Волонтер Хоттабыч: "Мы заставляем людей жить"

Хоттабыч

До 2014 года Илья Лысенко был бизнес-тренером. Сейчас он - волонтер с позывным Хоттабыч, который вывозит раненых из зоны АТО.

О том, сколько раненых удалось вывезти из-под Донецкого аэропорта и о том, что самое сложное в этой работе, волонтер рассказал в интервью ВВС Украина.

ВВС Украина: Как вы решили начать заниматься эвакуацией раненых из зоны АТО?

Илья Лысенко Хоттабыч: После Майдана я помогал сохранять имущество поликлиники в Межигорье. На базе этой поликлиники лечили бойцов Нацгвардии. И как-то командир батальона позвонил мне и сказал, что их отправляют в Донецк, и попросил поехать с ними.

В апреле мы с волонтером Арменом Никогосяном собрались, взяли с собой двух медсестер и отправились на восток. Так с апреля и до сегодняшнего дня мы вывозим раненых.

Наша работа - это подхватить раненых, которых вынесли из-под пуль и доставить их как можно скорее в больницу. Члены наших экипажей оказывают им первую медицинскую помощь.

Основная наша задача - это довезти раненого в больницу. Мы занимаемся тем, что заставляем людей жить. А врачи уже занимаются тем, чтобы они жили дальше.

Тогда была одна машина скорой, сейчас их четыре. Я думаю, что где-то до двух тысяч человек за это время мы вывезли.

"Открываются люки БТР, а там фактически все залито кровью"

Копірайт зображення facebook.comlisenko.ilia
Image caption "Хоттабычмобиль", на котором волонтеры вывозят раненых

ВВС Украина: Вы помните ваш первый рейс? Где и когда вы впервые вывезли бойца?

Илья Лысенко Хоттабыч: Это было в апреле. Недалеко от Славянска разгромили колонну БТРов.

Это запомнилось очень сильно, когда видишь колонну БТРов, которая превратилась в груду железа, последний БТР отстреливается, остальные на спущенных колесах пытаются ехать, солдаты, которые прячутся от пуль за БТРами, которые волокут за собой раненых. Когда открываются люки БТР, а там фактически все залито кровью.

Мы вытащили этих ребят. И в этот момент я чувствовал настолько сильную неприкрытую неприязнь к нам. Не потому, что мы помогаем. Это был какой-то протест людей. Нам говорили, что "вот из-за вас, уродов, из-за вашего Майдана все это произошло". Это говорили солдаты. Для них начало этой войны было связано с Майданом.

Я не думаю, что сейчас они так думают. Сейчас эта война по-другому воспринимается. Но на тот момент это была каша в голове солдат, которые потеряли своих друзей, вдруг после многих лет в армии увидели кровь.

"Работать с нами гораздо эффективнее, чем с официальными представителями"

ВВС Украина: Как вы получаете вызовы, как вы узнаете, что ваша помощь нужна именно сейчас в конкретном месте?

Илья Лысенко Хоттабыч: С самого начала схема была такой - в секторе, где мы решили работать - это район Славянска и Краматорска, - мы объехали все блокпосты и познакомились там с бойцами, обменялись контактами, сказали, что если что-то произойдет, набирайте нас.

Люди на местах быстро поняли, что работать с нами гораздо эффективнее, чем с официальными представителями. В районе Донецкого аэропорта есть еще радиосвязь, которую мы одолжили у подразделений. Все знают, что наши экипажи дежурят в этом секторе и в случае чего связываются с нами.

Основной принцип - это максимальная экономия времени, если у нас есть информация, что что-то планируется, наши экипажи сразу уезжают. Лучше сжечь топливо, но быть уверенным, что машина будет вовремя и сможет забрать раненых.

ВВС Украина: Как вы узнаете судьбу бойцов, которых вы привезли - выжили они или нет?

Илья Лысенко Хоттабыч: Я думаю, что если мы начнем интересоваться их судьбой, мы очень скоро сойдем с ума. Мне достаточно того, что у меня собственная карта зоны АТО, где отмечено, куда я закапывал человеческие руки, ноги. Когда ампутировали конечности раненого, которого мы привезли, и чтобы они не валялись, я их закапывал.

Нельзя это близко принимать к сердцу. Это тяжело. Любой интерес к человеку тебя к чему-то обязывает. Это и энергия, и время. Ты становишься заложником этого.

ВВС Украина: Вы предупреждаете больницы, что везете к ним раненых?

Илья Лысенко Хоттабыч: Не всегда это удается, потому что, например, в районе Донецкого аэропорта не всегда есть связь. Мы стараемся. Особенно, когда везем тяжелых раненых, или их много, стараемся больницу предупредить, чтобы там были готовы.

