В год вторжения в Чехословакию я училась в Ленинграде. Рассказ англичанки

советские танки в Праге Копірайт зображення AFP/ Getty Images
Image caption Жители Праги окружили советские танки во время вторжения войск стран Варшавского договора. 21 августа 1968 года

Когда войска стран Варшавского договора вторглись в Чехословакию, бывшая глава Украинской службы ВВС Элизабет Робсон училась в аспирантуре Ленинградского университета. Она вспоминает, как жители города следили за событиями в Чехословакии, не имея никакой достоверной информации о происходящем.

В январе 1968 года шел шестой месяц моей учебы в аспирантуре Ленинградского университета. События в Чехословакии очень волновали тех ленинградцев, с которыми мне довелось общаться. Те реформы, которые пытался провести [первый секретарь ЦК Коммунистической партии Чехословакии] Александр Дубчек и его правительство, предусматривали те преобразования, какие многие советские граждане, а в особенности советсткая интеллигенция, хотели бы видеть и в СССР.

К январю 1968 года политика, получившая название "социализм с человеческим лицом", уже становилась реальностью: были представлены реформы, предусматривающие расширение демократических прав граждан и децентрализацию власти, в том числе передачу значительной части полномочий из центра региональным властям.

Правительство Чехословакии проделало большую работу, объясняя необходимость и смысл этих реформ, было проведено много встреч с представителями СССР, в ходе которых детально обсуждались преобразования и вырабатывалась компромиссная позиция по ним. Также проходили конференции с участием коммунистических партий разных стран для согласования основных положений политического курса Чехословакии.

Надежды и их крушение

Для советских граждан поехать в Чехословакию было относительно просто. Многие организации СССР и Чехословакии сотрудничали и поддерживали связь на разных уровнях. Информации о том, что происходит в Чехословакии, было гораздо больше, чем о событиях в других странах. Тем не менее, происходящее в этой стране очень скудно освещалось в советских СМИ, поэтому мы, иностранные студенты, имевшие доступ к западным СМИ, были очень востребованы как источники информации.

Наши копии старых номеров западных газет и их еженедельных приложений нашли большое количество читателей. Западные вещатели (ВВС, Радио Свобода, Голос Америки, а также ряд европейских радиостанций) подробно освещали события в Чехословакии.

Советские граждане, черпая информацию о событиях в Чехословакии из государственных СМИ, узнавали о том, что демократические реформы вызывают подозрения, что не исключена и умышленная фальсификация целей чехословацкого движения за реформы. Тем не менее, они возлагали большие надежды на успех этих перемен, которые могли стать предвестником улучшения ситуации и в самом СССР.

Копірайт зображення AFP/ Getty Images
Image caption Чехословацкий подросток забирается на советский танк T-54 около здания пражской радиостанции. 21 августа 1968 года

Многих интересовало, насколько свободно действовали реформаторы во время "чехословацкого эксперимента", особенно после опыта Венгрии, где реформы стали поводом для вторжения, жестокого подавления движения и казни "за государственную измену" премьер-министра страны Имре Надя.

В перспективе становится очевидным цинизм советских властей, которые вели переговоры, выслушивали сторонников реформ, давали понять мировому сообществу, что соглашение с реформаторами вполне достижимо, а на самом деле планировали использовать эту ситуацию для вторжения.

В Ленинграде у нас не было полного представления о том, какой поддержкой пользуется курс Дубчека во всем мире - как со стороны коммунистических партий, так и политических лидеров государств. Поддержка США и стран Западной Европы, как мы сразу поняли, вряд ли могла сильно помочь. Как мы поняли, жители Чехословакии очень переживали по поводу возможной реакции СССР на преобразования.

В июле и начале августа 1968 года можно было заподозрить скорые проблемы: пресса и советское телевидение с критикой обрушивалось на отдельных представителей правительства Чехословакии, а также на политику властей. Но даже тогда некоторые надеялись, что это не угрозы - и что советское правительство даст Чехословакии время для реформ.

Один из самых известных обозревателей Русской службы Би-би-си Анатолий Гольдберг даже пытался доказывать, что военное вторжение, подобное событиям 1956 года в Венгрии, очень маловероятно. Он считал, что силовой сценарий - не в интересах СССР.

"Попытка контрреволюции"

Летом 1968 года, когда разворачивались события в Чехословакии, многие ленинградцы как обычно уехали на дачи, а вузы работали по летнему расписанию.

В конце июля - начале августа на территории СССР, ГДР и Польши прошли учения войск стран Варшавского договора, и советские силы оставались близ границы с Чехословакией. Об этом было известно, и тогда это не казалось чем-то угрожающим. Поэтому вторжение 21 августа стало сильным шоком.

После начала вторжения рано утром 21 августа Советский Союз незамедлительно перешел на военное положение: границы были закрыты, международную телефонную связь отключили. У иностранных студентов в СССР не было возможности позвонить домой и успокоить своих родителей. Советские СМИ круглые сутки передавали официальную версию событий: они сообщали, что в Чехословакии была предпринята попытка контрреволюции, что реваншисты из Западной Германии хотели захватить Чехословакию, поэтому войска стран Варшавского договора вошли в страну, чтобы "спасти ситуацию".

