Смех без причины – признак…? Почему мы смеемся некстати

  • 8 апреля 2015
Неудержимо смеющийся юноша Правообладатель иллюстрации Thinkstock

Нередко мы замечаем, что рассмеялись в самый, казалось бы, неподходящий для этого момент. Как выяснили психологи, такой неловкий смех, возможно, является одним из наиболее базовых и важных проявлений человеческого поведения, рассказывает корреспондент BBC Future.

Мой разговор с Софи Скотт уже подходил к концу, когда она развернулась к своему компьютеру и показала мне видеоролик о полуголом мужчине, прыгающем "бомбой" в замерзший бассейн. Поиграв мышцами и покрасовавшись перед камерой, он решается на прыжок – но ударяется об лед и летит кубарем по его гладкой поверхности. Лед-то выдержал, а вот друзья нашего героя чуть не лопнули от смеха.

"Они начали смеяться, как только увидели, что обошлось без крови и сломанных конечностей, - говорит Скотт. - Они буквально катались по полу в истерике и ничего не могли с этим поделать". (Если вы хотите посмотреть видео, о котором идет речь, его можно найти здесь. Только учтите: присутствует ненормативная лексика.)

(Похожие статьи из раздела "Журнал")

Почему нам так неудержимо хочется смеяться, даже если человеку больно? И почему это так заразительно? Софи Скотт, нейробиолог в Университетском колледже Лондона, последние несколько лет пытается найти ответы на эти вопросы. Она объясняет мне, почему смех – одна из важнейших реакций человека и почему ее так часто неверно интерпретируют.

В рамках одного из экспериментов Скотт сканировался мозг профессионального пародиста Данкана Уизби, чтобы понять, как ему удается перенять едва заметные особенности речи других людей. К своему удивлению, Софи Скотт обнаружила, что активность мозга, по всей видимости, задействовала зоны, обычно ассоциирующиеся с телесными движениями и визуализацией – Уизби буквально проникал под кожу своего героя. В целом же исследование работы пародистов помогло ей определить, какие зоны мозга отвечают, например, заакценты и артикуляцию– важные аспекты нашей речевой индивидуальности.

Но лишь после исследования в Намибии Софи Скотт осознала, что смех – одно из важнейших проявлений нашего голоса. Предыдущие исследования показали, что представители самых разных культур могут распознавать шесть универсальных эмоций – страх, гнев, удивление, отвращение, грусть, радость – на основании выражения лица. Однако Скотт хотела выяснить, можем ли мы выразить менее очевидную информацию с помощью голоса. Она попросила коренных жителей Намибии и англичан послушать записи друг друга и определить, какие эмоции были представлены. Среди них – не только шесть общепринятых универсалий, но и облегчение, торжество и удовлетворение.

Представители обеих групп легче всего опознавали смех. "Буквально сразу стало понятно, что он отличается от других положительных эмоций", - говорит нейробиолог.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Смех как социальная эмоция сплачивает нас

Чем дольше продолжалось исследование, тем интереснее были его результаты. Так, Скотт вскоре выяснила, что юмор – не главная причина нашего смеха. "Люди искренне уверены, что чаще всего они смеются в ответ на шутки других, однако во время разговора больше всего смеется тот, кто в этот момент говорит", - утверждает она.

Софи Скотт определяет смех как социальную эмоцию, которая сплачивает нас и помогает нам сблизиться, вне зависимости от того, смешно нам на самом деле или нет. "Когда вы смеетесь вместе с другими людьми, вы демонстрируете им, что они вам нравятся, что вы с ними согласны или что вы принадлежите к одной и той же группе, - говорит она. - Смех является индикатором близости отношений".

Смешинка в рот попала

Отсюда, видимо, и ситуации, когда двое в паре способны вызвать друг у друга взрыв хохота, а окружающие не понимают, над чем они смеются. "Иногда говорят: у него отличное чувство юмора, благодаря которому я считаю его крайне привлекательным. На самом деле имеется в виду: он меня привлекает и когда мы рядом, я демонстрирую ему это с помощью смеха", - поясняет Скотт.

Веселье, похоже, является важнейшим способом поддерживать отношения. По словам Софи Скотт, исследования показали, что смех в паре позволяет ее участникам быстрее снимать напряжение после тяжелых событий, а в целом совместная жизнь такой пары обычно продолжается дольше.

Согласно другим недавним исследованиям, люди, смеющиеся вместе над забавными видео, чаще делятся друг с другом личной информацией, углубляя таким образом взаимопонимание.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Почему мы так охотно смеемся над людьми, попавшими в неудобную ситуацию?

Даже бурное веселье, вызванное неудачным падением в замерзший бассейн, могло послужить объединяющим фактором для друзей многострадального ныряльщика. "Любопытно, что его приятели начинают смеяться буквально в тот же момент – думаю, таким образом они помогают ему почувствовать себя лучше", - считает Скотт.

