Предвестники войны: напоминают ли столкновения Украины и России события накануне Второй мировой

Немецкие солдаты Копірайт зображення Getty Images
Image caption Немецкие солдаты на улицах Праги, 1939 год

"Зеленые человечки" и аннексия, поддержка "ополченцев" в соседней стране и пограничные столкновения - эти эпизоды современных украинско-российских отношений уже имели свое отражение в мировой истории.

Все это в том или ином виде уже было - не так давно в историческом смысле и совсем недалеко в смысле географическом.

Накануне Второй мировой войны в странах Центрально-Восточной Европы можно было наблюдать и требования к Чехословакии вернуть Германии, Польше и Венгрии "их исторические" территории, и аннексию литовского Вильнюса польскими военными, которые перед этим якобы перестали подчиняться своему командованию, и вооруженные столкновения между чехословацкими и немецкими пограничниками и военными.

Расчленение Чехословакии и рост напряженности в отношениях между Третьим Рейхом и Польшей вылился в начало крупнейшего в истории мирового конфликта.

Какие аналогии можно провести между теми событиями и современным конфликтом между Украиной и Россией, и какие уроки из этого можно вынести?

Об этом мы поговорили с историком Иваном Гоменюком, автором книги "Предвестники Второй мировой. Пограничные конфликты в Центрально-Восточной Европе".

Иван Гоменюк Копірайт зображення Alina Karban / Экспертный Корпус
Image caption Иван Гоменюк в своей книге проанализировал предвоенные конфликты между Чехословакией, Германией, Польшей, Венгрией и Литвой, а также события с участием Словакии и Карпатской Украины после развала Чехословацкой Республики

"Восстановление исторической справедливости"

BBC News Украина: Можно ли проводить аналогии между украинско-российской конфронтацией в Черном море с пограничными конфликтами в Центральной и Восточной Европе в межвоенный период?

Иван Гоменюк: Я бы не спешил однозначно применять лекала того времени к нашему ... Однако и отбрасывать исторические примеры не следует.

Из истории Центрально-Восточной Европы можно сделать ряд крайне интересных выводов. Тем более, что тогда территориальные претензии здесь были чуть ли не у всех ко всем.

Примеров дружеских отношений можно пересчитать по пальцам одной руки: Австрия, Эстония и Латвия не имели особых посягательств на соседние земли, а Румыния дружила с Чехословакией и Польшей. Вот, пожалуй, и все.

Чехословакия Копірайт зображення Getty Images
Image caption В межвоенный период Центрально-Восточная Европа напоминала ситуацию "война всех против всех"

Остальные хотели либо получить немалый кусок территории соседей, либо же полностью их поглотить или превратить в колонии.

Что видим характерного?

Во-первых, идейная основа российской экспансии принципиально не изменилась не только с советских времен, но даже с имперских.

Там продолжают прикрывать прямую или скрытую агрессию историческими, языковыми и религиозными мотивами.

Достаточно вспомнить, как подавала российская пропаганда оккупацию Галичины и Буковины в 1914 году, и тезисы советской пропаганды относительно аннексии 1939-40 гг. (включение в состав СССР Западной Украины, Беларуси и Балтийских стран. - Ред.): речь шла о "восстановлении исторической справедливости", как это называла Москва.

Эстония Копірайт зображення Getty Images
Image caption Эстонские и советские военные, 1939 год. В этом году между странами был подписан "Пакт о взаимопомощи", еще через год Эстония вошла в состав СССР

Под всем этим на самом деле маскировались экономические и стратегические интересы: контроль над нефтяными землями Галичины, карпатскими перевалами, балтийскими портами и т.п.

А позже "исторической справедливостью" легко пожертвовали в угоду текущим имперским интересам. Изменение в 1930-40-х гг. государственной принадлежности, скажем, Вильнюса, Клайпеды, Перемышля или Белостока - тому подтверждение.

Во-вторых, межвоенный период дает яркие примеры того, как государство-агрессор готовит и осуществляет территориальные завоевания.

И это касается не только СССР или нацистской Германии.

Аналогичные механизмы (просто в меньшем масштабе - за неимением человеческих, технологических и финансовых ресурсов) применяли Польша и Венгрия.

