Должны ли британские СМИ копаться в грязном белье?

  • 26 апреля 2011
журналист Би-би-си Эндрю Марр Правообладатель иллюстрации BBC World Service
Image caption Эндрю Марр говорит, что ему неловко из-за своего решения прибегнуть к судебному запрету

В Британии с новой силой вспыхнули споры о судебных запретах, с помощью которых местные знаменитости пресекают попытки журналистов рассказать общественности о некоторых подробностях их личной жизни.

Эндрю Марр, один из самых известных журналистов Би-би-си, сам добился судебного супер-запрета на публикацию информации, чтобы защитить личную жизнь своей семьи. Однако теперь, говорит Марр, он не собирается настаивать на запрете.

В интервью газете Daily Mail он сказал, что ему "стыдно" за свое решение обратиться в 2008 году к помощи суда, который запретил публикацию подробностей его романа с коллегой.

"Я не за тем пришел в журналистику, чтобы закрывать рты журналистам", - сказал он.

Комментариям Эндрю Марра предшествовало несколько недавних судебных запретов, которые помешали журналистам опубликовать истории, связанные со знаменитостями.

"Применение подобных запретов, похоже, становится "неуправляемым", - добавил Марр. - Есть ограниченное число сложных случаев, когда речь идет о неприкосновенности личной жизни. Но настает время, когда надо двигаться вперед. Подобные судебные запреты не должны быть вечными, нужно подходить к ним с разумными мерками".

В интервью Daily Mail журналист подтвердил, что судебный запрет касался подробностей его связи с коллегой, имевшей место 8 лет назад, когда он работал редактором Би-би-си по вопросам политики.

Тогда Эндрю Марр думал, что он является отцом ее ребенка, однако проведенные позже анализы ДНК это не подтвердили.

"Стыдно ли мне из-за того, что произошло? Да. Смущен ли я этим? Да", - говорит журналист.

Парламент или суд?

Правообладатель иллюстрации PA
Image caption Одним из самых жестких критиков суперзапретов остатся редактор британского сатирического журнала Private Eye Иан Хислоп.

Эндрю Марр, тем не менее, добавляет: "Мне пришлось думать и о моей собственной семье, и я был уверен, что никому до этого не должно быть дела".

На прошлой неделе премьер-министр Британии Дэвид Кэмерон сказал, что он "встревожен" решениями судей, которые накладывают запрет на информацию, чтобы защитить частную жизнь известных людей.

Он предупредил, что судьи, опираясь на законодательство о правах человека, создают "что-то вроде закона о неприкосновенности частной жизни". По мнению премьер-министра, вопрос соотношения свободы слова и права на частную жизнь должен решаться в парламенте, а не суде.

Среди критиков судебного запрета в отношении Эндрю Марра был и остается редактор британского сатирического журнала Private Eye Иан Хислоп.

Как говорит Хислоп, Эндрю Марр загонял многих политиков в "угол" вопросами об их ошибках в общественной и личной жизни. "Однако стоило ему самому попасть в "трудное" положение, он, продолжая работать журналистом, добился судебного запрета на обнародование этой информации".

"Я думаю, что он сам понимает это, и мне очень приятно, что он признался во всем и заявил, что больше не может придерживаться этой позиции", - сказал Иан Хислоп в интервью программе Би-би-си Today.

Свобода слова

По мнению обозревателя Би-би-си Торина Дугласа, признание Эндрю Марра скорее всего не повлияет на действия других известных людей.

"Он - это особый случай. Ему так неловко, потому что он сам журналист. Другие навряд ли будут думать, что свобода слова важнее, чем защита права на личную жизнь".

По словам Торина Дугласа, на данный момент существует около 30 подобных супер-запретов, однако, по понятным причинам, никто не сможет назвать их точное число.

В прошлую среду в Высоком Суде Британии главный судья Иди согласился ввести судебное распоряжение, известное как contra mundum (в переводе с латинского - против всего света), что фактически означает запрет в мировом масштабе. Речь шла о знаменитом человеке, который пытался предотвратить публикацию материала, связанного с его личной жизнью.

Подобные сверхжесткие запреты вводились в Британии только в случаях, когда обнародование информации могло угрожать жизни людей, о которых шла речь. Например, contra mundum был применен в отношении двух малолетних преступников, убивших двухлетнего Джеймса Балджера.