ВВС Украина: Вы координируете ваши действия с военными медиками?

Копірайт зображення facebook.comlisenko.ilia
Image caption Волонтеры вывозят раненых на четырех скорых

Илья Лысенко Хоттабыч: С начала мы пытались связаться со штабом АТО, но цепочка получилась очень длинной. По вертикали это не работает. Надо контактировать только с теми, кому ты собираешься помогать. Тогда схема начинает работать.

Сейчас ситуация намного лучше, но все равно нельзя сказать, что мы абсолютно скоординировали свою работу с армией и МВД.

Я уже больше месяца веду переговоры с медицинским департаментом Минобороны, чтобы решить одну проблему - нам нужны врачи. Мы бы тогда гораздо лучше работали. Но воз и ныне там. Нам отвечают - хорошая идея, давайте это сделаем - и все. Ничего не происходит.

Мы всегда будем впереди, потому что мы приехали в зону АТО, подчиняясь лишь одному - дать людям шанс выжить. Мы не ждем, пока нам отдадут приказ. Официальная цепочка дольше работает, пока поступит информация, пока поступит приказ. А тут окажется, что люди не готовы, машина не на ходу. У нас есть свои правила - машина всегда должна быть с полным баком и быть готова ехать прямо сейчас.

"Среди этих погибших были наши друзья и знакомые"

ВВС Украина: Когда вы в последний раз из-под Донецкого аэропорта вывозили раненых?

Илья Лысенко Хоттабыч: Сегодня (26.01. - Ред.) наши экипажи оттуда вывозили. Там постоянно находятся наши машины. Боевики активизировались в районе Дебальцево, и мы одну машину отправили туда. Юра Шаман из-под Донецка вывозил раненых. С Дебальцевского направления - Оля Кроха.

ВВС Украина: Сколько вывезли?

Илья Лысенко Хоттабыч: Я еще информацию не смотрел за сегодняшний день. По предварительным данным, около 8 человек. Бывают дни, когда вообще, слава богу, никого не вывозим. Бывали дни в середине осени, когда мы могли неделями ничего не делать. Но мог наступить такой день, который "компенсировал" целый месяц.

То, что творилось в последние дни в аэропорту - это было ужасно, колоссальные потери. Раненых вывозили и наши экипажи, и Правый сектор, и 93-я бригада. Там за 4-5 дней было около 130-140 раненых. Это и те, кто был в терминале, и те, кто спасал тех, кто был в терминале, и те, кто обеспечивал их прикрытие. Начиналось все с 12 раненых, а потом все переросло в это событие, когда с боями входили и выходили из терминала, спасали одних, теряли других.

Именно волонтеры Юра Шаман и Оля Кроха смогли наладить там "конвейер" по вывозу раненых. Только они двое вывозили около 60 человек. Вывозили в больницы Селидово, Красноармейска.

ВВС Украина: Что было самым трудным за весь этот период для вас?

Илья Лысенко Хоттабыч: В августе мы забирали раненых из Углегорска, за день мы наезжали 975 км. Залетали в город, забирали раненых, увозили в больницу, разворачивались, давили на газ - и обратно за ранеными. Вывозили раненых, гражданских и погибших.

А самое страшное, что среди этих погибших были наши друзья и знакомые. Мы их знали. Это наверное был один из самых тяжелых дней.

"От этих машин зависит наша жизнь"

ВВС Украина: В какой помощи нуждаются ваши экипажи сейчас?

Илья Лысенко Хоттабыч: Все, что нам нужно - это деньги. Я вчера был в АТО, я закупил на 10 тысяч гривен топлива, машины ремонтируются. Сейчас нам нужны еще две новые машины. Каждая машина - это где-то 15 тысяч евро. Для того, чтобы их адаптировать, это еще 5 тысяч, а еще плюс медицинское оборудование. Поэтому самая большая сегодня задача - это найти 45-50 тысяч евро, чтобы появились два новых автомобиля, в которых наши экипажи смогут вывозить раненых.

Наши машины часто ломаются, они б/у, у них большой пробег. А еще из-за того, что мы их так эксплуатируем там, на передовой. Мы в месяц наезжаем по 30 тысяч км.

Бывали случаи, когда мы бежали от танковых атак, или когда наши автомобили своей маневренностью позволяли спастись от обстрелов. От этих машин зависит наша жизнь.

ВВС Украина: Как вы поддерживаете состояние бойцов в дороге - что вы им говорите?

Илья Лысенко Хоттабыч: Я думаю, что Оля что-то им говорит, но я не знаю. Я не слышу, сижу за рулем.

Новости по теме