Давид против Голиафа

Судеты Копірайт зображення Getty Images
Image caption Женщины приветствуют немецких солдат в одном из городов Судетской области, которую Чехословакия передала Третьему Рейху в 1938 году. Как отмечается, одна из женщин "плачет от счастья"

BBC News Украина: В более широком смысле - существовала ли тогда конфронтация между странами с заведомо разным военным потенциалом? Обычно здесь вспоминают Судетский кризис, но было же еще противостояние между Литвой и более мощной Польшей за Вильнюс?

И.Г.: Безусловно. Для лучшего описания тогдашней ситуации сам собой напрашивается яркий пример Давида и Голиафа.

Неравномерность в численности населения, вооружении и армии, финансовых ресурсов - это то, что политики и стратеги как в регионе, так и в тогдашних мировых центрах, должны были постоянно учитывать.

Впрочем, я бы не брал Судетский кризис в качестве примера для такой конфронтации.

Чехословацкая армия, если бы политики все-таки решились оказать действенное сопротивление Третьему Рейху, доставила бы немало хлопот Вермахту ...

Упомянутый польско-литовский конфликт, когда два государства почти весь межвоенный период находились в состоянии глухого противостояния без дипломатических и торговых отношений, является более характерным примером.

Вильнюс Копірайт зображення Getty Images
Image caption Польские военные на улицах Вильнюса (польский вариант - Вильно). В межвоенный период Польша аннексировала город, из-за чего Литва отказывалась устанавливать дипломатические отношения с Польшей, между странами шла "холодная война", пока поляки не пригорозилы перевести войну из холодной стадии в горячую. После этого Каунас - временная столица Литвы - формально установил связи с Варшавой, однако так и не признал Вильнюс польским городом

При желании, польская армия могла бы довольно быстро сломить сопротивление литовской - просто за счет численного превосходства.

Но до этого не дошло, потому что правящая верхушка Польши (не берем отдельных маргинальных политиков) все-таки не хотела присоединения литовских территорий, а последствия сопротивления литовцев польской оккупации могли оказаться непредсказуемыми или даже смертельными для польской экономики.

Другой пример - малоизвестная у нас так называемая "малая война" в марте 1939 года, когда Венгрия вслед за оккупацией Карпатской Украины напала на недавно провозглашенную Словацкую Республику.

Последняя находилась в зачаточном состоянии: органы власти только формировались, армии фактически не было - подразделения чехословацких войск были деморализованы, не хватало бронетехники, специалистов, и, что важно, опытных командиров.

Шаги Копірайт зображення Getty Images
Image caption Жители городка Шаги, расположенного на границе современных Словакии и Венгрии, уничтожают пограничный столб после того, как этот регион заняли венгерские силы. После Второй мировой войны город вновь вошел в состав Чехословакии, сейчас это территория Словакии

В таких условиях против венгерского вторжения выступают прежде всего, как сейчас бы сказали, добровольческие батальоны, состоящие из отдельных бойцов словацкого происхождения и членов патриотических организаций.

Тем не менее, агрессию удалось остановить, хоть и ценой потери части территории.

Война неизбежна?

Судеты Копірайт зображення Getty Images
Image caption Немецкие пулеметчики

BBC News Украина: Как часто эскалация на границах в конечном итоге приводила к войне? От чего это зависело?

И.Г.: Собственно, напряжение на границе, как правило, было уже последним этапом перед военной фазой.

Противостояние продолжалось преимущественно в виде агитационно-пропагандистских мероприятий (и не только в отношении соседей, но и на международной арене - чтобы привлечь на свою сторону ведущие государства Европы), "таможенной войны", шпионских афер и тому подобное.

События, происходившие на территории тогдашней Центрально-Восточной Европы, позволяют сделать вывод, что пограничная эскалация приводит к войне тогда, когда государство-агрессор этого хочет.

Примеры - и политика Германии в отношении Чехословакии и Польши, и действия Венгрии в отношении Чехословакии и затем Карпатской Украины и Словакии.

Если же вопрос заключается не в уничтожении соседа, а в принуждении к определенным действиям или уступкам территорий, до боевых действий, как правило, не доходит. Идет война нервов, игра мускулами, шантаж - но без реального применения силы.

