Сколько добровольцев АТО за решеткой?

Официальные ведомства в Украине не имеют точной информации о том, сколько бойцов добровольческих батальонов подозреваются в совершении преступлений, находятся в следственных изоляторах или осуждены.

В Генеральной прокуратуре Украины говорят, что не ведут отдельной статистики о преступлениях, совершенных добробатами.

"Единый отчет об уголовных правонарушениях" не предусматривает выделения данных о совершении преступлений отдельными субъектами, в частности, бывшими добробатами, в связи с чем предоставить такую информацию нет возможности", - говорится в ответе Генеральной прокуратуры на запрос ВВС Украина.

В то же время, правозащитники и общественные активисты говорят, что речь может идти о сотнях людей, и большинство инкриминируемых им преступлений совершено в зоне проведения антитеррористической операции.

"Торнадо" и преступления

Самое громкое дело добробатов - дело бывших бойцов роты патрульной службы МВД Украины "Торнадо", которых с января 2016 года судит Оболонский суд столицы.

В Генеральной прокуратуре утверждают, что командир "Торнадо" Руслан Онищенко подозревается в создании преступной организации и совершении ею тяжких преступлений: изнасиловании, незаконном лишении свободы, завладении транспортным средством, пытках.

Рассмотрение дела постоянно сопровождается стычками добробатов с полицией и скандалами во время судебных заседаний. Ожесточенные столкновения произошли 2 августа, когда бывшие бойцы "Торнадо", "Айдара" и "Донбасса" требовали слушаний в открытом режиме и пытались прорваться в здание суда. Они бросали шины, муку, зеленый лук, обливали полицию водой. Правоохранители в ответ применили слезоточивый газ. По сообщению МВД Украины, около 30 сотрудников полиции тогда были травмированы.

В зале суда сами подсудимые, как утверждают в ГПУ, обливали прокуроров фекалиями. На видеозаписи, размещенной на сайте ГПУ, слышно, как подсудимые прибегают к грубым оскорблениям в адрес судей, прокуроров и потерпевших.

В самом "Торнадо" обвинения прокуратуры отвергают.

СИЗО "забиты добровольцами"?

Председатель Харьковской правозащитной группы (ХПГ) Евгений Захаров рассказал ВВС Украина, что ХПГ занимается делами десятков добробатов, поскольку считает, что преследование многих из них является предвзятым.

"Есть случаи, где обвинения, на наш взгляд, вполне обоснованы. Но есть и безосновательные, когда квалификация действий подозреваемых выглядит очень сомнительной. Есть также случаи, когда того, в чем их обвиняют, они вообще не совершали", - говорит правозащитник.

Лидер общественной организации "Комитет освобождения политзаключенных" Татьяна Близнюк утверждает, что получить информацию об арестованных добробатах не удалось даже через депутатские запросы.

"Через депутата Игоря Мусийчука было обращение в военную прокуратуру, СБУ, к уполномоченному по правам человека, в Государственную службу исполнения наказаний, Министерство внутренних дел - во все возможные инстанции. Прокуратура ответила, что такой статистики не ведет, пенитенциарная служба - не ведет, омбудсмен - тоже. Только Национальная полиция предоставила информацию, назвав, на наш взгляд, очень заниженную цифру - даже мы сами знаем о значительно большем количестве людей за решеткой", - рассказывает Татьяна Близнюк в комментарии ВВС Украина.

Она считает, что частное статистика может быть потому, что после ареста бойца добровольческого батальона МВД Украины в него забирают права, "и он уже не у МВД".

В то же время, утверждает Татьяна Близнюк, Мариупольское, Бахмутское СИЗО "забиты добровольцами".

"Я знаю, что в СИЗО Бахмута как минимум 20 добровольцев", - рассказывает она.

По данным правозащитников, зачастую добробатов обвиняют в преступлениях, совершенных в зоне АТО, причем преимущественно в 2014 году. Это незаконное ношение оружия, похищение людей группой лиц, применение пыток, незаконное завладение автомобилями, участие или создание организованной преступной группировки.

Военные или "мирные" преступления

Евгений Захаров считает, что значительное количество уголовных дел возбуждено потому, что конфликт на Донбассе квалифицируется как "антитеррористическая операция", хотя на самом деле следует говорить о военных действиях. Фактически, говорит он, прокуроры применяют статьи Уголовного кодекса, предназначенные для мирного времени.

