Смерть в пробирке. Где нашел приют страшный убийца?

  • 11 июля 2014
Человек с пробиркой в руках Правообладатель иллюстрации Thinkstock

Убийцу нашли в неожиданном месте. В июле 2014 года, спустя почти 40 лет после последнего случая заражения оспой естественным путем, ученые обнаружили шесть пробирок с вирусом этого страшного заболевания. Они лежали в давно забытой картонной коробке в исследовательском центре неподалеку от Вашингтона. Ранее считалось, что последние образцы этого вируса-убийцы хранятся лишь в двух местах на Земле.

Первые 12 дней в вашей жизни ничего не меняется, и вы даже не подозреваете, что вам, возможно, осталось жить совсем недолго.

Затем, примерно на 13-й день, вирус попадает в вашу кровь из инфицированных клеток. Температура, головная боль, рвота и сильные боли во всем теле вынуждают вас оставаться в постели. В тот момент вы еще питаете надежду: возможно, думаете вы, это просто грипп.

Однако к 17-му дню на языке и в полости рта появляется характерная сыпь. Она быстро распространяется по всему телу, особенно по конечностям. Под кожей появляются пузырьки размером с горошину, наполненные густой жидкостью – продуктами разрушения ваших тканей, после чего на этих бугорках возникают ямочки, делающие их похожими на маленькие пончики. Те, кто осмелился до них дотронуться, говорят, что они напоминают камушки. Если вы выживете (30% заболевших оспой умирают), бугорки образуют струпья, которые рано или поздно отвалятся, оставив на всю жизнь атрофические рубцы.

Вот что происходит, когда вас поражает вирус Variola major, более известный как оспа. Только в XX веке примерно 300 миллионов человек умерли от оспы — получается, это один из опаснейших серийных убийц в истории человечества.

К счастью, человек положил конец эпидемиям оспы более 30 лет назад, и теперь на Земле осталось лишь несколько образцов этого вируса. Где они находятся и почему именно там? Возможно ли в 2014 году наконец уничтожить этот вирус-убийцу раз и навсегда?

В 1975 году последний случай заражения оспой естественным путем был зафиксирован у двухлетней девочки в Бангладеш. 8 мая 1980 года Всемирная организация здравоохранения официально объявила об успехе тридцатилетней борьбы с оспой.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Выдающийся английский врач Эдвард Дженнер в конце XVIII века разработал первую в мире вакцину от оспы

Это стало возможным благодаря тому, что оспа не переносится животными – тем самым она отличается от большинства смертельных вирусов таких заболеваний, как лихорадка Эбола, тропическая лихорадка, ВИЧ или грипп.

Если нет человека-носителя оспы, ее вирус не может существовать в природе. Вне живого носителя он также не отличается долговечностью.

В прошлом некоторые исследователи и СМИ выдвигали предположения, что возбудитель оспы в могилах умерших от нее людей, похороненных в регионах вечной мерзлоты, может находиться в анабиозе. Согласно этим предположениям, если тела жертв оспы откопают и разморозят, возможна новая эпидемия. Однако останки погибших от оспы, извлеченные из земли учеными на Аляске и в Сибири, не содержали жизнеспособных вирусов.

Жуткий случай с фотографом

После того, как человечество покончило с эпидемиями оспы, несколько лабораторий в мире продолжали хранить образцы активного вируса этого заболевания в исследовательских целях - например, для разработки лекарств и вакцин. В 1978 году стало понятно, насколько это может быть опасно.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Гнойнички оспы: поначалу они выглядят невинно

Фотограф Джанет Паркер, работавшая на медицинском факультете Бирмингемского университета, начала жаловаться на головную и мышечную боль. Через несколько дней на ее теле появились красные пятна, которые врачи сочли безобидной сыпью. Лишь через две недели после появления первых симптомов ей наконец поставили правильный диагноз – оспа. Женщину поместили в карантин и начали лечить, однако две недели спустя она скончалась. От нее успела заразиться мать, справившаяся с болезнью. А вот отец Паркер не смог пережить произошедшую трагедию: придя навестить дочь в больницу, он умер от сердечного приступа.