Возьмем пример поведения Польши в отношении Тешинской Силезии: стоило Чехословацкой Республике уступить этот регион Варшаве, как та свернула эскалацию на границе и больше не угрожала Праге войной.

Поляки Копірайт зображення Getty Images
Image caption Поляки заходят в город Цешин, центр Тешинской Силезии, 1938 год. До этого регион, где проживало много этнических поляков, принадлежал Чехословакии, которая в начале 1920-х получила большую его часть в ходе военного противостояния с Польшей. В 1938 году, после того, как Германия аннексировала Судеты, Польша вернула контроль над частью Тешинской Силезии. После Второй мировой войны Цешин остался в составе Польши

Или же действия Речи Посполитой в том же 1938 году в отношении Литвы: под угрозой прямого вторжения Каунас (тогда - временная столица Литвы. - Ред.) пошёл на установление дипломатических и торговых отношений с Польшей, поэтому последняя отказалась от военных действий.

Бряцание оружием на границе позволило СССР получить контроль над Буковиной и Бессарабией, а Венгрии - над Трансильванией.

Совсем иначе обстояло дело с Польской республикой в 1939 году: Берлину и Москве не нужны были мелкие политические и/или территориальные уступки от Варшавы, они пошли на прямое военное вторжение с целью полной ликвидации польской государственности, о чем заранее договорились между собой.

Крым Копірайт зображення Getty Images
Image caption Крым был аннексирован Россией по результатам местного референдума. Киев и международное сообщество его не признают

BBC News Украина: Неофициально говорят об условной возможности "поменять Крым на Донбасс". Действительно ли территориальные уступки позволяли решать конфликты?

И.Г.: Позволяли, если государство, проводящее агрессивную политику, готово на незначительные уступки и не ставит своей целью полную ликвидацию государственности соседа.

Третий Рейх поставил целью ликвидировать Чехословакию и сделал это в конечном итоге.

От Литвы Берлину нужно было получить только Клайпедский (Мемельский) край, которым Каунас и поступился под угрозой военной оккупации.

А вот Москву интересовал полный контроль над странами Балтии, который она и получила путем дипломатического обмана, военного давления и политического шантажа ...

Следует исходить из оценки интересов оппонента: если его действительно интересуют только определенная территория, можно предположить, что он удовлетворится только этим, как например Польша Тешинской Силезией.

Если же "восстановление исторической справедливости" в отношении какой-либо земли или города служит для агрессивного соседа только камуфляжем для дальнейшей агрессии, которая в итоге должна увенчаться преобразованием твоего государства в колонию, то надеяться на мирный исход не стоит.

События в Чехословакии и Польше в 1939 году - тому пример. Разговоры о Судетах или "приморском коридоре" служили лишь первой ступенькой к дальнейшему нападению на всех фронтах: военному, информационному, дипломатическому.

"Зеленые человечки" в Крыму

Зеленые человечки Копірайт зображення Getty Images
Image caption Президент России Путин признал, что во время аннексии крымского полуострова там действовали регулярные части российской армии

BBC News Украина: Какие еще аналогии с середины ХХ века можно сейчас увидеть в ситуации вокруг российско-украинского конфликта?

И.Г.: Если хочешь захватить или хотя бы изрядно навредить соседу, обязательно сделай следующее.

Постоянно говори об "исторической несправедливости" и современных "обидах со стороны соседа", делай это внутри собственной страны, при наличии ресурсов - в соседнем государстве и на международной арене.

Торпедируй вопрос национальных меньшинств - обвиняй соседа в нарушении их прав, независимо от того, правда это или нет. Ищи среди граждан соседа людей, которые за деньги или за идею согласились бы сотрудничать ради достижения твоих целей.

Постарайся, с одной стороны, взять экономику соседа под свой прямой или завуалированный контроль, с другой - ограничивай его возможности в сфере международной торговли. Используй для этого таможенные барьеры, демпинг, недобросовестную конкуренцию.

Готовь диверсионные подразделения на базе собственных армий, спецслужб и военизированных организаций. В нужное время перебрасывай их через границу для развертывания саботажа, но называй их местными жителями, возмущенными действиями центральной власти.