Предполагается, что судебный запрет сontra mundum применяется навечно и касается всех, в отличие от запрета публикации материалов определенным изданием или определенным журналистом.

В другом случае женатый футболист, играющий в Высшей Лиге и состоявший, как сообщалось, в связи с Имоджен Томас, одной из участниц реалити шоу Big Brother, добился через суд права на анонимность.

Деньги решают все?

Британские СМИ восприняли в штыки попытки знаменитостей "заткнуть им рты" с помощью судебных запретов и супер-запретов. Они считают это наступлением на свободу слова.

Сила этих судебных распоряжений такова, что порой никто не может с уверенностью сказать, запретили ли журналистам даже сообщать о принятии подобного запрета.

История нынешнего законодательства о защите личной жизни начинается с прецедентов, имевших место в конце 1980-х.

Тогда журналистам одного из британских таблоидов удалось сфотографировать с помощью телеобъективов телеведущего Рассела Харти, умиравшего на больничной койке.

В 1990 году несколько журналистов из газеты Sunday Sport, одев халаты медработников, проникли в больницу, куда после автокатастрофы попал один из участников популярной программы "Allo".

Гордон Кей только что перенес операцию на мозг, однако журналисты не только сфотографировали его, но и умудрились взять у него интервью.

Британская общественность возмутилась. Сам Кей попытался подать на газету Sunday Sport в суд, однако его иск дошел всего лишь до апелляционного суда. Судьям не оставалась ничего другого, как выразить сожаление по поводу того, что в стране нет закона о неприкосновенности частной жизни, а также надежду, что парламент когда-нибудь его примет.

Однако парламент так и не сделал этого. Тем не менее, в 2000-м году правительство лейбористов приняло закон "О правах человека", который закрепил в национальном законодательстве Европейскую конвенцию по правам человека. Это привело к установлению двух мощных, но противоречащих друг другу положений.

Согласно статье 8-й, каждый человек имеет право на неприкосновенность частной и семейной жизнь.

В то же время статья 10-я - гарантирует право на свободу самовыражения и свободу слова, то есть право СМИ на обнародование информации.

Линия "фронта" прошла между богатыми и могущественными личностями, которым совершенно не хотелось, чтобы кто-нибудь вмешивался в их личные дела, и жадными до новостей СМИ, особенно таблоидами, которые хотели писать именно об этой стороне жизни знаменитостей.

Закон о неприкосновенности частной жизни постепенно формировался на основе решений отдельных судей, рассматривавших иски, касавшиеся таких известных людей, как британская супер-модель Наоми Кэмпбелл, а также бывший президент Международной автомобильной федерации Макс Мосли.

Так, буквой закона стало следующее: если отдельная личность имеет разумные ожидания о невмешательстве в ее личную жизнь при выполнении определенного вида деятельности, например, при прохождении курса лечения от наркозависимости, либо установлений личных отношений с кем-либо, пресса может публиковать материалы об этом только в случае, если есть подлинный общественный интерес к этой истории.

Параллельно с развитием этого закона появились на свет и судебные запреты и супер-запреты. Они позволили знаменитостям добиваться промежуточного запрета на обнародование информации до того, как история была опубликована.

Эта промежуточная мера действует обычно на период до начала судебного процесса по нарушению неприкосновенности частной жизни. Однако, чтобы добиться этой меры, известная личность должна предоставить достаточно доказательств для убеждения судьи в том, что на их основе они скорее всего выиграют на судебном процессе и добьются полного или постоянного запрета.

Однако, как показали недавние скандалы с Джоном Терри, игроком Челси и капитаном сборной Англии, а также певцом Хауардом Дональдом из группы Take That, британские суды еще раз подтвердили, что супер-запреты должны использоваться крайне редко, и что открытое правосудие остается главным приоритетом. Это не удовлетворило британские газеты, которые выступают против судебных запретов любого рода, так как считают их цензурой.

В мае парламентский комитет под руководством лорда Нойбергера, "хозяина свитков", члена Высокого суда правосудия обнародует свой доклад об использовании супер-запретов. Многие сейчас задаются вопросом, кого этот доклад обрадует больше: британские газеты, либо богатых и сильных мира сего.

Новости по теме