"В стране нет военного положения, есть антитеррористическая операция. Поскольку нет состояния войны, нельзя применять статьи о военных преступлениях. Поэтому прокуратура пользуется статьями об общих уголовных преступлениях. Но это неправильно", - говорит он.

Евгений Захаров напомнил, что в 2014 году, когда на Донбассе реализовывался сценарий "русской весны", именно добровольческие батальоны оказывали этому сопротивление.

"Фактически, они не позволили расширить зону конфликта на юг и защищали украинскую территорию своими телами. Это было время, когда значительная часть сотрудников правоохранительных органов, СБУ в Донецкой и Луганской областях перешли на сторону самопровозглашенных республик, они не выполняли своих обязанностей, как в мирное время. Добробатам не на кого надеяться, кроме как на себя", - говорит Евгений Захаров.

Председатель ХПГ привел такой пример: бойцы добровольческих батальонов задерживали сепаратистов, хотя по закону не имеют права это делать, это - дело милиции и СБУ. Теперь эти их действия квалифицируются как "незаконное лишение свободы" человека.

Бывший боец батальона "Айдар" Юрий Гуков, который сам уже более года находится под следствием, говорит, что ему известны случаи, когда уголовные дела открывались по заявлениям сепаратистов.

"Они въезжали с неконтролируемых Киевом территорий Донбасса, писали заявления в милицию. То есть, заявление о добробата мог написать любой, кто считает себя пострадавшим от действий украинских военных", - рассказывает ВВС Украина Юрий Гуков.

"Вот был такой "список Москаля" (бывший председатель Луганской военно-гражданской администрации, сейчас - председатель Закарпатской ОГА Геннадий Москаль. - Ред.), в который были включены около 70 бойцов "Айдара". В том числе там были люди, против которых были возбуждены уголовные дела по заявлениям людей, чьи дома были разрушены в результате боевых действий. Но не было понятно, где доказательства, что в этом виноваты были именно "айдаровцы". и дел по фактам повреждения и разрушения имущества - очень много", - утверждает Юрий Гуков, который сейчас сотрудничает с Харьковской правозащитной группой.

"Я не оправдываю никого, мы действительно имеем информацию о беспределе, который устраивали бойцы милицейских подразделений и военные ВСУ даже глубоко в тылу Донецкой или Луганской областей, не говоря уже о линии разграничения. Но когда речь идет о военных действиях вблизи фронта, на линии разграничения... Не может Уголовный кодекс применяться на этих территориях так же, как на мирных территориях", - говорит он.

Татьяна Близнюк обращает внимание на еще одно обстоятельство - территориальную подсудность возбужденных уголовных дел. Она говорит, что в парламенте звучали предложения внести изменения в законодательство, чтобы бывших бойцов АТО судили не по месту задержания, а по месту регистрации добровольческого батальона. Но эти предложения депутаты проигнорировали.

Между тем, правозащитные организации Amnesty International и Human Rights Watch в своем отчете пришли к выводу, что и украинские военные, и пророссийские сепаратистские силы на востоке Украины месяцами незаконно удерживали гражданских лиц, а к большинству таких задержанных применялись пытки или другие нарушения прав человека.

Говоря о действиях "представителей украинской власти", правозащитники констатируют: задержанных "били, применяли к ним электрошок, угрожали изнасилованием, казнью и местью семье - не только, когда они находились под контролем добровольческих батальонов, но и после передачи их Службе безопасности Украины.

В отчете напоминают, что майский визит в Украину делегации подкомитета ООН по предотвращению пыток закончился досрочно, поскольку власти не предоставили ее членам доступа к пенитенциарным учреждениям, которые они хотели посетить.

Верховная Рада 7 июля принял закон об амнистии в 2016 году, в котором амнистии бойцов АТО посвящена статья.

В ней говорится о том, что от наказания за преступления, не являющиеся особо тяжелыми, освобождаются "лица, ...принимавшие непосредственное участие в АТО, обеспечении ее проведения, находясь непосредственно в районах АТО в период ее проведения, получившие статус участника боевых действий". То есть, принятый закон касался только тех, кто уже получил приговоры суда.

Но этот закон вызвал споры. В частности, его противники говорили, что от наказания освободят всех владельцев удостоверений участника боевых действий, осужденных за нетяжкие преступления, - причем не важно, где и когда эти преступления были совершены.

Президент Украины 17 августа этот закон ветировал и вернул в Верховную Раду.