Западные радиостанции, вещавшие на русском языке, в СССР глушились так, что ни одну программу послушать было невозможно. Передачи ВВС на английском не глушили. Многие мои друзья знали английский, но не настолько хорошо, чтобы слушать радиопрограммы. Тут потребовалась моя помощь: меня просили перевести последние новости, которые транслировались ВВС. У большинства жителей СССР были радиоприемники, но не очень хорошего качества, поэтому звучание программ на английском языке оставляло желать лучшего.

В одном помещении радиоприемник приходилось ставить на пол, развернув антенну в определенном направлении. Я сидела на полу, прижав к уху радиоприемник, и пересказывала собравшимся, о чем говорил радиоведущий. Они хватались за каждую деталь, обсуждение возможного развития событий было очень напряженным.

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Памятник в Праге, установленный скульптором Давидом Черни в память о событиях 21 августа 1968 года

Новости из Чехословакии были душераздирающими. Здание местного ЦК было окружено, лидеров страны вывели из здания и увезли в неизвестном [на тот момент] направлении. Об их судьбе тогда ничего не было известно, но исторический опыт говорил о том, что их могут убить. Здание парламента Чехословакии было окружено, акции протеста жестоко разгоняли, лидеры протестного движения арестованы, погибли люди. Советские СМИ, в свою очередь, сообщали о том, что жители Чехословакии встречают советские войска с цветами и улыбками благодарности - и о том, что были найдены тайники с оружием, доказательство реальности подготовки контрреволюции.

Представители правительства, президент Людвик Свобода и другие ведущие чехословацкие политики призывали жителей избегать столкновений и сохранять спокойствие.

"Убирайтесь домой!"

Но некоторых остановить было нельзя: если они не могли сопротивляться, то готовы были показать свое несогласие. Например, с помощью самосожжения, как и сделал студент Карлова университета Ян Палах. Некоторые перекрашивали дорожные знаки для того, чтобы ввести в заблуждение советских военных и мешать им передвигаться.

По меньшей мере одна группа военных, следуя перекрашенным кем-то дорожным знакам, ушла по направлению к польской границе. Местое население отказывалось кормить военных. Есть свидетельства того, как голодные солдаты брали из домов или у прохожих еду и тут же съедали ее. Многие жители, когда проходили военные, не выходили из своих домов, другие смотрели на них молча, некоторые не сдердживались и кричали им вслед: "Убирайтесь домой!"

На заборах и зданиях появлялись рисунки и надписи оскорбительного содержания, несмотря на то, что в стране действовал полуофициальный комендантский час. В Ленинграде тогда много говорили, будто советские войска в Чехословакии были настолько деморализованы осознанием своей причастности к событиям в стране, что их в срочном порядке перебросили на границу с Китаем.

Независимое радио Чехословакии продолжало вещание из секретной студии, сообщая слушателям, когда вторгшиеся войска брали под контроль радиопередатчики и студии. ВВС включало сообщения чехословацкой радиостанции в свои выспуски новостей на английском языке.

Копірайт зображення Getty Images

Акция на Красной площади

Чехословацкое радио также кратко сообщило об одном важном событии. Речь идет об акции протеста на Красной площади против вторжения в Чехословакию ["Демонстрация семерых", 25 августа 1968 года]. Семь молодых людей, шокированные событиями в Чехословакии, пришли на Красную площадь с плакатами, они развернули листы с лозунгами и стали их выкрикивать. Акция протеста длилась всего несколько минут: в КГБ уже знали о планах молодых людей - возможно, из прослушки телефонов. Сотрудники КГБ уже были на месте к приходу участников акции.

Одним из участников акции был Павел Литвинов, внук бывшего министра иностранных дел СССР Максима Литвинова.

В Ленинграде и по всей стране уже через несколько дней заработали международные телефонные линии, и все вернулись к обычной жизни, пополнив свой словарный запас новым словом "нормализация".

Пропагандистская кампания в советских СМИ не ослабевала, а иностранные радиостанции по-прежнему глушились. Позже была опубликована официальная "белая книга", которая должна была продемонстрировать правильность позиции и действий руководства СССР. Советские власти показывали в кинотеатрах длинную кинохронику событий в Чехословакии, в ней демонстрировалось, как были рады жители Чехословакии советским войскам.

Когда кинохронику показывали в кинотеатре, было так тихо, что можно было бы услышать звук упавшей булавки. Все были сосредоточены на кадрах. Люди смотрели фильм молча и расходились, не проронив ни слова.

Обсуждение начиналось уже далеко за пределами кинозала. Толпы людей с цветами на экране выглядели неубедительно - очевидно, постановочные кадры, считали одни, или, как предполагали другие, съемки были взяты из другой кинохроники. Кадры с предполагаемых складов оружия можно было взять откуда угодно. Только длинные вереницы танков смотрелись достаточно реалистично. Кажется, советская публика правильно поняла основную мысль: социализм с человеческим лицом уже мертв, но мог победить.

Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram

Новости по теме