Джанет Паркер каким-то образом подверглась воздействию вируса: скорее всего, он попал в ее офис через вентиляцию из лаборатории этажом ниже, где исследователи хранили образцы вируса оспы.

Глава университетского отделения микробиологии Генри Бедсон винил себя в случившемся и перерезал себе горло за несколько дней до смерти Паркер.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Хранить или не хранить - вот в чем вопрос

Эта цепь мрачных событий заставила научный мир переосмыслить концепцию хранения образцов оспы в исследовательских целях. Стараясь не привлекать внимания общественности, представители Всемирной организации здравоохранения призвали исследователей из разных стран уничтожить все имеющиеся образцы вируса или направить их в одно из двух официальных хранилищ: в лабораторию Центра по контролю и профилактике заболеваний США (ЦКЗ) неподалеку от Атланты или в тогда еще советский, а ныне российский научный центр "Вектор", расположенный в наукограде Кольцово Новосибирской области.

Вскоре начали прибывать образцы – из Индии, Японии, Великобритании и не только. "Сразу стало понятно, что никому этот вирус в лаборатории все равно не нужен, - говорит Майкл Лейн, возглавлявший программу ЦКЗ по ликвидации оспы с 1970 по 1981 годы. - Они были рады от него избавиться".

Вирусная могила

На данный момент – официально - известные образцы оспы хранятся лишь в двух вышеупомянутых институтах. (Когда в начале этого месяца некие пробирки с вирусом обнаружились в вашингтонской лаборатории, их незамедлительно отправили в Атланту.) И в ЦКЗ, и в российском "Векторе" вирус оспы хранится в соответствии с требованиями четвертого уровня биологической безопасности – максимального из возможных.

Исследователи работают в спецкомбинезонах с повышенным давлением и подачей воздуха – похожие надевают космонавты. Все манипуляции с вирусом, который хранится в емкостях с жидким азотом, проводятся в боксах биологической безопасности. На выходе из лаборатории персонал на семь минут отправляется в химический душ для дезинфекции, а затем - в обычный. Воздух из помещений с уровнем 4 не выпускается, а раз в год лаборатория ЦКЗ закрывается на месяц на профилактическое обслуживание.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Древние ацтеки умирали от оспы, зараженные испанскими завоевателями

С мерами безопасности на обоих объектах все в порядке. "Я возглавлял программу по борьбе с оспой много лет и живу в полутора километрах от ЦКЗ, - рассказывает Лейн. - Так вот, я не могу попасть не то что в лабораторию с вирусом оспы – даже в здание, где она расположена".

Лишь немногим исследователям разрешено проникнуть в святая святых. Для одних это просто рутинная задача. "Я собаку съел на работе с вирусами четвертого уровня, - говорит Питер Ярлинг, руководитель центра комплексных исследований Национального института аллергии и инфекционных заболеваний США. - Я работаю с лихорадками Эбола, Ласса и Марбурга, так что оспа для меня сущий пустяк".

Но есть и те, кто испытывает трепет перед этой смертельной болезнью. "Оспа нанесла колоссальный урон человечеству, а усилия по ее ограничению и ликвидации были поистине героическими, - считает Ингер Дэймон, руководитель направления поксвирусов и бешенства в подразделении особо опасных болезнетворных вирусов и патологий на базе ЦКЗ. - Не думаю, что мы когда-либо начнем воспринимать все это как должное".

Больше нигде?

Как же убедиться в том, что дополнительные образцы оспы не спрятаны где-нибудь в логове террористов и не валяются в старой пробирке на дне позабытой всеми морозилки? "Никак, - утверждает Лейн. - Достоверно ничего доказать нельзя".

Тем не менее, в пользу версии о том, что возбудители вируса хранятся лишь в ЦКЗ и в "Векторе", говорит многое. С конца 1970-х годов, по данным экспертов, оспой не болел никто. Никакие террористы не делали заявлений о наличии у них вируса, не было и слухов о хранении его в секретных лабораториях.

