"Пятый этаж": кому не нужны Олимпийские игры?

  • 1 августа 2015
Зимние Олимпийские игры 2022 года пройдут в Пекине Правообладатель иллюстрации
Image caption Пекин празднует победу в соревновании за проведение Олимпийских игр, однако многие города потеряли интерес к престижным спортивным мероприятиям

Зимние Олимпийские игры 2022 года пройдут в Пекине - об этом было объявлено на заседании Международного олимпийского комитета в столице Малайзии Куала-Лумпуре.

Впервые за более чем вековую историю олимпийского движения один и тот же город станет столицей и летних и зимних олимпийских игр. У Пекина был лишь один конкурент - Алма-Ата.

Столица Норвегии Осло добровольно и досрочно выбыла из гонки еще осенью прошлого года.

А буквально накануне сегодняшнего объявления о Пекине о своем решении выбыть из борьбы за право проведения летней Олимпиады 2024 года объявил Бостон. Чем вызвана волна отказов?

С помощью спортивного обозревателя Дмитрия Федорова, профессора из университета города Тремсе в Норвегии Андрея Рогачевского и бостонской журналистки Ануш Эльбекян "Пятый этаж" пытается разобраться во всех меняющихся на наших глазах аспектах борьбы за право стать олимпийской столицей.

Загрузить подкаст передачи "Пятый этаж" можно здесь.

Александр Кан: Добрый вечер! В студии Би-би-си Александр Кан. Как всегда пятничный "Пятый этаж" расширенный, идет не обычные 15 минут, а целые полчаса, и гость у нас не один, как обычно, а двое. Для обсуждения ситуации, в которой спорт самым тесным образом переплетается с политикой, мы пригласили двух собеседников: Дмитрий Федоров – спортивный обозреватель и комментатор из Москвы и Андрей Рогачевский – профессор университета норвежского города Тремсе, в котором, в случае, если бы Осло не отказался от гонки и получил игры, должны были пройти некоторые соревнования зимней Олимпиады 2022 года.

Итак, Пекин. Дмитрий, насколько этот выбор предсказуем? В разговоре до программы я позволил себе предположить, что единственный остававшийся на сегодняшний день конкурент Пекина - бывшая столица Казахстана Алма-Ата - был конкурентом слабым. Вы со мной не согласились и возразили со знанием дела. Было бы интересно послушать ваше мнение о двух основных претендентах.

Дмитрий Федоров: Прежде всего, мне кажется, что у Алма-Аты было географическое преимущество перед Пекином. Часовая разница не такая серьезная, как у китайской столицы, что делало привлекательной Олимпиаду в Алма-Ате для европейцев да и для американцев тоже, т.к. между Нью-Йорком и Алма-Атой часовая разница – 10 часов, а с Пекином – 12 часов. Но Америка большая, понятно, что с Лос-Анжелесом другая разница. Потери очень серьезной аудитории из-за разницы во времени для медийного 21 века – это серьезный недостаток. Но те, кто голосовали, решили по-другому.

Голосование было очень плотным, фактически два человека решили судьбу Пекина и Алма-Аты. Еще мне казалось, что Казахстан может получить преимущество из-за того, что в Пекине совсем недавно проводились Олимпийские игры. Как-то некрасиво назначать один и тот же город для проведения для проведения и зимних и летних Олимпийских игр, тем более, что интервал совсем небольшой и нужно расширять географию. Но, по-моему, голосовавшие перестраховались.

Дело в том, что Пекин провел удачную Олимпиаду. С проведением таких крупных мероприятий связаны очень серьезные риски, и, наверное, к бывшей республике Советского Союза существовало определенное недоверие. Это связано и с тем, что Казахстан считается в Европе и в Америке коррумпированным государством. Он получил негативный пиар, когда вышел фильм "Борат", по которому многие оценивают Казахстан.

Мне довелось побывать в Алма-Ате год назад. Это современный город, и мне казалось, что у него очень серьезные шансы получить зимнюю Олимпиаду. Тем более, что в Казахстане снег естественный, а в Пекине собираются сделать искусственный снег. Это нонсенс для зимней Олимпиады - проводить соревнования на искусственном снегу.

А.К.: Не говоря уже о том, что от Пекина до ближайшего лыжного курорта… Все-таки горно-лыжный спорт – один из самых значимых и зрелищных зимних видов олимпийского спорта. Это тоже определенного рода нонсенс.

