, и большинство рабочих, с которыми я там говорила, поддерживают Путина. Они говорят, что хотят уверенности в будущем.

Интересно, что нескольким людям из тех, с кем я говорила, очень нравится Китай. По их словам, им очень нравится китайская система. Они говорили, что китайцы молодцы, у них у власти Коммунистическая партия, социализм, и при этом у них сильная экономика, которая быстро развивается. И России стоит поучиться у Китая.

Достаточно многие из моих собеседников были в Китае, путешествовали.

Со многими я познакомилась в поезде. Почти все мои попутчики с удовольствием со мной разговаривали. Проводники вскользь несколько раз упомянули, что им нравится Путин. Но объяснить, почему - не смогли или не захотели. Я сказала им, что никто не может нравиться без причины, без причины кого-то можно только любить. И проводница нашего вагона сказала, что, наверное, ее отношение к Путину - это и есть любовь.

Вообще, я много раз слышала, что к Владимиру Путину отношение особое. Я возвращалась с завода в Тольятти вместе с женщинами-рабочими. В автобусе я стала спрашивать, кого они поддерживают, и почти все сказали, что Путина. А водитель автобуса даже пошутил, что Путина любят все женщины.

На всем заводе, кстати, я встретила только двоих работников, которые поддерживали не Путина, а Зюганова. И еще одного, который собирался голосовать за Прохорова.

Суважит Багчи, корреспондент Бенгальской службы Би-би-си

Image caption Суважит Багчи, корреспондент Бенгальской службы Би-би-си

То, что я вижу в России, очень похоже на предвыборную ситуацию в странах Восточной Азии. В больших городах средний класс выступает очень активно и протестует. Но если поехать в маленькие города и в деревни, то там Путин - богатый отец. О чем его ни попросят - он даст все. Вам нужен театр в вашем городе - построим, нужна дорога - он построит дорога, нужны деньги на свадьбу дочери - и это Путин тоже может дать. Вот абсолютно то же самое происходит перед выборам в Бангладеш, в Пакистане, в Индии.

Меня многое поражает в России. Например, когда я был на станции метро Охотный ряд, то встретил там актеров, одетых как Сталин и Ленин. Ленин почему-то не захотел со мной общаться. А Сталин сказал, что в день зарабатывает 20 тысяч рублей, фотографируясь с туристами. А еще он сказал, что именно Сталин сегодня - самый популярный, и на выборах он выиграл бы у любого Владимира, хоть у Ленина, хоть у Путина.

Еще меня поразил спектакль, благодаря которому я услышал про то, что в Москве есть музей эротики. И там поставили спектакль, он называется "Путин и Антипутин" и, кажется, поставлен по мотивам пьесы Чехова. Я никак не ожидал, что Антипутина кастрируют! (по сюжету Путин-демократ кастритует Путина-деспота - прим. ред.) За несколько дней до выборов в России показывают спектакль, в котором главного кандидата кастрируют. Это очень прямой намек, в Юго-Восточной Азии такое было бы невозможно. По сути, шоу строится на том, что будущего президента кастрируют. У нас за такое режиссер мог бы и тюрьму сесть.

Еще я побывал на акции протеста в прошлые выходные, когда москвичи вышли на Садовое кольцо с белыми ленточками. Я поговорил там со многими. Это были люди из среднего класса. Но не только, там были и рабочие. Они пришли туда по двум причинам: им надоела коррупция, и они хотят честных выборов. Я видел выборы во многих странах, в том числе в Иране. И мне кажется, эти выборы президента в России очень похожи на выборы 2005 года в Иране.

Мне кажется, что коррупция - это вопрос, который важен в основном для населения больших городов, для представителей среднего класса. Коррупция есть в любом обществе, если мы говорим о Юго-Восточной Азии, например. Но говорить о ней начинают только тогда, когда об этом пишут блоги, когда об этого говорят по радио и на телевидении. Но вопрос в том, важна ли проблема коррупции для сельских жителей, для провинции. Ведь именно от голосов этих людей зависит результат выборов.

В провинции коррупция - не главное. Там люди больше думают о других вещах. Например, в Юго-Восточной Азии для крестьян главное - земельный вопрос. Или национальный вопрос. В России Владимир Путин делает на него большой упор. Он очень часто прибегает к антиамериканской риторике.

В 2005 году в Иране тоже были огромные демонстрации, и многие думали, что победит более либеральный кандидат, а не Ахмадинежад. Но средний класс, выходивший на протесты - далеко не все население Ирана. Их выступления все видят, о них говорят в социальных сетях, но они - не большинство.

