"Супер-Сколково" на Дальнем Востоке: плюсы и минусы

  • 20 апреля 2012
Владимир Путин выступает на церемонии запуска в эксплуатацию первой очереди магистрального газопровода "Сахалин-Хабаровск-Владивосток" 8 сентября 2011 г.
Image caption Новую компанию Владимир Путин будет контролировать лично

В России скоро появится государственная компания по развитию Восточной Сибири и Дальнего Востока.

Судя по документам, оказавшимся в распоряжении редакции газеты "Коммерсант", ее предполагается наделить беспрецедентными полномочиями.

Одни наблюдатели говорят о возникновении государства в государстве, разрушении единого правового поля и угрозе сепаратизма. Другие видят в создании корпорации дальнейшее укрепление личной власти Владимира Путина и системы "ручного управления" страной через доверенных лиц.

Особый режим

Предполагается, что 16 субъектов федерации будут частично выведены из-под действия федеральных законов о недрах, лесах, земле, градостроительстве и гражданстве.

Компания со штаб-квартирой во Владивостоке сможет по своему усмотрению выдавать лицензии на добычу полезных ископаемых.

Подчиняться она станет напрямую президенту, а остальные госорганы вмешиваться в ее деятельность не будут.

Соответствующие законопроекты, разработанные минэкономразвития по указанию Владимира Путина, на этой неделе были отправлены на согласование в заинтересованные ведомства.

Президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов в интервью Русской службе Би-би-си сравнил создаваемую структуру с Британской Ост-Индской компанией. Директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко вспомнил о сталинском "Дальстрое".

"Тревожащие обстоятельства"

Развивать Дальний Восток и привлекать туда инвесторов, конечно, нужно. Проблема возникла не вчера. Еще в конце позапрошлого века строитель Транссиба и писатель Николай Гарин-Михайловский замечал, что Уссурийский край осваивается и управляется так плохо, что возникает вопрос, нужна ли России вообще эта земля.

"С одной стороны, действительно необходимы экстренные и масштабные меры по развитию Восточной Сибири и Дальнего Востока, а орган с таким набором полномочий выглядит достаточно амбициозно. С другой стороны, есть некоторые тревожащие обстоятельства", - считает Михаил Ремизов.

Одно из них эксперт видит в отсутствии у компании конкретных целей и задач.

"Создается некий чрезвычайный орган, а задания для него в виде комплексного плана развития Сибири и Дальнего Востока нет. Это странно", - говорит он.

"Полномочия и ресурсы определены, но остается открытым вопрос: зачем все это? - соглашается Евгений Минченко. - Какие именно проекты будут приоритетными? Что вообще должна сделать корпорация, каких результатов достичь? Неправильно ставить телегу вперед лошади".

Другая опасность - высокий коррупционный потенциал нового начинания. Концентрация полномочий и сведение к минимуму согласований позволяет более оперативно принимать решения и эффективнее проводить их в жизнь, но создает возможности для злоупотреблений.

"Потенциально - это империя коррупции, - предостерегает Михаил Ремизов. - Конечно, все зависит от благих намерений лиц, которые будут пользоваться данным инструментом. Молотком можно и забить гвоздь, и раскроить голову. Но, учитывая инерцию системной коррупции в России, опасения более чем обоснованны".

"На 60% территории России создается "супер-Сколково", и это наводит на грустные размышления, - продолжает он. - Выходит, государство признает свою нормативную базу и регулирующую среду неподходящими для развития. Многие из предусмотренных льгот выглядят оправданными, но почему только на Дальнем Востоке, и применительно лишь к тем проектам, которые выберет компания? Мы опять идем по пути создания исключений вместо хороших универсальных правил".

"Оценивать эффективность будущей компании преждевременно, но у нас перед глазами есть пример корпорации "Урал-Полярный", - указывает Евгений Минченко. - Она помельче размером, но похожа по сути. Денег потрачено огромное количество, а ни одного успешного проекта, который был бы на слуху, она за несколько лет осуществить не смогла".