Д.Ф.: Поэтому, мне кажется, что присутствовал определенный элемент перестраховки, когда выбирали Пекин. У Алма-Аты была очень хорошая заявка. Этот город прибавил в последний момент в глазах общественности, но голосовавшие решили по-другому. Серьезный минус для Пекина заключается и в следующем. Хоккейная дисциплина очень важна для зимней Олимпиады. Убежден в том, что НХЛ не отправит своих лучших сынов в Пекин. Часовая разница очень большая, лететь до Китая далеко, и я на 95% уверен, что НХЛ своих игроков не отпустит, а в Казахстан, может быть, отпустили бы.

А.К.: Одна из причин, по которой Алма-Ата не получила Олимпийские игры, - репутация Казахстана как коррумпированного государства. Китай тоже не светоч демократии. В 2008 году, когда в Пекине проходили летние Олимпийские игры, раздавалось очень много критики в адрес Китая в связи с правами человека. С тех пор Китай еще больше окреп экономически и политически, но в области прав человека большого прогресса не наблюдается. На это можно закрыть глаза?

Андрей Рогачевский: Политическое и экономическое измерения очень важны для Олимпийских игр, но не надо забывать о спорте. Изначально спортивная составляющая была главная. Конечно, правильно, что нужно соблюдать права человека, расширять географию, варьировать и давать каким-то городам и государствам финансово развиваться в результате Олимпийских игр. Но что же насчет спорта?

А.К.: Да, действительно. Добровольно из гонки за право проведения Олимпийских игр 2022 года выбыл Осло. Отказ случился еще в октябре 2014 года. На этой неделе произошло еще одно событие, напрямую не связанное с зимними Олимпийскими играми, но тем не менее очень характерное, симптоматичное. Американский город Бостон объявил о своем выходе из борьбы за право проведения Олимпийских игр 2024 года. В 1996 году Афины вынуждены были отказаться от борьбы за право проведения Олимпийских игр из-за катастрофической нехватки средств. Много ли других таких отказов в истории олимпийского движения?

Д.Ф.: Да, конечно, были примеры. Я полностью солидаризируюсь с Екклесиастом, который говорил, что ничего нового в мире не происходит. Другое дело, что изменились масштабы. В 1996 году Инсбрук принимал Олимпийские игры из-за того, что граждане Денвера проголосовали против проведения Олимпиады. Они посчитали, что это дорогостоящее мероприятие, и не стоит городу включаться в отчаянную борьбу за Олимпиаду, которая неизвестно какие дивиденды принесет. В последнее время отказываются крупные города: Бостон, Рим – от Олимпиады 2020 года. Последний отказался категорически.

Были сторонники, но тех, кто посчитал, что не нужно впрягаться в эту гонку, оказалось больше, и среди них, самое главное, премьер-министр. С Осло ситуация тоже очень характерная: протесты населения, которое посчитало, что ценник за Олимпиаду, особенно после сочинской, очень высокий, и поэтому городу Олимпиада не нужна.

Объясняется это очень просто. Во-первых, очень высокая цена Олимпиады. Во-вторых, много объектов, строящихся к Олимпиаде, впоследствии оказываются не нужны. В-третьих, имиджевая составляющая. Если раньше зимнюю Олимпиаду брали для того, чтобы окупить ее впоследствии в силу того, что город получает известность во всем мире, туда едут как на горнолыжный курорт, что приносит деньги уже после Олимпиады, то сейчас – это не повод для крупных городов. Как может измениться имидж Осло после того, как этот город примет Олимпиаду? Никак. Не будут больше ездить в Осло, для того чтобы побывать на местах, где проводились олимпийские соревнования.

А.К.: На линии из Бостона у нас журналистка Ануш Эльбекян. Хотел бы, чтобы вы рассказали, что собственно произошло в Бостоне, почему в стране отнюдь не бедной, во вполне благополучном городе приняли такое решение.

Ануш Эльбекян: Многие забывают о том, что Бостон – очень маленький консервативный город. Мнение жителей очень важно для руководителей города. Низкий уровень поддержки повлиял на решение не продолжать борьбу за проведение Олимпиады. Одним из самых больших факторов было то, что не было никаких гарантий для горожан, что расходы на игры не лягут на их плечи как налогоплательщиков. Им не смогли доказать, что есть средства на проведение игр и денег у горожан просить не будут.

А.К.: Как разделялось общественное мнение? Проводились ли какие-то опросы, как реагировала пресса, какое ощущение было в связи с этим?

