Почему киевский генерал-губернатор к националисту Антоновичу на вареники ходил

Владимир Антонович Копірайт зображення T.Meyerhoffer/T.Маєргофер
Image caption Несмотря на то, что Владимир Антонович воспитывался в духе польского мессианизма, он стал одним из самых активных участников украинского национального движения XIX века

Жизнь Владимира Антоновича символизирует переход полонизированной шляхты к становлению украинского, а не польского дела.

Один из лидеров Старой Громады, он воспитал целую плеяду интеллектуалов, активно включившихся в создание Украинской Народной Республики.

От польской до украинской культуры

Выдающийся отечественный историк той эпохи воспитывался в духе польского мессианизма: Моника Антонович презирала людей, рядом с которыми ей выпало жить, и ностальгировала по славному прошлому Речи Посполитой.

Чуть ли не из детского желания противостоять материнскому гнету парень заинтересовался запрещенным и заклейменным миром.

В Киевский университет он поступает, уже имея сформированные украинские симпатии, хотя в пятидесятые годы XIX века в русифицированном учебном заведении большинство составляли поляки.

Как раз на студенческие годы Владимира Антоновича приходится подготовка нового польского восстания. Он и сам принадлежал к одной из тщательно законспирированных подпольных групп-троек.

Однако программное требование присоединить Правобережную Украину к польскому государству стало для него категорически неприемлемым.

И юноша бросает вызов своей среде, заявив, что не присоединится к восстанию (начавшемуся 22 января 1863 года), а будет работать, чтобы вернуть долги народу, преданному его элитой.

Молодых бунтарей не без пренебрежения назвали "хлопоманами", - а сами они таким определением всегда гордились.

Это была эпоха романтизма, когда в народных традициях искали нерастраченную исконную мудрость, а увлечение фольклором и этнографией стало чуть ли не общеевропейским трендом.

Поэтому двое закадычных друзей Владимир Антонович и Тадей Рыльский на летних каникулах путешествовали по Киевской области, чтобы изучить и понять этот не особо известный им народ.

Путь в народ

Крестьянскую одежду красивых панычей не всегда обманывал зоркий глаз властей. Их подозревали в антиправительственной пропаганде, чуть ли не в том, что, как казалось некоторым помещикам, они раздают крестьянам освященные повстанческие ножи. Доносы сыпались со всех сторон.

В конечном итоге польское общество вызвало отступника на шляхетский суд. Хоть речь обвиняемого в защиту украинства никого из присутствующих в новую веру, разумеется, не обратила, но инкриминируемые обвинения в "национальной измене" тот все-таки сумел свести на нет.

В доказательство антигосударственной деятельности один из присутствующих показал отобранную у своих крестьян "Граматку" Пантелеймона Кулиша, которую распространяли хлопоманы. Однако генерал-губернатор ничего крамольного в книге не увидел. Чтобы не раздражать заявителей, запретил продавать ее в Киеве. Тогда склад перенесли в Никольскую Слободку, что не мешало ее дальнейшему распространению.

Копірайт зображення Wikipedia
Image caption Владимир Антонович в народной одежде

Именно потому Владимир Антонович и печатает в петербургском украинском журнале "Основа" знаменитую "Мою исповедь", где так четко была изложена программа украинофильского движения. Хлопоманы окончательно порывают с польской средой и учреждают киевскую Громаду (она вошла в историю под названием Старая Громада).

Интересно, однако, что доносы и жалобы не помешали университетской карьере Антоновича. Его лекции стали настолько популярны, что в университет даже как-то пожаловал киевский генерал Антонович, чтобы послушать знаменитого историка, прославляющего, дескать, их общую фамилию.

А киевский генерал-губернатор Драгомиров любил порой проявлять свою украинскую идентичность. Заезжал к Антоновичу в гости "на вареники и водку с колбасой", и под это угощение удавалось решать какие-то важные вопросы.

Усилиями Драгомирова журналу "Киевская старина" позволили, несмотря на запрет грозного царского указа, печатать тексты на украинском языке. Выручал иногда профессор и арестованных своих соратников, имевших какие-то проблемы с полицией.

Дом профессора Антоновича на углу Кузнецкой и Жилянской стал центром тогдашних "сепаратистов". Генерал-губернатор Михаил Чертков все угрожал с корнем уничтожить "эту хибарку", но у власти руки оказались коротки.

Украинское движение становилось все крепче. Отчасти российские власти где-то его даже поддерживала как противовес польским претензиям. И громадовцы умели этим обстоятельством воспользоваться. Антонович отстаивал культурную программу, считал, что никакая революция не изменит положение народа без соответствующего образовательного и культурного основания, если вооруженная борьба обернется страшным кровопролитием.

Украинское движение

Обычно собрания Громады маскировались под какие-то семейные застолья, провокаторов и соглядатаев остерегались. Жена Владимира Антоновича, Варвара фон Михель, была очень активной громадовкою, которая занималась, в частности, образовательными проектами.

Они познакомились, когда кузен Варвары Павел Чубинский, автор украинского гимна, попросил своего близкого друга передать девушке некоторые поручения перед ожидаемым арестом. Антонович выполнил просьбу приятеля, а Варвара стала его избранницей.

Копірайт зображення Wikipedia
Image caption Владимир Антонович женился на кузине автора слов украинского гимна Павла Чубинского

Успех громадовцев можно объяснить тем, что все они были людьми одного круга и исповедовали важную всем им идею. В этом обществе много значили этические принципы и взаимное доверие. Скажем, когда хоть один из членов организации голосовал против принятия нового претендента, ему отказывали.

Интеллектуал и эрудит Антонович в повседневной жизни оставался скромным кабинетным ученым. Чуть ли не со времен студенческих полуконспиративных путешествий осталась у него любовь к театральным переодеваниям. Историй о том, как действительного статского советника принимали то за мастерового, то за крестьянина, мемуаристы зафикировали немало.

К примеру, бытует история о конфузе одного киевского врача, который считал своего пациента простолюдином и говорил с ним свысока, обращаясь на "ты". А узнав имя знаменитого посетителя, не знал, как уладить ситуацию.

"Простой крестьянин"

Евгений Чикаленко вспоминал, что когда впервые посетил дом Антоновича, увидел в саду простоватого с виду мужчину с лопатой в руках. Спросил, дома ли профессор, тот пообещал открыть парадную дверь. К удивлению гостей, "садовник" представился хозяином.

Владимир Антонович сделал невероятно много для возникновения современного украинства, для формирования национальной идеи.

Копірайт зображення UKRINFORM
Image caption Владимир Антонович был крестным отцом Максима Рыльского

Понятно, что в советские времена он стал персоной non grata. Однако - судьба любит порой так шутить! - его крестник Максим Рыльский не побоялся вспомнить близкого друга своей семьи в написанной в 1943 году поэме "Путешествие в молодость" - и получил за нее Сталинскую премию.

По-видимому, не очень внимательно читали. Впоследствии спохватились, Рыльскому досталось, он должен был признать идеологические недочеты, отметив однако, что "нелегко нам судить историю старую".

"Старую" историю по-другому прочитали спустя более чем полвека. И тогда же улица Кузнечная в центре Киева, где стояла ненавистная генерал-губернатору "хибарка" профессора, получила имя Владимира Антоновича. Свою тихую войну с империей он - в исторической перспективе - все-таки выиграл.

Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram

Новости по теме