Немцы Копірайт зображення Getty Images
Image caption Немецкие солдаты ломают пограничный шлагбаум в польском городе Сопот, сентябрь 1939 года

Не гнушайся грязными методами ведения информационной войны. Дезинформация, искажение фактов, фейки - все сгодится, особенно для международной огласки и влияния на избирателей третьих стран. При этом постоянно подчеркивай собственное миролюбие.

И это не только хрестоматийный пример гитлеровской агрессии.

Подобные методы, хоть и с разными целями и в разных масштабах, в межвоенный период использовали СССР, Польша, Венгрия и даже Литва.

Возьмем, к примеру, хорошо нам известный инструмент "зеленые человечки" - когда кадровые военные под видом гражданских или повстанцев захватывают определенный населенный пункт или территорию, а их государство только разводит руками, мол, они здесь ни при чем, это инициатива местного населения.

Польский генерал Желиговский успешно применил этот метод, чтобы захватить в 1920 году Вильнюс.

Люциан Желиговский Копірайт зображення Getty Images
Image caption Польский генерал Люциан Желиговский заявлял, что его части заняли Вильнюс осенью 1920 года без официальных указаний Варшавы

Через три года литовцы провернули аналогичную операцию, чтобы взять под контроль Мемель-Клайпеду.

А в 1938-м венгерский генштаб формирует из своих бойцов диверсионные отряды, которые под видом местных инсургентов (повстанцев. - Ред.) нападают на словацкие и закарпатские земли Чехословакии.

Другой пример - работа в 1938 году государств-агрессоров с общественным мнением Франции и Британии, чтобы те не вмешивались в события на востоке континента.

Чтобы убедить политиков и избирателей западных государств в том, что не стоит "рыть окопы через Судеты", их постоянно уверяют в том, что Чехословакия - слабое и нежизнеспособное государство, где безжалостно преследуют национальные меньшинства.

Именно так Берлин, Варшава и Будапешт достигают того, что Лондон и Париж "умывают руки".

Аналогичную аргументацию применят в следующем году Рейх и СССР уже в отношении Польши - мол "зачем умирать за Данциг?"

В этот раз будет понятно, что тоталитарное государство в его неудержимом стремлении к экспансии можно остановить только силой оружия, а не дипломатическими договоренностями или выражением "глубокой обеспокоенности".

Будет ли большая война?

керчь Копірайт зображення Getty Images
Image caption Захват Россией двух украинских военных катеров и буксира в Керчи вывело противостояние между Украиной и Россией на новый уровень - произошло открытое военное столкновение двух стран

BBC News Украина: Если сравнить развитие нынешнего конфликта между Украиной и Россией с событиями в Центральной и Восточной Европе в первой половине ХХ века, можно ли предположить, что рано или поздно он выльется в полномасштабную войну между странами или даже более крупный региональный конфликт?

И.Г.: Предположить можно, и есть большой соблазн сделать это.

Но подчеркну, не стоит готовиться к войнам прошлого.

Война уже идет в гибридной форме, чего невозможно было представить в 1921 или 1938 годах, хоть и тогда было немало инструментов и методов такого противостояния.

Мир все-таки изменился.

Возьмем, к примеру, область коммуникаций - тогда можно было слушать только конкретную радиоволну или читать конкретную газету, а сейчас мы можем проверять новости из разных источников и отфильтровывать фейки.

Или же сфера вооружения - тогда ключевым было количество, извините за прямоту, "пушечного мяса", которым политики готовы были пожертвовать. Сейчас есть ядерное оружие, новейшая авиация и ракетные системы, средства радиоэлектронной борьбы, дроны.

Другое дело, что люди в основном не изменились. В частности, диктаторы и политики с комплексом неполноценности.

Подобные личности продолжают мыслить категориями даже не ХХ, а XIX века, и легко разменивают человеческие жизни на реализацию своих амбиций.

Почему и как их нужно останавливать, нам подсказывает, в частности, и межвоенная Европа.

С такими политиками невозможно или крайне сложно договориться путем политики умиротворения или территориальных уступок.

Их лексикон не содержит понятий честной игры и хороших манер. Они понимают только разговор с позиции силы - военной, дипломатической, информационной.

Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram

...

Новости по теме