А.Э.: Большинство людей вздохнуло с облегчением. Процент людей, которые поддерживали Олимпиаду, был очень маленький. Были разговоры о проведении референдума, но до этого дело не дошло. Главная бостонская газета на прошлой неделе провела дебаты, на которых защитники пытались доказать, какие плюсы и какие минусы. Но эти дебаты не смогли изменить мнение горожан. Что касается имиджа, то для бостонцев имидж Бостона всегда останется имиджем. Это город, где всегда есть туристы. Это город с одним из самых престижных университетов. Поэтому имидж не играл никакого значения. Самое главное, что никто не смог доказать, что есть деньги и налогоплательщики не будут платить за проведение этих игр.

А.К.: Все сводится к финансовой проблеме. Интересно, что Норвегия – страна с самым высоким уровнем дохода на душу населения в мире, с самым высоким уровнем жизни, страна, которая от недостатка средств не страдает. И все-таки, и Норвегия приняла такое решение. Чем руководствовались городские власти, правительство страны, население? Какое настроение у жителей?

А.Р.: Настроения самые разные. Норвежцы – очень маленькая, но спортивная нация. Они очень хорошо выступают на зимних играх. В 1952 году, когда в Осло проводились Олимпийские игры, несмотря на то, что в среднем население страны 5 млн человек, Норвегия была ведущей страной по количеству медалей в командном зачете. В Лиллехаммере, небольшом городе в 180 км от Осло, который был включен в заявку на проведение Олимпийских игр в 2022 году вместе с Осло, проводились игры в 1994 году. Там Норвегия заняла второе место после России, и в Сочи она заняла второе место по количеству медалей в общекомандном зачете. Это очень высокий показатель, если сравнить, сколько миллионов человек проживает в России и какой там может быть потенциальный отбор спортсменов для участия в зимних Олимпийских играх.

С экономической точки зрения Норвегии вряд ли нужны были эти Олимпийские игры. Скорее это любовь к спорту, в первую очередь, умение проводить, наличие необходимой для зимних игр инфраструктуры. Лиллехаммер не так давно выиграл право на проведение юношеских Олимпийских игр в 2016 году. Это – привычное дело. Тем не менее было принято решение заявку не подавать. Тут мнение городского управления в Осло, мнение правительства, мнение политических партий, народа в каком-то смысле разошлись. Было известно, сколько примерно будет стоить проведение зимних Олимпийских игр в 2022 году. Говорилось, что это будет 33 миллиарда норвежских крон, из них около 24.5 миллиардов должно было лечь на плечи налогоплательщиков. Это достаточно крупная для Норвегии сумма, хотя ее не сравнить с 51 млрд долларов, потраченным на проведение игр в Сочи. Было ясно, что потребуется политическое решение для того, чтобы изъять ее из бюджета налогоплательщиков.

В 2013 году в Осло был проведен местный референдум, на котором 55% проголосовали за проведение Олимпийских игр в 2022 году. Через год этот относительно небольшой перевес изменился, и по результатам опросов 55% были против проведения игр, т.к. посчитали недопустимым вкладывать такие большие суммы национального бюджета в проведение игр. К тому же сыграла свою роль пресса, которая выяснила, что Международный Олимпийский Комитет потребовал какие-то вещи в качестве условия проведения игр, которые показались норвежцам несуразными, например, бесплатные коктейли с королем, оборудование специальных комнат для приема в местах проведения соревнований, расширение шоссе от аэропорта Осло по направлению к Лиллехаммеру и выделение на период Олимпиады дополнительных полос для машин важных лиц, закрытие школ, учреждений на период проведения Олимпиады для уменьшения траффика на улицах.

Норвежцам показалось, что все это не стоит тех денег, которые будут затрачены. К тому же, если говорить об экономической стороне дела, известно, что те здания и сооружения, которые возводятся для зимних Олимпийских игр, в дальнейшем стоят неокупаемыми и приносят убытки, в то время как инвестиции в летние игры проще освоить после их проведения.

А.К.: В одном из комментариев в связи с тем, что произошло сегодня в Куала-Лумпур, когда Пекин и Алма-Ата оказались единственными городами, боровшимися за право проведения зимних Олимпийских игр 2022 года, говорилось, что это соревнование двух недемократических стран. Демократические страны, в которых действительно есть свобода выражения мнения, есть свободная пресса, выбывают из борьбы. Остаются такие страны, как Казахстан, Китай, Россия, в которой решением правительства была выделена астрономическая сумма в 51 млрд долларов на проведение игр в Сочи. К чему это может привести?

