"Мозговая деятельность" Дэвида Шригли в галерее Hayward

  • 5 февраля 2012
Инсталляция Дэвида Шригли "Сапоги" Правообладатель иллюстрации Photo Linda Nylind
Image caption Глазурованные сапоги Дэвида Шригли, фото Линды Найлинд

В лондонской галерее Hayward, где выставляются работы наиболее оригинальных художников-новаторов, открылась выставка современного британского художника Дэвида Шригли, которая называется Brain Activity, то есть "Мозговая деятельность ".

К Дэвиду Шригли применимо слово "культовый", то есть широко известный и почитаемый в очень узких кругах.

Еще его называют "самым невозмутимо серьезным" художником. В шутку, конечно. А еще, влиятельная, как выражаются журналисты, New York Times назвала его "мастером неумелой линии", и если уж в Нью-Йорке, где полно своего "неумелого", снизошли до британского "неумелого", то это что-то все-таки да значит.

"Мы решили сделать эту выставку - это вообще первая персональная выставка Дэвида Шригли, - потому что он художник, который "западает" в умы людей, его многие знают по его книжкам, комиксам, мультфильмам. А мы хотели сделать акцент на художественной стороне его творчества, показать его разносторонность", - говорит куратор выставки Клифф Лоусон.

Но даже после такого признания не стоит думать, что здесь нас ждут писаные маслом, акварелью, гуашью или еще чем картины, ибо разносторонность Шригли лежит в иной сфере.

Точка, точка, запятая...

Художник признается, что все его художества, начиная с 6-летнего возраста, были смешными.

"Я в основном рисовал и раскрашивал динозавров, которые, как правило, убивали человечков. В далекие 70-ые годы в моем классе из 25-ти человек я это делал лучше всех, и люди это помнят, - говорит он. - Я тут не так давно встретил подружку детства золотого и она спросила: "Ты по-прежнему увлекаешься динозаврами?", из чего можно заключить, что она меня с тех пор не видела".

А вместе с тем, надо сказать, что динозавры то и дело проглядывают зубастым оскалом в работах Шригли, и человечков там по-прежнему продолжают убивать, только другими способами, не динозаврами.

Правообладатель иллюстрации David Shrigley
Image caption Дэвид Шригли "Без названия" 2012 г.

Тема смерти вообще сразу заметна в его работах: о ней напоминает и чучело собаки породы Джек Рассел, держащее в лапах табличку "Я мертв", и собрание умерших и умирающих человечков из серобуромалиновой глины, и могильная плита с выбитым на ней списком продуктов: "Хлеб, молоко, хлопья, фасоль в банке, помидоры, аспирин, печенье".

Экспозиция, надо сказать, совершенно по праву названа Brain Activity, то есть "Мозговая деятельность", потому что именно она и происходит, когда смотришь на творения Шригли.

Вот, например, работа под названием "Неоконченное письмо": Дорогой отец! Я в тюрьме и меня скоро повесят. Меня по праву осудили за..." - тут и короткий детектив и трагедия на одном маленьком тетрадном листочке. Все та же грустная тема, обыгранная неожиданным образом.

Как объясняет сам автор, так он реагирует на банальную поп-культуру, на популярные в массах телешоу типа кулинарного Come Dine with Me ("Поужинай со мной") или вокального X-factor, хотя получается это у него скорее "неосознанно".

"Глазгианское чудо"

Вот уж этому точно не учат в школе и даже, пожалуй, в высшей, такой, какую окончил Шригли - а учился он ни много ни мало в Школе искусств шотландского города Глазго (Glasgow School of Art), производящей столько художников, музыкантов и рок-поэтов, что критики прозвали ее "глазгианским чудом".

Кстати сказать, в январе этого эта года Школа искусств в Глазго получила от Совета по искусствам и гуманитарным наукам грант в 122,500 фунтов, чтобы исследовать, что же такого особенного таится в этом городе, что оттуда так много творческих личностей выходит.

Шригли, учившийся там и проживший в Глазго 23 года из своих 43 лет, признает, что местная художественная среда взрастила и вскормила его, однако он не сразу нашел свою "неумелую линию".

В начале карьеры он даже попытался несколько облагородить свои рисунки, придать им более товарный вид, однако потом махнул на все рукой и издал тиражом в 100 экземпляров книжицу своих... если называть вещи своими именами, то чертиков, каракулей - в общем того, что обычно рисуют мальчишки на уроках, а потом это отбирают учителя, чтобы отдать родителям.

"Я не мог бы изменить свой стиль, потому что не думаю, что он у меня есть. То, что люди ошибочно воспринимают как мой художественный стиль, на самом деле просто выражение моего стремления не иметь стиля вообще, - объясняет художник. - Вместо него есть просто "стандартная настройка" (Шригли употребляет здесь компьютерное слово default) для изображения вещей и слов, то есть это попытка не выглядеть как какое-то особое "умение" или "стиль"".