Корпоративный стиль

Некоторые наблюдатели усмотрели в создании во многом живущей по особым правилам экономической зоны частичный отход Владимира Путина от его традиционной политики централизации и унификации. Вспомнили даже о полунезависимой Дальневосточной республике времен Ленина.

Однако собеседники Русской службы Би-би-си уверены, что речь идет, напротив, об усилении "вертикали". Огромная экономическая власть сосредотачивается в руках структуры, подотчетной главе государства и никому другому.

"О расширении прав регионов и местного самоуправления вопрос не стоит. Наоборот, появляется некий баскак федерального центра, который решает все на территориях, отодвигая власти субъектов федерации, а также правительство и Думу", - говорит Евгений Минченко.

"За счет частичного разрушения единого правового пространства и девальвации других государственных институтов произойдет еще большая концентрация власти в руках президента, - считает Михаил Ремизов. - Фактически, Владимир Путин всегда рассматривал государство как большую компанию, основанную на единоначалии и корпоративной лояльности. Сегодня налицо попытка открыто формализовать данный механизм. Это в чистом виде схема ручного управления через доверенных лиц".

Наместник Дальнего Востока

В Российской империи на Дальнем Востоке применялся особый порядок управления. Регионом руководил не губернатор или генерал-губернатор, а наместник, наделенный не только всей полнотой административной и военной власти, но и правом самостоятельных внешних сношений.

У главы госкорпорации таких прав, конечно, не будет. Однако, как замечает Евгений Минченко, "создается очень мощная лоббистская машина, способная решать широкий круг задач, и, если ее возглавит достаточно жесткий руководитель, он может оказаться в пятерке самых влиятельных людей страны".

Ранее аналитики прочили на это пост Сергея Шойгу, но он уже стал губернатором Подмосковья.

"Можно утверждать одно: проект писался под влиятельного чиновника с крупными лоббистскими возможностями, - полагает Михаил Ремизов. - В России должности часто создаются под людей, а не наоборот. Трудно поверить, чтобы столь масштабный и амбициозный замысел был спроектирован из абстрактных соображений, без прицела на конкретного человека, которому доверяет Путин".

Евгений Минченко называет конкретное имя.

"Это оптимальное место для [вице-премьера по ТЭК] Сечина, - уверен он. - В новом правительстве Сечина, скорее всего, не будет, с Медведевым они не срабатываются. Возвращаться на должность замглавы президентской администрации ему неинтересно, к тому же с [главой администрации Сергеем] Ивановым отношения у него тоже не очень хорошие. Насколько известно, Игорь Иванович давно хочет заняться конкретным бизнесом, а эта работа хорошо соответствует его управленческому и психологическому типажу".

Химера сепаратизма

Обретение Дальним Востоком некоего особого статуса дало новый толчок разговорам об угрозе сепаратизма, однако большинство аналитиков находит эти опасения надуманными.

Прежде всего, указывают они, потенциальная "Дальневосточная республика" не имеет перспектив независимого существования из-за немногочисленности населения. В случае отделения от России регион, вероятнее всего, будет де-юре или де-факто поглощен Китаем. Дальневосточники это понимают, и подобная перспектива их страшит.

"Уровень сепаратистских настроений в Сибири и на Дальнем Востоке намного ниже, чем в республиках Северного Кавказа и Поволжья, где ситуация тоже не критична. Страх перед китайской экспансией силен. Никакого настроя на отделение там нет", - уверен Евгений Минченко.

"Проблема сепаратизма может обостриться лишь в одном случае: если идея развития, руководимого из центра, будет вчистую дискредитирована провальным исполнением, - говорит Михаил Ремизов. - Это, конечно, деморализовало бы тех, кто ориентирован на целостность страны, и переход в сферу влияния Китая, Японии или США мог бы показаться единственной альтернативой отсталости и бедности".

Новости по теме