Д.Ф.: Я бы добавил, что Норвегия – самая «медалеемкая» держава на зимних Олимпийских играх, завоевывающая наибольшее количество медалей на зимних играх. Это означает, что у норвежцев как хозяев был бы прогнозируемый успех, и ажиотаж вокруг игр в самой Норвегии был бы сумасшедший. Это касается спортивной составляющей, что очень важно. Организаторы Олимпиады отказались от такого фантастического успеха хозяев, потому что ясно, что китайцы и жители Казахстана вряд ли могли бы так конкурировать со всеми, как норвежцы.

В последнее время Олимпиады целесообразно проводить в государствах, в которых мнение налогоплательщиков вообще не учитывается, и сами налогоплательщики считают, что их мнение ровным счетом ничего не значит. К ним нужно присовокупить Северную Америку, где очень мощный рекламный рынок, где любят спорт, где Олимпиада по определению может дать большие доходы. Не окупиться впоследствии, а сразу же дать серьезные доходы. Получается, Северная Америка и страны, где не считаются с доходами, затратами, где из карманов налогоплательщиков можно достать сумму, которая сгодится на проведение Олимпиады, и налогоплательщики будут очень довольны.

А.К.: Хотел бы обратить внимание еще на один аспект. В борьбе принимали участие недемократические страны – Казахстан и Китай. В прошлом году, когда проводились Олимпийские игры в Сочи, в адрес России каких только претензий не высказывалось: и гомофобия, и расизм, и плохая подготовка, и экология и т.д. В адрес Китая и Казахстана мы не слышим такой жесткой критики. Как эта ситуация видится из Москвы? Нет ли обиды со стороны России к этим таким же недемократическим конкурентам?

Д.Ф.: В тот момент Россия в какой-то степени стала жертвой политики. Такая болезненная реакция на сочинскую Олимпиаду была объяснима той ситуацией, которая была в мировом сообществе. Китай проводил уже Олимпиаду, поэтому, наверное, такой реакции, как на сочинскую Олимпиаду, не будет. Казахстан в глазах мирового сообщества, Европы, Америки – отнюдь не ось зла. О Назарбаеве, о клановости в Казахстане много критических слов говорят в Европе, но все-таки это не образ врага.

Думаю, что атмосфера вокруг Олимпиады в Пекине будет отличаться от атмосферы вокруг сочинской Олимпиады, которая была проведена блестяще. Говоря о проведении Олимпиад в недемократических странах, я бы говорил не о демократии и либеральных правах, а о том, что народы этих стран готовы сделать очень серьезную уступку власти, пойти на любые затраты ради имиджевых преференций. Российский народ готов действительно потерпеть ради того, чтобы показать мировому сообществу, что страна у нас не такая уж плохая. Поэтому серьезных протестов против Олимпиады а Сочи не было, хотя в начале десятых годов протестов в России было много.

То же самое и в Китае. Спортивные нации готовы пойти на серьезные траты, потому что страна и ее жители полагают, что если они проведут Олимпиаду, то в глазах мирового сообщества они вырастут и будут выглядеть более благоприятно. Речь должна скорее идти не о демократии, а о готовности народа, налогоплательщиков чем-то пожертвовать ради собственного имиджа и имиджа страны в целом.

А.Ф.: Высказываются ли какие-то сожаления в Норвегии о принятом полгода назад решении после объявления столицы Олимпийских игр 2022 года? Есть ли какие-то силы, которые считают, что принято неправильное решение?

А.Р.: Я об этом ничего не слышал. Большинство народа, наверное, считает, что принято разумное решение, т.к. никаких дивидендов кроме Осло и Лиллехаммера норвежцам бы не было. Не так уж важно, на каких Олимпийских играх они выступают – у себя дома или где-то еще. Они будут побеждать и показывать хорошие результаты в любом случае. Есть еще определенное недовольство тем, что львиная доля пирога, всяких доходов достается югу Норвегии, поэтому на севере Норвегии, наверное, даже рады, что Осло решил не подавать.

Кроме того, на севере Норвегии в городе Тремсе, где я живу, были планы попытаться устроить зимние Олимпийские игры у себя в 2014 году, но из этого ничего не вышло. Местное население по-тихому саботировало это. Жители не хотели, чтобы красивый пейзаж уродовался объектами, которые потом будут стоять незаполненными, не хотели видеть многоэтажные гостиницы. Имиджевая часть в данном случае тоже является критерием, но только наоборот.

А.К.: Хочу в заключение выразить надежду, что число и города, желающие принять у себя Олимпийские игры, не иссякнет, такие города будут оставаться, потому что в противном случае нам грозит смерть международного олимпийского движения.

Новости по теме