К аналогичным выводам пришел Робин Данбар из Оксфордского университета: согласно полученным им данным, смех коррелирует с повышением болевого порога. Возможно, дело в повышенной выработке эндорфинов – эти химические соединения также укрепляют социальные связи.

Сейчас Софи Скотт пытается выяснить разницу между деланным смехом, который мы используем для придания живости разговору, и неудержимым хохотом, способным испортить телевизионный или радиоэфир.

В частности, она обнаружила, что "носовой" смех менее искренний, а "надрываем живот со смеха" мы без всякого участия носа.

Функциональная магнито-резонансная томография помогла Скотт понять, каким образом мозг реагирует на вышеописанные разновидности смеха. Похоже, оба они стимулируют зеркальные нейроны – эти области головного мозга отвечают за подражание действиям другого человека. К примеру, они задействуются, когда человек видит, как другой пинает мяч – или делает это сам. Возможно, именно эта нейронная мимикрия делает смех таким заразительным.

"Вероятность того, что человек засмеется, в присутствии другого человека повышается в 30 раз, - говорит исследователь. Важное различие заключается в том, что менее спонтанный "социальный смех" вызывает большую активность в областях, связанных с "ментализацией" (пониманием того, что чувствует другой человек) и попытками разобраться в мотивах окружающих – вероятно, мы таким образом размышляем о причинах неискреннего смеха.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Какого типа этот смех? Делано-социальный или искренний?

Вам может показаться, что разницу между непроизвольным и деланным смехом понять несложно, однако Скотт считает, что этот навык развивается у человека постепенно: лучше всего мы начинаем распознавать природу чужого смеха ближе к 40 годам.

Недавно Софи Скотт организовала эксперимент в лондонском Музее науки, в рамках которого ее коллеги просят посетителей разного возраста посмотреть несколько видеозаписей со смеющимися и плачущими людьми и оценить искренность героев. Как отмечает нейробиолог, плач является основным способом коммуникации для младенца, а важность смеха растет по мере взросления ребенка.

Хотя нам может не нравиться притворный смех некоторых людей, Скотт считает, что этот факт говорит больше о нас самих и о том, как мы реагируем на их социальные сигналы, чем о том, насколько неприятными являются эти люди в действительности.

Исследователь рассказывает мне о знакомой, которая вечно раздражала ее настойчивым свистящим смехом: "Мне всегда казалось, что она смеется совершенно не к месту. Когда я проанализировала происходящее, то поняла: все дело в том, что я не реагирую на ее смех. Сам же смех был абсолютно уместен". Если бы она не испытывала изначальной неприязни к той женщине, считает Скотт, она бы смеялась от души и даже не обратила бы внимание на ее интонации.

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Смех может быть мощным инструментом самовыражения

Любопытство Софи Скотт заставило ее не только исследовать на прочность отношения между людьми, но и отправиться в комедийные клубы. "Когда эстрадный юморист общается со сцены с публикой, все равно происходит взаимодействие", - говорит она. Имеет место своеобразный диалог между комиком и зрителями. "Мне интересно, как публика начинает смеяться и как смех постепенно замирает, существует ли синхронизация с окружающими людьми или это не имеет значения – ведь взаимодействие происходит напрямую между вами и человеком на сцене", - рассказывает исследователь.

Как ни странно, отмечает Скотт, комическим актерам зачастую проще работать с большими залами. Возможно, дело в том, что заразительный смех распространяется волнами по большой аудитории. Скотт приводит в пример запись того, как юморист Шон Лок доводит зрителей до смеховой истерики, просто повторяя периодически слово "cummerbund" (в переводе - "кушак").

Нейробиолог попыталась установить, каким образом начинается волна смеха в аудитории, прикрепив сенсоры к ее участникам. Результативность этого метода оказалась низкой: зрители чувствовали себя скованными. Однако она надеется продолжить исследование при помощи знаменитых комедийных актеров, таких как Роб Делани – возможно, им удастся справиться с напряженностью публики.

Иногда Софи Скотт сама выступает на лондонских комедийных вечерах. Я спрашиваю, способствовали ли результаты ее исследований формированию ее сценического образа? Скотт не считает, что наука помогла ей в развитии комического дара. Впрочем, на следующий день я отправился посмотреть на ее благотворительное выступление и выяснил, что это действительно очень смешно.

Более чопорные коллеги Скотт, похоже, не одобряют ее "легкомысленного" подхода. Но исследователь осознает, насколько мощным инструментом самовыражения может быть смех и насколько эффективно с его помощью можно заставить людей себя слушать. "Смех кажется поверхностным, эфемерным, бессмысленным, - поясняет она. - Но он никогда не бывает нейтральным и обязательно что-нибудь да значит".

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке можно на сайте BBC Future.

Новости по теме