Непомнящий: "за ЧМ-90 получил высшую награду Камеруна"

  • 21 июня 2010
Валерий Непомнящий
Image caption Валерий Непомнящий: в Камеруне пришлось работать в условиях жесточайшего кризиса

Сборная Камеруна стала первой из команд, потерявшей шансы на выход в финальную часть чемпионата мира по футболу в ЮАР.

Однако в 1990 году, на чемпионате в Италии, команда Камеруна сумела первой из африканских участников финальных турниров мировых первенств выйти в четвертьфинал. Эти события вошли в историю как "камерунское чудо". Корреспондент Русской службы Би-би-си Михаил Смирнов поговорил с Валерием Непомнящим – советским тренером, который в то время руководил камерунской сборной и которого считают автором "камерунского чуда".

После ЧМ-1990 тренерская карьера Валерия Кузьмича продолжилась в Японии и Южной Корее.

И только совсем недавно о нем вспомнили на родине – второй сезон Непомнящий возглавляет "Томь", которая в условиях жесточайшего дефицита финансирования сейчас занимает пятое место в российской премьер-лиге.

Би-би-си: Валерий Кузьмич, а с чего вообще началась вся эта история? Как вы стали главным тренером сборной Камеруна?

Валерий Непомнящий: О, это долгая история, подробно рассказывать времени интервью не хватит. Поэтому вкратце. После окончания Высшей школы тренеров (ВШТ) я возвратился работать в Туркмению, а через 4 года вновь попал в Москву на повышение квалификации.

И вот директор ВШТ спрашивает меня: а чего ты не оформляешься за границу? А с какой стати – отвечаю.

Оказывается, в этот момент набирали советских специалистов для работы тренерами в Африку и другие развивающиеся страны. Причем, не только футбольных. И оплачивались эти командировки по линии Госкомспорта, дабы развивающиеся страны не тратили на тренеров ни копейки. Обычный срок работы – 2 года. В Камеруне, например, работали тренеры по волейболу, гандболу, боксу.

И вот камерунцы решили пригласить из СССР еще футбольного тренера. Так я приехал туда в качестве тренера молодежной сборной в ноябре 1988 года вместе с Львом Броварским – известным в прошлом футболистом львовских "Карпат".

Через неделю там начинался турнир шести сборных Центральной Африки, и нам предложили подготовить к этому сроку команду. Представляете? Не зная игроков, их уровня... Но, начали готовить. Выступили вроде бы неплохо, и в декабре 1989 года президентским декретом меня назначили главным тренером национальной сборной Камеруна.

Би-би-си: И как работалось?

В. Н.: Первые полтора года – сплошной кошмар, одни проблемы. Работалось очень сложно. Во-первых, в Камеруне на тот период отсутствовало понятие "профессиональный футбол". Игроки не были закреплены за клубами. Не было контрактов, не было ничего.

Image caption Роже Мила и команда стали легендами итальянского чемпионата

Поэтому часто возникали такие ситуации: например, в воскресенье объявляется состав национальной сборной, в понедельник – начинается тренировочный сбор. А из 25 вызванных на него игроков, по меньшей мере, 10 отсутствуют. Оказывается, они после тура уехали в Европу, куда их повезли роившиеся косяками вокруг сборной агенты.

Потом - глубочайший экономический кризис. Не хватало денег буквально на все. Даже напоить ребят после тренировок было нечем. Сборы проводились в армейских казармах. Люди спали на крытых дерматином матах – без простыней и подушек. Об отелях вообще речь не шла.

Можете представить, как чувствовали себя в этих условиях привыкшие к несколько иной жизни футболисты, игравшие в европейских клубах.

Би-би-си: На первых порах кого было больше в сборной – легионеров или местных игроков?

В. Н.: Процентов 70 было тех, кто играл в чемпионате Камеруна, остальные – за рубежом. Из этих 30 процентов – больше половины (процентов 60) постоянно откликались на мои вызовы в сборную. Например, братья Омам-Бийик, тот же вратарь Томас Нконо.

Кроме того, некоторые футболисты играли не в Камеруне, не в Европе, а в малоизвестных африканских или арабских клубах и делали себе имя именно выступлениями за национальную сборную.

Би-би-си: С кем из игроков было труднее всего общаться, а с кем легче?

В. Н.: С футболистами вообще проблем не было. За все время моей работы только однажды возникла конфликтная ситуация с игроками, когда мы должны были выехать на сбор в Югославию за месяц до чемпионата мира.

Был оглашен список из 30 игроков, но я был вынужден отчислить двоих за нарушение спортивного режима. Одного из них отстоять удалось руководителям делегации, а второй сам ко мне подошел и сказал – накажите меня – это я виноват, сам все заварил и товарища подбил.

Проблемы были в основном с руководством. Трудно было пробивать деньги на проведение тренировочного сбора, участие в каком-либо турнире, приобретение экипировки.