Правообладатель иллюстрации GETTY
Image caption Канатжан Алибеков утверждает, что СССР производил вирус оспы в промышленных масштабах

Кроме, пожалуй, одного подозрительного случая. В 1992 году ученый-микробиолог Кен Алибек (он же – полковник Канатжан Алибеков) эмигрировал из России в США. Ранее он был первым заместителем начальника советского объединения "Биопрепарат", основанного в 1973 году для разработки и испытаний биологического оружия, затем руководил ликвидацией этой советской программы. В США Алибеков заявил, что в СССР было произведено 50 тонн вируса оспы. По его словам, в "Биопрепарате" трудились 30 тысяч ученых – помимо оспы, работа шла также над вирусами лихорадки Эбола, сибирской язвы и чумы.

Может ли это быть правдой? "Не секрет, что вирус оспы производился в промышленных масштабах в качестве биологического оружия, - рассказывает Ярлинг. - Возможно ли, что кто-то оставил себе заначку в морозилке? Ничего нельзя исключать".

Другие исследователи, среди которых и Майкл Лейн, сомневаются в правдивости заявлений Алибекова и указывают, что подтверждений его словам нет. "В основном все нервничают из-за того, что никто не знает в точности, было ли это на самом деле – а веских причин верить нет", - считает Лейн.

Россия против

Возможно, уничтожат и оставшиеся образцы вируса - в Атланте и в Кольцове.

Этим летом во Всемирной ассамблее здравоохранения – в высшем органе Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), принимающем решения – будет поставлен на голосование вопрос о том, ликвидировать или нет последние образцы оспы.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Пока государства не могут договориться, военные готовятся к любому повороту

Российская делегация последовательно голосовала против подобного решения, поэтому есть вероятность, что Россия не подчинится общему решению об уничтожении вируса, если даже таковое будет принято.

В США все иначе. "Мы окажемся в крайне неловком положении, если откажемся следовать официальной рекомендации ВОЗ, - уверен Лейн. - Это как если бы мы показали кукиш ООН".

Россия не одинока в желании сохранить образцы вируса оспы. Некоторые ученые настаивают на необходимости дальнейших исследований сложной генетики этого вируса, которые, к примеру, облегчили бы разработку более эффективных антивирусных средств. С другой стороны, критики утверждают, что в большинстве случаев для работы достаточно гораздо менее опасного вируса осповакцины или других вирусов той же группы.

Справимся вновь?

Но ведь если уничтожить вирус оспы раз и навсегда, можно быть уверенным, что он уже не попадет не в те руки? Дело в том, что существующие технологии позволяют восстановить его на основе генома оспы, который был ранее секвенирован.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption На то, чтобы побороть оспу, человечеству потребовались многие годы. Стоит ли начинать сначала?

Тогда напрашивается вопрос: почему же никто этим до сих пор не воспользовался? Если бы, скажем, у группы террористов была возможность создать вирус оспы, результат вряд ли оказался бы столь же эффективным, как при использовании других методов (например, химического оружия), считает Майкл Лейн. Существуют вакцины для контроля над распространением оспы, и это не самый заразный из болезнетворных вирусов.

Безусловно, вспышка оспы стала бы катастрофой, однако это не самый опасный способ нападения. Мы уже справились с оспой один раз, если понадобится – справимся вновь.

А пока оспа продолжает существовать – где-то глубоко в двух специальных лабораториях. Это два последних места на Земле, в которых прячется один из самых опасных убийц в истории человечества.

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке вы можете на сайте BBC Future.

Об авторе. Рэйчел Ньюэр – американский журналист, пишущий о проблемах науки. Она сотрудничает с такими изданиями, как New York Times, Scientific American и Smithsonian. Ее сайт – rachelnuwer.com, вы можете также найти ее в Twitter - @rachelnuwer.

Новости по теме