Дипломатическая уловка: зачем Ирану новая АЭС?

  • 13 августа 2013
Иранская АЭС в Бушере
Image caption Бушер вступает в строй: будет ли продолжение?

Тегеран и Москва обсуждают планы участия России в строительстве второй иранской АЭС, сообщил во вторник пресс-секретарь МИД исламской республики Аббас Аракчи.

"Мы продолжаем переговоры с русскими относительно следующей очереди АЭС в Бушере и станций в других местах", - заявил он в интервью англоязычному иранскому телеканалу Press TV.

Новость привлекла всеобщее внимание, как и всё, связанное с иранским атомом. Некоторые российские интернет-издания сообщили об этом как о сенсации под заголовками: "Россия будет строить новую АЭС в Иране".

Если вникнуть глубже, обнаруживается, что Аракчи, во-первых, выступал по формальному поводу - предстоящему в ближайшие дни завершению испытаний оборудования в Бушере и окончательной передаче станции под управление хозяев, во-вторых, не сказал, что какие-то договоренности уже достигнуты, и не привел конкретных деталей.

В сухом остатке речь идет о не обязывающих ни к чему консультациях.

Сложная игра

За информацией, скорее всего, стоят не реальные намерения, а сложная дипломатическая игра, считает руководитель сектора Ирана Института востоковедения РАН Нина Мамедова.

"Вряд ли это реально, - заявила она Русской службе Би-би-си. - Подобные разговоры ведутся постоянно. Для "Росатома" проект, конечно, привлекательный, хотя не настолько, как в 90-е годы, когда решался вопрос с Бушером, и российская промышленность, в том числе атомная, была в упадке. Иран заинтересован в любом ослаблении режима санкций. Но для обеих сторон это дело, прежде всего, политическое".

Эксперт напоминает, что в прошлом году Иран впервые за 20 лет вошел в рецессию, что стало шоком для общества и во многом предопределило победу на президентских выборах Хассана Роухани, выступавшего с позиций критики прежнего руководства. Изыскать миллиард долларов Иран, конечно, в состоянии, но в целом экономическая ситуация не благоприятствует крупным инвестициям.

А главное - делать что-либо в атомной области до урегулирования иранской ядерной проблемы с мировым сообществом для Тегерана значило бы лезть на рожон и увековечивать режим санкций, избавление от которых было центральным пунктом предвыборной программы Роухани.

Другое дело, что иранцы, вероятно, хотят не просто сдаться, а выйти на новый раунд переговоров с козырными картами и добиться максимально выгодных условий.

Одной из таких карт, по мнению Нины Мамедовой, призвана стать тема новой АЭС.

Иранская дипломатия, по общему мнению экспертов, имеет за плечами многовековой опыт и является весьма изощренной. Некоторые называют это "азиатской хитростью".

Палка о двух концах

Не исключено, что заявление Аббаса Аракчи имело целью посеять дополнительное недоверие между западными переговорщиками по иранской ядерной проблеме и Москвой, чтобы они не выступали единым фронтом.

По мнению Нины Мамедовой, в свете отмены сентябрьского визита Барака Обамы и вообще беспрецедентного со времен "холодной войны" ухудшения российско-американских отношений разговоры еще и об иранской АЭС для Москвы не ко времени. Иранцы не могли не понимать, что своей односторонней утечкой совершают по отношению к России бестактность.

"В истории такое случалось неоднократно", - замечает она.

Впрочем, возможно, в Кремле смотрят на дело иначе: и хорошо, пусть американцы задумаются.

Российская сторона никак не прокомментировала выступление Аракчи. Поспешное опровержение выглядело бы как "прогиб" перед Вашингтоном.

Впрочем, игра это рискованная. Окончательно разуверившись в России как в партнере по иранской ядерной проблеме, США могут выйти на прямые переговоры с Тегераном и решить все, что им нужно, без нее.

"Перезагрузка" на Среднем Востоке?

Прорыв в двусторонних отношениях по образу "пинг-понговой дипломатии" Генри Киссинджера не исключен. Смена президента в Иране - самый подходящий момент.

Для США нормализация отношений с Ираном стала бы крупным достижением, особенно на фоне роста нестабильности в арабском мире.

"Многое будет зависеть от намерений и, главное, возможностей Роухани, - говорит Нина Мамедова. - Правление [президента Ирана Мохаммеда] Хатами, тоже считавшегося либералом, не привело к трансформации режима. В любом случае, это дело долгое. Вряд ли в обозримом будущем американо-иранские отношения станут такими, как при шахе. Но движение возможно".

Эксперт уверена, что главным раздражителем для США является даже не ядерная программа Ирана, а его антиизраильская позиция.

"Если бы ушло это направление, отношение к Ирану, в том числе к тому, что он делает в области атомной энергетики, сразу изменилось бы", - утверждает она.

С одной стороны, новый президент по-прежнему резко критикует Израиль, с другой стороны, в отличие от предшественника, не призывает его уничтожить.

"В Москве есть опасения, что американо-иранская "перезагрузка" положит конец особым политическим отношениям между Россией и Ираном, - замечает Нина Мамедова. - Ну что ж, будем развивать тесные экономические отношения без оглядки на политику. Может, и до строительства новой АЭС тогда дойдет".

Формально и по существу

Согласно Договору о нераспространении ядерного оружия от 1968 года Иран, как любая страна, имеет право развивать мирный атом. Проблема заключается в отсутствии доверия.

Обогащение урана для АЭС и для создания атомных бомб осуществляется на одном и том же оборудовании и одинаковыми методами. Степень обогащения оружейного урана выше, но проконтролировать ее невозможно без постоянного присутствия на предприятиях иностранных наблюдателей, на что Тегеран не соглашается.

Во время достройки Бушерской АЭС Россия выдвигала предложение, которое могло бы устроить всех: обеспечивать станцию своим топливом и забирать для переработки образующиеся ядерные отходы. Однако иранцы не согласились, заявив, что не хотят быть ни от кого в зависимости и непременно желают заниматься обогащением сами. Это усилило подозрения, что, вопреки неоднократным официальным заверениям, их целью является создание бомбы.

Скептики вопрошают, зачем Ирану, с его запасами нефти и газа, так уж необходимы АЭС, а если он стремится доказать себе и миру, что способен не хуже других развивать передовые технологии, то почему бы ему не заняться генной инженерией или компьютерным программированием?

Есть мнение, особенно широко распространенное в России, что к ядерному вооружению Иран и КНДР подталкивают США своей политикой давления: Тегеран и Пхеньян опасаются разделить судьбу Ирака.

Другие утверждают, что взаимосвязь здесь обратная: не пытались бы обзавестись бомбой, не выступали с угрозами в адрес соседей, так никто бы на них и не давил. Венесуэлу или Зимбабве не бомбят, хотя Николас Мадуро и Роберт Мугабе к числу друзей и единомышленников Запада явно не относятся.

Новости по теме