Мне кажется, Владимир Путин и сам прекрасно понимает, что он не может выиграть в Москве. Он и не хочет в ней выигрывать. Путин не придает большого значения мнению Москвы, он опирается на поддержку провинции.

Общение с людьми в России мне очень нравится. Мне говорили, что люди здесь не любят, когда им задают прямые вопросы, но я с этим не сталкивался. К тому же у всех здесь есть какая-то связь с Индией. Меня все спрашивают, где именно в Индии я живу, и в ответ рассказывают, где они были и что знают об Индии.

Единственное, что мне кажется слишком суровым - это климат. Для меня слишком холодно, я даже ношу специальную шапку - балаклаву, которая закрывает всю голову. И некоторых людей это, кажется, удивляет. И ее приходится снимать, когда я хочу с кем-то поговорить. Но в остальном - Россия очень дружелюбная страна. Меня даже какой-то подвыпивший мужчина накануне вечером пытался обнять.

А еще поведение людей в России накануне выборов - очень европейское. Если не знаешь, можно не заметить, что скоро выборы. Митингов каждый день нет. В Индии или в Бангладеш за неделю до выборов все перестают работать, ходят на митинги, спорят, обсуждают. А здесь все спокойно ходят в офисе, в университеты, а все учреждения открыты.

Джамалуддин Мусави, ведущий программ Персидского телевидения

Image caption Джамалуддин Мусави, ведущий программ Персидского телевидения

Я приехал в Россию первый раз, и у меня было какое-то представление, потому что Иран и Афганистан, откуда я родом, тесно связаны с Россией. И мой дядя когда-то жил и работал в Москве.

В первый же день мы отправились на Красную площадь, чтобы снять видеоролики для наших программ из России. Успели снять несколько дублей, и к нам подошел сотрудник спецслужбы в гражданской одежде. Спросил, что мы делаем, и сказал, что снимать нельзя.

Мы показали все документы, рассказали, что мы журналисты с Персидского телевидения, но он настаивал, что на Красной площади вообще нельзя снимать. Что за глупость? Мы же для этого сюда и приехали. Тем более вокруг было столько туристов и все снимали на камеры, на фотоаппараты. А нам говорили, что снимать нельзя, потому что мы журналисты и для съемки нужно какое-то еще дополнительное разрешение.

Правда, к счастью, они не стали стирать записи, которые мы уже успели сделать. И просто вежливо попросили нас уйти, что мы и сделали.

В тот момент мое впечатление о России немножко испортилось. Но когда мы отправились гулять по Москве ночью - я понял, что это прекрасный город, в котором живут прекрасные люди. Невероятно красивый и очень необычный. Днем он напоминает Тегеран: автомобилей очень много, а все люди очень заняты, куда-то торопятся, работают. Но если они все-таки начнут говорит с тобой, то будут делать это от души, и сделают все, чтобы помочь. В Иране очень похожее отношение.

Мы побывали в Московском государственном университете, на факультете, где изучают фарси. Я был поражен, оказалось, что очень многие молодые люди в России говорят на моем языке, и говорят очень хорошо. Этого я никак не ожидал.

Когда мы вышли на улицу, чтобы спросить людей, что они думают про выборы, большинство не хотели ничего говорить и отвечать на вопросы. А потом неожиданно люди стали сами подходить. Один мужчина подошел и заявил, что он против Путина. Ему в ответ другой мужчина стал говорить, что он, наоборот, за стабильность, за сильную экономику. А еще один мужчина говорил, что будет голосовать за Прохорова, который богат и знает, как сделать богатой Россию.

Но мне как иранцу показалось удивительным, что в Московском университете с нами никто не хотел говорить о политике - ни профессора, ни студенты. У нас в университетах говорят, кажется, только о политике. А в Москве мне говорили, что уже знают результат выборов, но не хотят это обсуждать. Я так и не понял, почему. Может быть, они не хотели говорить неправду? Может быть, переживали, что их истинное мнение может повлиять на их работу, на оценки? Или, может быть, они считают, что университет - не место для политических дискуссий.

Еще мне показалось интересным, что все говорят, что результат выборов уже известен. То же самое было в Иране, когда к власти пришли реформисты. Все думали, что победит кандидат от консерваторов, но неожиданно - этого не произошло. Так что и в России рано давать точные предсказание, может быть и второй тур.

Один из москвичей сказал мне, что на самом деле в выборах участвуют только два кандидата: Путин и Зюганов. А все остальные кандидаты не будут серьезно выступать против Путина, что у них есть с ним какие-то договоренности. И при этом он считает, что ни Путин, ни Зюганов - не представляют большинство население. И у россиян по сути нет своего кандидата, им не за кого голосовать.