И вопреки расхожим легендам, никакого прямого выхода на президента страны у меня не было. Зато был очень тесный контакт с министром по делам молодежи и спорта, который и был инициатором моего приглашения на пост главного тренера сборной. Он всегда старался помочь мне, но даже его власти порой не хватало.

А однажды возникла ситуация, когда мы оба рисковали потерять свои посты... Нам предстоял матч в Габоне. А перед этим в двух встречах набрали всего одно очко, так что в Либревиле для того чтобы продолжить борьбу за попадание на мировое первенство, нам нужна была только победа.

А всю неделю, предшествующую этому матчу, президентский совет – есть такой весьма влиятельный орган в Камеруне – настоятельно рекомендовал, а попросту, навязывал пригласить в команду восьмерых игроков. Я же из них от силы готов был взять максимум троих.

И вот перед вылетом в Габон "мой" министр говорит мне: "Валери, если проигрываем, я отправляюсь в Париж, ты – в Москву, супругу твою эвакуируют – я договорюсь с посольством. Нам возвращаться в Камерун нельзя".

К счастью, мы выиграли у Габона – 3:1, потом одержали еще несколько побед подряд и пробились на чемпионат мира, одолев в стыковых матчах Тунис. К тому же, в ситуацию примешивалась политика. Министр был сторонником и функционером правящей партии, а президент федерации футбола – оппозиционной...

Би-би-си: И вот вы стали готовиться к Италии...

В. Н.: Да. Но тут я столкнулся с еще одной проблемой. Возникло предложение заменить меня на какого-то более опытного специалиста – благо, прецедент был - в 1982 году отборочный турнир сборная проводила под руководством польского тренера, а в Испанию ее повез француз.

Но тот же министр все-таки отстоял мою кандидатуру, заявив, что будем с Валери до конца. Ну а то, что на сборах не хватало мячей, формы – я уже не говорю – это Камерун.

Так вот, мы разместились в 50 км от Милана, где должна была состояться первая игра с Аргентиной. Мы должны были ехать делать фото на аккредитацию. Подхожу к автобусу – игроков нет. Капитан команды говорит – коуч, мы отказываемся ехать – нам не заплатили обещанные по контракту деньги.

Хорошо, в том же отеле остановился "мой" министр. Он тут же связался с уже прилетевшим в Италию президентом Камеруна, и тот пообещал игрокам по одному миллиону франков КФА (была такая валюта в африканских странах-бывших колониях Франции).

Быстро организовали собрание, все объяснили футболистам. Они успокоились. Я объяснил им – парни, свою задачу мы, в принципе, уже выполнили, попав в финальную часть чемпионата мира. Теперь играйте в свое удовольствие. Вот они и заиграли.

Би-би-си: А лидеры команды – Нконо, Милла, Белл - помогали вам в налаживании нужной атмосферы в команде?

В. Н.: В целом, да. Но нужно рассказать одну историю. Незадолго перед чемпионатом мира выходит очередной номер журнала "Франс Футбол" с большим интервью нашего вратаря Белла, выступавшего в первом французском дивизионе.

Так вот он в нем понаписал, что сборная Камеруна приехала в Италию "мальчиками для битья", что денег на подготовку не выделяли, даже экипировки нормальной нет, если проиграем Аргентине 0:3, будет просто здорово, и так далее и тому подобное.

Я вызываю помощника и прошу его выкупить все номера журнала в киосках городка. Оказалось 49 номеров. А мы уже с министром договорились, чтобы игроки об этом ничего не знали.

Тем временем, я встретился с Беллом, спросил – зачем так написал? Он говорит, у нас свобода слова. Тогда мы с ним договорились – он остается в команде, но ведет себя корректно. И он остался с ребятами до конца чемпионата, разговаривал с ними, помогал нам в определении состава на матч. Вот так Белл не сыграл ни одной минуты – хорошо, что здорово стоял Нконо.

Или история с Миллой, которому тогда уже было 38 лет. Его физическое состояние не позволяло ему претендовать на место в стартовом составе. Мы с ним встретились, я объяснил ему, что лучше выходить на замену. Он сказал – нет проблем, коуч.

А ведь Милла – уже национальным героем был к тому времени. И как здорово он входил в игру с лавки! Чуть аргентинцам не забил, потом румынам – две штуки, Колумбии – еще две. Другие игроки, видя мои такие отношения с лидерами, вели себя соответственно.

Единственный раз у меня волосы дыбом встали – еще перед матчем отборочного турнира с Анголой. Вечером иду по номерам проверять игроков – в кровати только один, говорит, коуч, остальные пошли на танцы. Я – как на танцы, завтра же ответственная игра! Поехал с помощником в клуб. Все мои питомцы там, "в мыле". Капитан Тату подходит, успокаивает – коуч, не волнуйся, все будет ОК, сейчас дотанцуем последний танец и вернемся в отель отдыхать.