Первый тираж разошелся по знакомым, и Шригли стал выпускать по такой книжице рисунков и абсурдистских загогулин каждые несколько месяцев. Народ, как говорится, "въехал", и вскоре он стал известен как "тот самый чувак, который рисует эти странные, смешные рисунки".

Ну а когда интерес проявил уважаемый арт-журнал Frieze и поместил его художество на обложку, на следующий день он проснулся знаменитым.

Аллегория великих и могучих

Я сижу и смотрю короткий рисованный фильм "Сон", слушаю размеренный храп спящего под одеялом человечка, выполненного в типичной манере Шригли: палка-палка-огуречик...

Это, разумеется, пародийный кивок в сторону одного из кумиров Шригли - Энди Уорхола, у которого тоже был экспериментальный фильм с таким же названием, правда, шестичасовой, а этот, в отличие от первоисточника, длится пару минут. Никто не уходит, все стоят и смотрят на экран: может, чего произойдет, может человечек проснется или хотя бы одеяло с себя скинет, но нет, ничего не происходит.

Отсылок к, если не великим, то известным мира сего вообще довольно много - есть подмигивание в сторону Мартина Крида, и расшаркивание с Рене Магритом, и поклоны в сторону Дали, поэтому я не могла не спросить куратора Клиффа Лоусона, а не тяжело ли воспринимать этот "междусобойчик" человеку, не привыкшему, условно говоря, все время читать комментарии?

"Когда смотришь его работы в галерее, то эти отсылки к каким-то конкретным художникам не воспринимаются так уж тяжеловесно, поскольку ты видишь, что эта конкретная работа смешна сама по себе или же что она сообщает что-то свое. Так что не думаю, что это так уж важно - понимать, к какому первоисточнику они отсылают", - поясняет Лоусон.

И признается, что его любимая работа Шригли - это дюжина крупных яиц, которые могла бы снести гигантская курица. Яйца помещены довольно высоко от пола на фальш-стену так, что кажется, что они вот-вот упадут.

Лоусон полагает, что это, возможно, отсылка к Хампти-Дампти, а мне эти, выставленные в ряд, гигантские яйца больше напомнили яйца с крыши дома-музея Сальвадора Дали в Фигейросе, но у каждого зрителя свои ассоциации, своя мозговая активность.

Что булькает в философском горшке?

В этом же зале другие скульптурные работы Шригли - цветочный горшок в виде мужского бородатого лица, "проросшего" кактусом.

Работа называется "Философ" и, если бы не название, то было бы просто смешно, а как прочтешь название, то сразу становится грустно, и в голову начинает лезть всякий диалектический материализм. Так он все-таки концептуалист или нет?

Правообладатель иллюстрации ff
Image caption Инсталляция Шригли "Я мертв", фото Линды Найлинд

По словам куратора, если судить по этой выставке, где представлены работы Шригли, выполненные различными средствами, то его можно назвать "слегка концептуальным художником".

А может, это просто пародия на концептуализм, своего рода художественная реакция на него?

С этим не согласен сам автор, утверждающий, что является "большим ценителем напыщенного современного искусства", но в случае со Шригли не разберешь – принимать ли что либо за чистую монету или лучше не надо.

Как заметил один из посетителей, его рисунки хорошо передают те бессвязные, порой дикие, мысли, которые время от времени приходят нам в голову и которые мы прячем, а Шригли решает выставить на обозрение, причем нарисовать их в таком примитивном, детском стиле.

Божий дар всмятку

Он действительно побуждает к реакции на каждом шагу, на каждом своем экспонате, здесь нет ни одной работы, которая была бы выставлена "просто так". И вместе с тем, подойдя к концу экспозиции, я так и не поняла, умеет Шригли рисовать или нет.

"Один мой приятель сказал, что очень трудно все время рисовать так плохо, потому что все-таки прогресс какой-то должен быть. То есть, даже если ты совсем не умел рисовать, то потом ты все равно будешь рисовать лучше, чем вот это...",- поделился своими размышлениями другой посетитель.

Видимо, мой собеседник прав: надо научиться так плохо рисовать, это вряд ли можно назвать божьим даром. Кстати, это еще один часто встречающийся у Шригли рефрен - недоказуемое присутствие провидения.

Воспитанный верующими родителями-христианами, Шригли постоянно возвращается к теме божественного: и на плакате с крошечным человечком, входящим в гигантских размеров асбестово-черный собор, и надписью: "Я признаюсь во всех своих грехах", и в инсталляции с колокольчиком и инструкцией к нему: "Звонить, только когда придет Иисус", и в абсурдистском плакатике "Бог дал нам обувь", где изображены пары ботинок.

Шригли будто берет расхожие социальные стереотипы и показывает их буквально, и смотреть на это иногда смешно, иногда мучительно.

Выходишь с выставки совершенно опустошенный, будто тебя в течение часа бомбардировало вопросами только что научившееся мыслить дитя, и ты ошарашен этим, давно забытым, невинно-искушенным детским взглядом на мир, который присущ каждому настоящему художнику, вне зависимости от того, умеет он рисовать или нет.

Новости по теме