Правозащитник Каляпин: мы найдем способ продолжить работу в Чечне

  • 10 марта 2016
Центр Грозного Правообладатель иллюстрации RIA Novosti
Image caption Правозащитники жалуются, что в Чечне сложно наладить диалог с властью

После нападения на микроавтобус с журналистами на чечено-ингушской границе руководитель "Комитета по предотвращению пыток" Игорь Каляпин рассказал bbcrussian.com, почему правозащитникам становится все сложнее работать в регионе.

Нападению подверглась машина, принадлежавшая правозащитной организации "Комитет по предотвращению пыток". Около 20 человек на границе Чечни и Ингушетии остановили автомобиль, заставили пассажиров выйти, избили их, а затем подожгли машину.

Власти Ингушетии возбудили уголовное дело по статье "хулиганство".

Русская служба Би-би-си побеседовала с главой НКО об особенностях работы в Чечне и Ингушетии и о выстраивални диалога с местными властями.

Би-би-си: Что сейчас происходит с пострадавшими журналистами и правозащитниками?

Игорь Каляпин: Ночью пострадавшим была оказана медицинская помощь, и сейчас они проходят освидетельствование, полиция Ингушетии обеспечивает их безопасность. Сейчас наша главная задача - доставить всех пострадавших в Москву. Документы одного из журналистов были уничтожены в сгоревшем автобусе.

Би-би-си: Работа правозащитников в Чечне становится все более тяжелой. Как вы выстраиваете свою работу?

И.К.: В последнее время мы были вынуждены работать в Чечне, а всю аппаратуру и весь архив держать в приграничном районе соседней республики, и каждый день ездить из одного региона в другой. Так происходило потому, что наш офис в прошлом году дважды разгромили и сожгли, причем полиция так ни разу и не вмешалась, все возбужденные в Чечне уголовные дела так и не были расследованы.

Понятно, что все эти люди, которые на нас время от времени нападают, это какие-то провластные деятели. И тем не менее, мы обеспечивали работу наших юристов в течение последнего года. Я не сомневаюсь, что мы найдем способ обеспечить ее и в дальнейшем.

Би-би-си: Возможен ли диалог с региональными властями? Пытались ли вы его наладить?

И.К.: На протяжении всей нашей работы в Чеченской республике мы пытались этот диалог построить. Я встречался с [главой Чечни Рамзаном] Кадыровым, и мы с ним достаточно долго и предметно об этом разговаривали. Он прекрасно знает, чем мы занимаемся, я лично ему все докладывал. Более того, в свое время он мне обещал всяческое содействие. Но когда он убедился в том, что наши расследования ведут к его ближайшему окружению и к нему лично, то мы были объявлены пособниками террористов и наймитами всех существующих разведок.

Эта риторика со стороны властей там ведется постоянно. В последнее время не проходило недели без того, чтобы чеченское телевидение не показало какой-нибудь фантастический ролик про меня лично и про мою организацию. Я бы не сказал, что последние встречи с руководством Чечни проходили в какой-то враждебной обстановке. Каждый раз мы о чем-то договаривались, и каждый раз эти договоренности не заканчивались ничем. Нас продолжали проклинать и шельмовать на телевидении и на официальных митингах.

"Ни прокуратура, ни СК в Чечне ничего не решают"

Би-би-си: В других регионах вы сталкиваетесь со столь серьезными проблемами?

И.К.: Помимо Чечни мы работаем еще в пяти регионах России и в некоторых из них выполняем гораздо более травматичную для властей работу. Мы добились привлечения к ответственности более ста сотрудников полиции. Ни в одном другом регионе нет такого, чтобы губернатор объявлял меня своим личным врагом, а наших сотрудников объявлял шпионами и диверсантами. Это специфическая реакция чеченских властей. Более того, это специфическая реакция Рамзана Кадырова. Для него каждый, кто осмеливается что-то делать не по его указанию, - это его враг.

Би-би-си: А с властями Ингушетии у вас не было проблем?

И.К.: Первый человек, которому я позвонил после вчерашнего, был [глава Ингушетии] Юнус-бек Евкуров. Он сразу распорядился, чтобы на место прибыли все службы, чтобы была обеспечена безопасность пострадавших. В Ингушетии у правозащитников тоже есть проблемы, но это человек, с которым можно вести диалог и которому я могу позвонить, когда возникает какая-нибудь проблема. Вообще у нас в любом регионе есть контакты и с руководством полиции, и с руководством СКР и прокуратуры. Они у нас есть и в Чечне, но там ни прокуратура, ни Следственный комитет ничего не решают.

Би-би-си: В последнем инциденте пострадали в том числе иностранные граждане. Как вы считаете, активная международная реакция поможет сдвинуть эту ситуацию с мертвой точки?

И.К.: К сожалению, позиция России в международном сообществе сейчас такова, что любые рекомендации и призывы со стороны других государств и международных организаций будут вызывать противоположную реакцию.

Новости по теме