Тогда я понял, что танцы для камерунцев, да и для всех африканцев, - святое дело, даже, быть может, более любимое, чем футбол…Они и в Италии после каждого матча "зависали" на дискотеках. Но, при этом спиртным не злоупотребляли – могли позволить себе по фужерчику пива, и все. Да, покуривали, но я к этому философски отношусь. В общем, неплохой, спаянный коллектив удалось создать.

Би-би-си: Что же случилось в матче с англичанами, когда до выхода в полуфинал оставались считанные минуты? Психологически расслабились?

В. Н.: Тут вот в чем дело. Наверное, я виноват в этом проигрыше. Когда перед матчем вырабатывали тактику, исходили из того, что англичане традиционно атакуют флангами и навешивают в штрафную. Поэтому принял решение насытить эту зону высокорослыми игроками. Поначалу все так и было.

Но потом Бобби Робсон вдруг снимает одного флангового игрока, выпускает вместо него в центр "бегунка". А у нас еще в этой зоне играли Массинг и Кунде – рослые, но не очень подвижные защитники – они заменили двух основных дисквалифицированных защитников, а сильнее их все равно не было.

И англичане продавили нас как раз в центре обороны. Причем, не навесами, а перепасовкой низом. Два раза мы нарушали правила в своей штрафной – и вот вам вместо 2:1 – 2:3 и возвращение домой.

Би-би-си: Как вас там встречали?

В. Н.: Как национальных героев. Прилетели, кстати, в Дуалу на президентском самолете, разместили в отеле. Потом перевезли в Яунде. Президент дал нам аудиенцию, наградил орденами.

Народ встречал нас фантастически. Мой костюм чуть на клочья не разорвали. Потом еще приемы начались, подарки. Мне, например, большую коробку кофе камерунского подарили и бронзового льва, с которым намучился потом на таможне с перевесом.

А уже через пару недель предстояло сыграть два матча следующего отборочного цикла Кубка Африки. Я вызываю футболистов, а никто из тех, кто был в Италии, играть не хочет. Деньги им обещанные не выплачивают, ребята хотят отдыхать. В общем, кое-как, в экстренном порядке собрал команду, выступили, конечно, не очень удачно.

Но министр все равно вызывает меня, говорит – предлагаем в два раза увеличить зарплату. Раньше полторы тысячи долларов получал, сейчас три дают. Но мне-то вообще вся сумма не положена была – я зарплату получал в Госкомспорте... Да и пора уже было заканчивать с Африкой. Все-таки, климат и напряжение сказывались. Особенно супруга устала.

Но я все равно благодарен судьбе за этот африканский пласт своей биографии. Африка очень многому меня научила, многое дала. Камерунцы – золотые люди! Очень приятные в общении, очень ранимые, творческие. Они словно созданы для футбола. Были, конечно, и лентяи, но в целом легко работалось. Я получал удовольствие хотя бы от того, что каждый день тебя все встречали улыбками...

Би-би-си: А не приглашали Вас позже вернуться в Камерун или куда-нибудь еще в Африку?

В. Н.: Было несколько моментов, когда я работал в Корее. Не напрямую ко мне обращались, а через журналистов, например, пытались выяснить мои планы. Но я говорил – ребята, спасибо, от Африки у меня остались отличные воспоминания, но эта глава моей книги закончена...

Би-би-си: Как думаете, то, что нынешний чемпионат мира проходит в ЮАР, станет новым стимулом для развития футбола в Африке?

В. Н.: Когда мы удачно сыграли в Италии, я прогнозировал, что лет через 10 какая-нибудь африканская сборная сыграет в финале мирового первенства. А получилось, что в 2002 году Сенегал смог лишь повторить наш итальянский результат, выйдя в четвертьфинал. Выше никто не смог прыгнуть.

И я сомневаюсь, что проведение этого чемпионата мира в ЮАР как-то уж резко изменит эту ситуацию. Может быть, проводись он где-нибудь в Центральной или Западной Африке, картина была бы иной. А так – вряд ли. Ведь ЮАР, как и весь юг континента - не футбольная страна по африканским понятиям.

Так что ничего сверхъестественного не произойдет. А если и случится, то будет недолгим. Помните, какой бум был в Корее и Японии после мирового первенства?! А потом он быстро сошел на нет, и даже хуже, по-моему, ситуация с футболом там стала.

Би-би-си: А кто-то из африканских сборных может "выстрелить" на этом чемпионате?

В. Н.: Выдающихся футболистов в их составах много. Но в организации проблема. Я всегда об этом говорю - чуть побольше дисциплины, чуть побольше порядка – и тогда вполне возможно. Без соответствующей организованности никакие звезды Африке не помогут! Так всегда было.